Выпуск № 4 (389) | 1971 - страница 73

жюри входили многие дирижеры, композиторы и музыкальные деятели, в том числе Эльза Шиллер, Вольфганг Фортнер, Карл Хёллер, Вольфганг Гайселер, Роланд Бурден, Пьер Коломбо, Карл Меллеш, автор этих строк и другие) должно было опредепить лучшую интерпретацию каждого из трех упомянутых стилей. Члены жюри оценивали исполнение по 12-балльной системе. Голосование было открытое, и оценки ставились немедленно после выступления, без какой-либо дискуссии или обсуждения.

Все концерты проходили в Большом зале радио, записывались на пленку и транслировались. Репертуар прозвучал самый разнообразный: концерты Баха, Генделя, Вивальди, Бетховена; симфонии Моцарта, Бетховена; Сюита Дворжака, Струнная серенада Чайковского, «Шехеразада» Римского-Корсакова. Современная музыка была представлена произведениями В. Зиберта, В. Хейдера, А. Обрадовича, В. Мокраньца, X. Яблонского, Г. Бацевич, У. Уолтона, В. Пийпера, А. Онеггера, В. Власова, Я. Ряэтса и других.

Качество и уровень исполнения оказались весьма неровными. Некоторые дирижеры увлеклись непосильно трудными программами, непомерно большими составами (оркестры шведов и англичан, например, включали свыше ста человек). Слабо, подчас сумбурно провели свои программы английский, шведский и западноберлинский оркестры, дирижеры которых отнеслись, как мне кажется, недостаточно ответственно к столь серьезному смотру. Молодежный оркестр Западного Берлина (дирижер Адальберт Хайниш) весьма свободно и неубедительно трактовал Concerto grosso № 4 Генделя и Es-dur’ную симфонию Моцарта, получив низкие баллы (3, 4, 5). Следует отметить, что члены жюри — немцы и австрийцы особенно строго оценивали интерпретации произведений немецких и венских классиков, не прощая малейших неточностей в трактовках. Шведский оркестр (дирижер Гуннар Ахен) показал программу, составленную из множества небольших пьес и отдельных частей циклических сочинений. Исполнение было также неудовлетворительным. Огромный (четверного состава) английский оркестр из Кента под управлением Бела де Кзиллери совершенно не справился ни с трудной Симфонией Уильяма Уолтона, ни с аккомпанементом Третьего концерта Бетховена, обнаружив чрезвычайно слабый ансамбль и несовершенное исполнение партий духовых инструментов. (Правда, весьма порадовал совсем молодой — ему всего 15 лет — пианист Андрей Хайг, виртуозно сыгравший сольную партию. Мне кажется, что этого пианиста при умелом воспитании ожидает большое будущее.)

Отличную сыгранность, красивую звучность, хорошее чувство стиля продемонстрировал Камерный ансамбль из Югославии (дирижер Душан Сковран). Особенно ярко проявились эти качества в Concerto grosso № 1 Генделя и Концерте Вивальди. Интересными оказались Концерт для кларнета и струнного оркестра Александра Обрадовича и Дивертисмент Василя Мокраньца. В югославском ансамбле очень сильные скрипачи.

Еще большее впечатление произвел польский Камерный оркестр из Лодзи (дирижер Збигнев Фриман), выступивший с весьма интересной и разнообразной программой: Concerto grosso Корелли, Бранденбургский концерт № 3 И. С. Баха, Симфония для струнного оркестра и чембало Ф. Э. Баха и ряд сочинений современных композиторов. Польские музыканты покорили великолепной звучностью струнных (осообенно в piano). Виртуозное исполнение Пяти импровизаций для виолончели и струнного оркестра Хенрика Яблонского, блестящая и эффектная интерпретация Дивертисмента Гражины Бацевич оставили отличное впечатление.

Неплохо выступил голландский оркестр из Харлема под управлением Андре Каарта, хотя некоторые сочинения, такие, как Симфония Франка Мартена или Симфоническая сюита Альфонса Дипенброка, молодым музыкантам еще не по силам. Коллектив из Бонна (дирижер Фолкер Вангенхейм) весьма убедительно интерпретировал Четвертую симфонию Бетховена — в хорошем классическом стиле, с безукоризненной интонацией. Понравилось и исполнение Третьего фортепианного концерта (солист Джюстус Франц). Рядом с Бетховеном достаточно экстравагантно прозвучало новое сочинение Вернера Хейдера Edition D-1970, вызвавшее большое удивление у маститых профессоров — членов жюри и восхищение у молодежной аудитории. Надо сказать, оркестровых фокусов, «сверхъестественных» звучаний и музыкального баловства в этом опусе предостаточно! Однако интерпретацию жюри оценило высоко: играли молодые музыканты эту музыку с восторгом и весьма виртуозно.

