Начало пути

Уже более пяти лет продолжается успешное «сонатное содружество» Н. Гутман и А. Наседкина, привлекая к себе внимание и симпатии. Оба исполнителя — отличные музыканты, интересные по своей индивидуальности. Игре их ансамбля присущи соразмерность и слитность звучания, гибкость фразировки и выразительная значительность каждого голоса. Но такие качества в какой-то мере есть в игре многих камерных коллективов. Быть может, «персоналия» данного дуэта прежде всего в самом «тоне» общения артистов со слушателями. Мягкий, ничего не навязывающий, он не подчиняет, а увлекает, не диктует свою волю, а словно обращается к сокровенным чувствам и переживаниям. И воздействие этого тона (назовем его условно «интимно-доверительным») ничуть не меньше, нежели мужественная и патетичная интонация оратора, о которой столь часто упоминают, пытаясь определить наиболее характерные черты современного исполнительского стиля.

Способностью донести до слушателя поэзию, звучащую в музыке, раскрыть возвышенную романтику чувства, вдохнуть одухотворенность в каждую фразу в совершенстве обладают Гутман и Наседкин. От «сердца к сердцу» назвала бы я эту исполнительскую манеру, лишенную, кстати, внешней эффектности, полную внутреннего достоинства. В конечном счете в Adagio Мендельсона (третья часть Сонаты D-dur op. 58) нет ничего, что существенно отличало бы это произведение от множества известных нам «песен без слов». Та же безыскусная непосредственность в изложении мыслей, то же обаяние искренних, пусть и не всегда достаточно глубоких настроений. Однако в интерпретации молодых артистов музыка Adagio захватила не только красотой лирических высказываний, но и внезапно раздвинувшимися горизонтами эмоционального содержания.

В тонком психологическом рисунке, созданном исполнителями, не было острых столкновений, неожиданных взрывов чувства. Но мы почувствовали серьезное раздумье человека, словно оплакивающего возвышенные порывы души, оставшиеся неосуществленными.

А с какой свободой и подлинно импровизационной гибкостью прозвучали медленные части Четвертой, С-dur'ной сонаты Бетховена! Торжественно и вместе с тем проникновенно было сыграно Andante. Мастерски, в одном звуковом и эмоциональном ключе передавались отдельные звенья темы от инструмента к инструменту. Убедительно, с неослабевающей логикой раскрыли инструменталисты и драматический конфликт Adagio. Все было просто, почти однотонно, и вместе с тем сила скорбного чувства слышалась в каждой фразе, в каждой найденной краске.

Великолепно владеют ансамблисты искусством пауз, внезапных остановок в развитии мысли, приемами «торможения» перед яркими кульминациями. Достаточно напомнить хотя бы переход от Tempo Andante к волевой энергии Allegro vivace во второй части сонаты.

Часто, желая похвалить какой-либо ансамбль, говорят: «Они так подходят друг другу». Вероятно, это условие — немаловажный фактор в успешной совместной работе. Понятие «психологической несовместимости» играет заметную роль в неудачной творческой судьбе многих камерных ансамблей: не каждая группа людей может образовать коллектив.

Вместе с тем творческий союз отнюдь не подразумевает безликости, однообразия. Как верно заметила М. Шагинян, «подлинный коллектив человеческий сцепляется разнообразием создающих его характеров». Во многом это относится и к ансамблю Гутман и Наседкина. Я уже говорила об общих чертах их художественного облика, объединенных прежде всего серьезным восприятием жизненных явлений. Однако никак нельзя сказать, что мышление их идентично. Просто интеллект и эмоциональная непосредственность, ощущение диалектики развития музыкальной мысли, скрупулезная завершенность построения целого слились в их ансамблевом почерке воедино. Именно это позволяет артистам так своеобразно, без малейшей тенденции к оригинальничанию прочесть Сонату Брамса F-dur op. 99. Она прозвучала как захватывающая своей искренностью лирическая исповедь, в которой на смену эпизодам активного действия, эмоциональным взрывам приходят периоды философской отрешенности, погружения в себя. «Герой» сонаты Брамса, каким его видят исполнители, полон противоречий и исканий, подъемов и депрессий...

Ансамблисты точно рассчитывают необходимый эффект динамических оттенков, звучность forte никогда не бывает грубой, нарушающей законы соразмерности, особенно сложные при сочетании неравных сил фортепиано и виолончели.

