Выпуск № 5 (402) | 1972 - страница 65

— Надо сказать, что несмотря на многолетнюю деятельность Маргот Лойолы и Виолеты Парры и их самоотверженную борьбу, им не удалось достичь в полной мере поставленной цели — привить широкой публике любовь к фольклору. Здесь сыграла свою роль и определенная блокада национального музыкального искусства со стороны учреждений, призванных его распространять, — явление обычное в экономически зависимых странах. Единственное, что можно было услышать по радио, — это развлекательные североамериканские опусы. Сейчас положение изменилось: в музыкальных радиопередачах отводится не менее сорока процентов времени чилийской музыке.

Но есть и другая причина. Публика, особенно студенческая молодежь, рабочие, предпочитает фольклору современную чилийскую песню. Фольклор не удовлетворяет ее своим содержанием. По этой причине и мы исполняем его не столь часто.

Однако хочу подчеркнуть, что названное обстоятельство нисколько не колеблет нашего глубокого убеждения в том, что любой артист, композитор — вообще каждый, кто избрал музыку своей профессией, — обязан хорошо знать свой фольклор. В противном случае его искусству будет недоставать национальной определенности, оригинальности и его деятельность не найдет широкого отклика у слушателей. Я считаю, что ни один артист не может и не должен игнорировать национальные корни.

— Расскажите вкратце историю «Компании Лoc Парра».

— В 1962 году мы с матерью и братом отправились в Европу и решили какое-то время пожить и поработать во Франции. Мы пробыли там три года, а затем вернулись в Чили, чтобы участвовать в предвыборной кампании и поддерживать Сальвадора Альенде. По возвращении на родину мы оказались без работы; нас в полном смысле слова изгнали отовсюду. А нам необходимо было существовать и работать независимо от патронов, эксплуатирующих артистов. К счастью, один из друзей предоставил в наше распоряжение большой старый дом в центре Сантьяго. Поскольку дом всегда был полон народу, у нас явилась мысль организовать здесь нечто вроде музыкального клуба. Мы назвали его «кемпанией» (реñа), поскольку в Аргентине этим словом называют те места, где исполняют фольклорную музьжу. Друзья ссудили нас деньгами для самого необходимого оборудования помещения, и наша «компания» начала быстро набирать силу. Здесь мы могли выступать спокойно, чередуясь с другими артистами. «Компания Лос Парра» была хорошо принята публикой. Благодаря нашему «клубу» мы установили прямой и постоянный контакт с революционно настроенной аудиторией.

Говорят, что «Компания Лос Парра» — очаг коммунизма и подрывной деятельности. Как хорошо!

— Какое значение имели песни социального содержания, песни протеста для революционной борьбы, которая велась в Чили в последние годы? Что представляет собой «Новая чилийская песня»?

— Чтобы объяснить это, я должна вновь обратиться к нашему опыту. Мы начали с того, что исполняли фольклорную музыку. Виолета Парра на протяжении многих лет пела почти исключительно те песни, которые она записывала в своих полевых экспедициях и которые имели большую ценность как фольклорные документы. Однако им недоставало современного содержания. Тогда Виолета Парра первой в Чили стала сочинять и исполнять песни на актуальную тематику. Получилось это само собой, как естественный ответ на остро испытываемую нами потребность быть вместе с народом, жить его заботами и проблемами. Так родилось то движение, которое затем стало называться «Новая чилийская песня». Участники его пропагандируют песни, чьи мелодии базируются на фольклорных источниках, вырастают из музыкальных корней Латинской Америки и чье содержание отвечает насущным задачам сегодняшней борьбы — борьбы с несправедливостью, нищетой, отчужденностью, угнетением, ненавистью. Артист, певец должен жить жизнью своего народа и песней указывать ему пути революционной борьбы.

«Новая чилийская песня» ассимилировала и вобрала в себя много различных элементов: исторические традиции, фольклорные корни, политическую направленность, новую музыкальную выразительность — результат плодотворного союза профессиональной и фольклорной музыки, традиционных и новых инструментов, чилийских и инонациональных компонентов музыкальной культуры. Ведь для музыки не существует границ.

