При этом удивительная певучесть рояля находилась в строгом подчинении твердой воле и конструирующей форму мысли исполнительницы. Поэтому ее интерпретация рапсодии отличалась необычайной силой эмоциональной убедительности, особенно в передаче единоборства главной темы произведения — темы Двадцать четвертого каприса Паганини и «побочной» — Dies irae.

Здесь не лишним будет сказать, что незаурядная трактовка Рапсодии на тему Паганини нашла живейший отклик и за рубежом. Так, рецензент голландской газеты «Хэт Пароол» отметил, что пианистка продемонстрировала в этом сочинении «чрезвычайно яркую артистическую индивидуальность, в которой страсть управляется образцовым контролем мышления».

...С чего начинала и к чему сегодня пришла Белла Давидович? Начав свою жизнь в искусстве с обычных для вундеркиндов успехов⁵, она вошла в советское исполнительское творчество по праву большого таланта, одного из первоклассных современных шопенистов. Вместе с тем пианистка обретает свое лицо в иных фортепианных стилях.

Разумеется, ее трактовка того или иного произведения подчас вызывает споры, возражения (никто от этого, в принципе, не застрахован!). Но художественный почерк артистки, отмеченный одновременно печатью редкостного вдохновения, тонкого интеллекта и поистине филигранной техники, невозможно назвать незначительным, прежде всего, потому, что он очень индивидуален. А это не столь уж частое явление.

Встречи с пианистическим искусством Беллы Давидович — всегда общение с прекрасным и возвышенным. И это само по себе удивительно и радостно. Но ее искусство поражает и другим — гармонией безупречного мастерства и неувядаемой силы молодости.

И. Соколова

Баянист во фраке

После одного из концертов в Лондоне восхищенные слушатели преподнесли нашему баянисту Юрию Казакову памятный подарок с надписью: «От любителей органа». Это было еще в 1954 году, во время первого в истории «выезда» русского баяна за границу. Сам исполнитель тоже был тогда за рубежом впервые и, естественно, очень волновался. Тем более, что в состав концертной группы входили такие мастера, как Д. Ойстрах, А. Хачатурян, Я. Зак, квартет имени Комитаса, И. Петров, В. Фирсова, Р. Стручкова, П. Нечипоренко. И Казаков, тогда еще мало известный артист, сразу же занял достойное место в ряду с прославленными музыкантами. Многочисленные опасения, высказываемые перед этой поездкой иными скептиками («Баян — за границу?.. Что это будет?..»), оказались совершенно несостоятельными: дебют русского инструмента в Европе прошел с огромным успехом, превзойдя все, даже самые оптимистические, ожидания. И странная, казалось бы, надпись, сделанная англичанами, на самом деле имела прямой смысл: Казаков начал свое выступление с исполнения органной Токкаты и Фуги d-moll Баха и справился с этим блестяще.

Баян в руках этого мастера — инструмент почти волшебный. Это совсем не тот баян, который все мы знаем с детства как «дежурного аккомпаниатора», под звуки которого поют и пляшут в клубах и на гуляньях. Казаков играет на своем чудо-баяне Баха, Моцарта, Шумана, Шопена, Листа, Шуберта, Мусоргского, Лядова, Чайковского, Шостаковича. Прокофьева, Чайкина, Щедрина...

За пятнадцать лет, прошедшие с той первой поездки в Англию, он объехал полмира, побывал в Польше, Румынии, Венгрии, ГДР, Вьетнаме, Болгарии, Швейцарии, Исландии, Норвегии, Индонезии, Шотландии, Ирландии, Франции, Бельгии, Люксембурге, Швеции, Финляндии, Дании, странах Латинской Америки... Он исколесил всю нашу страну, забираясь в самые отдаленные ее уголки. И всюду — неизменный успех, восторженный прием, горячие приветствия прессы.

Когда в 1965 году в честь 20-летия Организации Объединенных Наций в Женеве, во Дворце Наций, состоялись два концерта, в которых каждый исполнитель должен был выступить только один раз, Казакову — единственному из всех — пришлось, по требованию публики, выступить дважды в обоих концертах.

Разумеется, этому триумфальному шествию русского баяна по всей планете предшествовали долгие годы огромного повседневного труда артиста, мучительных творческих поисков, не прекращающихся ни на один день и сейчас, и упорнейшей, подчас очень тяжелой, борьбы.

_________

⁵ Семейное предание гласит, что трехлетней девочкой, не зная нот, по слуху, она подобрала h-moll’ный вальс Шопена. Суть же заключается в том, что, не справившись, конечно, с темпом и фактурой произведения, маленькая пианистка не допустила ни одной гармонической погрешности.

Родился Казаков в Архангельске в 1924 году. Отец Юрия был музыкантом — известным в свое время на Севере баянистом-виртуозом. В двухлетнем возрасте Юра лишился матери и до 11 лет воспитывался у бабушки. В ее доме было много музыкальных инструментов: скрипка, гитара, домра, балалайка и даже горн. Но особенно тянуло мальчика к венской гармонике. Играть на ней он научился очень рано. И в 1929 году, когда ему было всего пять лет, сыграл свой первый в жизни концерт «на зрителе», в Архангельском Большом театре, выступая в программе праздничного вечера в честь годовщины Октября, о чем на следующий день сообщала газета «Правда Севера».

Отец Юры — солист музыкального радиовещания — возглавлял трио баянистов Архангельского радиокомитета. Репетировали дома, так что мальчик буквально засыпал и просыпался под звуки баяна и уже тогда был совершенно влюблен в этот инструмент. Однако отец не хотел, чтобы сын унаследовал его профессию: в мечтах он видел его юристом, хотя и отдал ребенка в музыкальную школу по классу рояля. Юный музыкант учился прекрасно, но душу все-таки отводил дома, за любимым инструментом. Ему сделали специальный баян, и вскоре он в дуэте с отцом выступил в филармонии. Это выступление так же, как и первое — в театре, — имело большой успех¹. Видя, какие успехи делает сын, отец взял его в трио аккомпанировать Северному русскому народному хору, с которым они ездили тогда в Москву на праздничные концерты в честь открытия Всесоюзной сельскохозяйственной выставки. Тогда же была впервые сделана запись дуэта отца и сына на грампластинку.

...Его все время неудержимо тянуло играть. То в спектаклях Архангельского ТЮЗа, то в гастрольных поездках по области кукольного театра, то в городском красноармейском ансамбле песни и пляски. К началу войны Казаков — солист Архангельской филармонии. В этот период он часто аккомпанировал А. Я. Колотиловой, которая очень любила петь под аккомпанемент его баяна. В 1942 году в Архангельск приехал ансамбль Северного флота. Его руководители, услышав Казакова, дали «заявку на него» в военкомат; вскоре он был призван в армию и послан для прохождения службы в Полярном, в ансамбль Северного флота. Юрий Иванович считает, что тогда ему очень повезло: ансамблем руководил талантливый музыкант, увлекающийся, неугомонный человек Б. Боголепов. Бок о бок с ним трудились композиторы Е. Жарковский и Б. Терентьев. Так что служба эта для молодого музыканта явилась еще одной, очень хорошей, школой. Казаков руководил группой баянистов, причем все обработки делал сам. Репетировал

_________

¹ Участвуя в олимпиадах и смотрах детской художественной самодеятельности, Юра всегда удостаивался почетных грамот, а в 1938 году ему была присуждена первая премия на городском конкурсе юных дарований Архангельска.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

И. Соколова

Баянист во фраке

Содержание