Концерт струнного оркестра Московской консерватории (дирижер Михаил Тэриан) ожидался с большим интересом. Все билеты на него были проданы. Кроме того, публика — студенты консерваторий и участники конкурирующих коллективов — заполнила и все проходы в зале. Многие музыканты побывали на репетициях нашего оркестра, где могли убедиться в отличной подготовке как солистов, так и всего ансамбля в целом. Да и вообще советское исполнительство всюду так блестяще себя зарекомендовало, что теперь уже заранее ждут от наших артистов самого высокого уровня художественного испол-

Г. Караян вручает премию М. Тэриану

нения. Тем большая ответственность ложилась на плечи консерваторцев.

Не могу не отметить, что они отнеслись к своей задаче с исключительной серьезностью. Ежедневные репетиции, вся подготовительная работа, как индивидуальная, так и ансамблевая, проводились с полной отдачей сил. И выступление нашего оркестра было, с моей точки зрения, великолепным!

Больше всего мы боялись за Моцарта («Маленькая ночная серенада»). Как я уже говорил, немцы не прощают каких-либо вольностей или отклонений от моцартовских традиций. Но после серенады, исполненной легко, камерно, с филигранной отделкой каждого такта, с великолепным pianissimo и вызвавшей овации всего зала, я получил две записочки от двух немецких профессоров — членов жюри; на одной было написано «фантастично», на другой — «потрясающе!» Герберт Караян, присутствовавший на нашем концерте, дал самую высокую оценку исполнению Моцарта. А Струнная серенада Чайковского буквально поразила мощью первых аккордов. Было такое впечатление, словно к двадцати четырем музыкантам прибавился по крайней мере еще один состав, настолько эмоционально и экспрессивно зазвучала музыка Чайковского! Очаровательно был исполнен Вальс, с блеском — Финал. Во втором отделении оркестр отлично сыграл Прелюдию, Ариозо и Фугетту Онеггера, продемонстрировал великолепную кантилену в Романсе Сибелиуса и подлинную виртуозность в труднейшем Концерте для струнного оркестра Яана Ряэтса. Каждый новый номер программы принимался со все большим энтузиазмом. Даже члены жюри, несмотря на запрет, позволили себе аплодировать. Публика устроила оркестру овацию и заставила его бисировать (беспрецедентный случай на смотре!). Хочу поделиться своим авторским впечатлением об интерпретации Элегии и Вальса из моей Сюиты для струнного оркестра. За свою долгую творческую жизнь я мог бы по пальцам пересчитать те немногие случаи, когда я бывал не только полностью удовлетворен тем, как исполнено мое сочинение, но и счастлив от «слушания» собственной музыки. Таким «случаем» явился для меня концерт консерваторского оркестра на караяновском смотре.

Голосование дало следующие результаты; Моцарт — от 9 до 11 баллов, произведения Чайковского, Сибелиуса, Онеггера, Власова и Ряэтса — единогласно 12 баллов!

По условиям смотра были установлены две премии — две золотые медали; за лучшую интерпретацию классики и за лучшую интерпретацию современного произведения. Окончательный подсчет всех баллов показал, что обе премии должны достаться оркестру Московской консерватории. Тогда профессор Штреземан от имени всех членов жюри обратился к нашим музыкантам со следующим словом: «У нас не конкурс, а смотр, фестиваль. Его главная цель — встречи, дружеское общение молодых музыкантов. После советского оркестра наивысшие оценки имеют оркестры Польши и ФРГ. Было бы очень хорошо, если бы советский оркестр отказался от второй медали в пользу Польши и ФРГ — это было бы знаком дружбы и моральной поддержкой молодых музыкантов других стран». Наше согласие вызвало горячие аплодисменты всех членов жюри и сердечную благодарность со стороны Герберта Караяна. Итак, на первое место вышел оркестр Московской консерватории, на второе — коллективы Польши и ФРГ.

На заключительном торжественном концерте в зале Западноберлинской филармонии наш оркестр исполнил Струнную серенаду Чайковского, польский — Дивертисмент Бацевич, оркестр ФРГ — Edition D-1970 Хейдера. После вручения наград состоялось еще одно выступление, о котором нужно сказать несколько слов.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Г. Караян вручает премию М. Тэриану

Содержание