Во время последней президентской кампании Сальвадора Альенде все чилийские артисты, все деятели искусств объединились вокруг блока «Народное единство» и участвовали во всех политических манифестациях. Мы участвовали пением, танцами, живописью, ибо с нами были и танцоры и художники. В Чили девяносто девять процентов артистической интеллигенции состоит в блоке «Народное единство».

«Новая чилийская песня» — лишь один из ручейков широкого потока музыкального обновления, захватившего сегодня всю Латинскую Америку и Европу, потока, насчитывающего бесчисленное множество имен, множество талантливых артистов-творцов, обращающихся своим искусством к Новому Человеку, к Революции.

Перевод с испанского и примечания П. Пичугина

...с Оливье Мессианом

Педагог Института имени Гнесиных Ю. Бычков, проходивший стажировку в Париже, встретился с Оливье Мессианом и задал ему несколько вопросов, касающихся его творчества, а также постановки музыкального образования во Франции. Ниже мы публикуем ответ Мессиана.

— Прежде всего хочу сказать, что я всегда был музыкантом-мелодистом. Я совершенно не согласен с мнением, что в музыке не должно быть линий, рисунка.

Что касается гармонии, то здесь я — за красочность. Когда я слышу музыку «внутренним слухом» или в концерте, — я вижу цвета. Мне кажется, что она окрашена в яркие тона — синий, красный, оранжевый, зеленый. В этом нет ничего особенного. Я вижу внутренним зрением цвета, которые у меня в сознании движутся вместе со звуками. В своей музыке я всегда пытаюсь передать данное ощущение слушателям.

Я уделяю также большое внимание ритму (веду соответствующий класс в консерватории) и уже в течение пятнадцати лет работаю над исследованием, которое называется «Учение о ритме». Я интересовался стопами греческого стихосложения, ритмикой Древней Индии и грегорианского хорала.

Есть еще одна особенность в моем творчестве, которая, может быть, заставит вас улыбнуться. Я орнитолог, то есть в течение тридцати лет я систематически записываю во всех провинциях Франции печие птиц различных пород, занимаюсь этим и во время моих поездок по разным странам. У меня есть записи голосов птиц Японии, Америки.

Для меня это очень серьезное занятие, в результате которого возникли такие произведения, как «Каталог птиц» (в каждой пьесе данного фортепианного цикла использован голос птицы, представляющей определенную провинцию Франции), «Семь Ай-Ай» для оркестра духовых инструментов с ксилофоном, маримбой и солирующим фортепиано (здесь использовано пение птиц Японии).

В последнее время во Франции прозвучали некоторые мои сочинения. Так, в Théâtre des Ambassadeurs сыграли Et exspecto resurrectionem mortuorum, написанное для оркестра, в составе которого — медные и деревянные духовые, а также ударные металлические инструменты.

Несколько слов о воспитании молодых композиторов. Я знаю главным образом то, что происходит в Париже. В провинциальных городах тоже есть консерватории, в них существуют классы гармонии и фуги, обучению композиции же там уделяется меньше внимания.

В самом Париже — три наиболее важных учебных заведения, где преподают эту дисциплину: École Normale de Musique — здесь класс композиции ведет мой коллега Анри Дютийе, Schola Cantorum и Парижская консерватория. Если в первых двух воспитание композиторов происходит менее активно, консерватория в этом смысле остается наиболее значительным учреждением.

Я, как педагог, хотел бы сказать, что, по моему мнению, преподаватель композиции не должен навязывать ученикам ни свою собственную музыку, ни свою манеру мышления. Нужно тщательно изучить возможности ученика и ориентироваться прежде всего на них, помогая ему найти самостоятельный путь в искусстве.

Конечно, в задачу педагога входит познакомить молодых композиторов с классической музыкой в самом широком смысле — от старинных композиторов до романтиков, ввести их и в курс современного музыкального творчества, с учетом изучения и неевропейских музыкальных культур. Долг преподавателя — знать самые последние, самые новейшие сочинения и уметь прокомментировать их. Большое значение я придаю анализу различных произведений; в течение многих лет я вел этот курс, разбирая с учениками многое — от симфоний Бетховена до театральной музыки, причем с самых разных сторон.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

...с Оливье Мессианом

Содержание