Великолепны градации piano и pianissimo, доходящих временами до предела возможного, но всегда глубоких по тембровой окраске. Чудесно владеет «секретом тишины» Гутман. В ее смычке есть какая-то воздушность. Почти не касаясь струны, она вызывает к жизни

звук мягкий и трепетный, теплый, как человеческий голос.

Но если в Брамсе исполнители подчеркивают сдержанный темперамент музыки, то в Сонате Рахманинова чувство меры подсказало им другое решение. В трактовке этого предельно экспрессивного сочинения, где «разлив чувств» иногда захлестывает мысль, артисты стремятся к сдержанности, умной «скупости» в использовании своей палитры. С завидным тактом избегают они многих rubato и tenuto в лирических темах первой части и финала, нисколько не снижая выразительности самих тем. Слитно, на едином дыхании проходит средний раздел скерцо. Поэтично, но без «романтической свободы» в фразировке и нарушений темпового единства играется Andante.

Немалые трудности представляет соната как сочинение для ансамбля. Не случайно ее в шутку называют концертом для фортепиано и виолончели. В таком суждении есть доля правды. К чести артистов, об этом забываешь, слушая их исполнение. Наседкин, нисколько не сужая масштаба рахманиновской фактуры, нашел приемы педализации и штрихи, позволяющие достичь равенства партий обоих инструментов.

Можно многое еще сказать о молодом сонатном ансамбле. Об их интерпретации в рецензируемых концертах Сонаты Грига или о своеобразной трактовке первой части Сонаты Франка, прозвучавшей весьма изысканно благодаря замедленному темпу и красочным полутонам...

Каждая новая встреча с этими артистами сулит чувство радости. Несомненно, перед ними — большой творческий путь.

Т. Гайдамович

Хорошая традиция

Стало хорошей традицией в канун всенародного праздника Дня Победы проводить во Всесоюзном Доме композиторов концерты военно-патриотической музыки. Неизменно привлекая внимание широкого круга слушателей, они стали своеобразным творческим отчетом лучших духовых оркестров столицы.

В последнее время крупнейшая в нашей стране Московская композиторская организация заметно усилила внимание к военно-патриотической теме. Об этом свидетельствует появление новых интересных произведений различных жанров и форм — от марша до симфонии — для военно-духовых оркестров. Эти произведения посвящены Родине, В. И. Ленину, Коммунистической партии, героям Великой Отечественной войны. Лучшие из них, как и ранее созданные сочинения многих известных советских композиторов, составляющие своеобразный «золотой фонд» нашей духовой музыки, постоянно входят в концертный репертуар.

В этом году в вечере ВДК приняли участие два популярных коллектива — Отдельный образцовый оркестр Военно-Морского Флота СССР и оркестр Военно-воздушной инженерной академии имени Н. Е. Жуковского. Их программа включала как уже популярные, так и недавно созданные произведения.

Маршем А. Хачатуряна «Героям Великой Отечественной войны» открылось первое отделение, в котором выступил оркестр академии (дирижер — подполковник М. Вихарев). Написанная в суровые военные дни, пьеса и сейчас сохраняет достойное место в «музыке боевой славы», воспевшей величие ратного подвига советского народа. Причины жизнеспособности этого произведения — яркое национальное своеобразие, точное ощущение жанра героического марша. Эти особенности отчетливо сказались в интерпретации оркестра.

Поэма Н. Иванова-Радкевича также посвящена Великой Отечественной войне. Талантливому композитору, чье многогранное творчество стало классикой советской военной музыки, удалось в ярких образах масштабного героико-эпического полотна воплотить высокую патриотическую идею защиты Родины, создать впечатляющую картину мощного размаха народной битвы против фашистских захватчиков. Поэма написана рукой большого мастера, отличается художественной значительностью и симфонической цельностью, мелодической рельефностью и красочностью оркестровки. Она убедительно прозвучала в исполнении музыкантов академии.

С успехом была исполнена Рапсодия на темы патриотических песен Б. Кожевникова. В основу ее положены две популярные мелодии — «Шумел сурово Брянский лес» С. Каца и «Есть на Севере хороший городок» Т. Хренникова. Изобретательное, с тонким вкусом инструментованное сочинение несомненно станет репертуарным.

Тема Великой Отечественной войны получила отражение и в строевом марше «Боевые годы» И. Петрова, посвященном прославленному полководцу, Маршалу Советского Союза Г. К. Жукову. В музыку марша композитор органично ввел интонации песен «Священная война» и «Москва майская».

Во втором отделении ряд но-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Начало пути

Хорошая традиция

Содержание