Выпуск № 2 (351) | 1968 - страница 13

идею братского содружества славянских народов и представляет собой одно из самых ярких произведений в советской духовой музыке.

Прошло немало времени, прежде чем Кожевников вновь вернулся к этому жанру. В 1963 году родился замысел, а в 1967 — был написан последний такт новой симфонии¹. Ее премьера открыла путь на концертную эстраду во многих отношениях интересному программному сочинению.

Примечателен сам выбор его темы. В советской духовой музыке не так уж много масштабных концертных произведений, посвященных незабываемым революционным событиям². В этом смысле наши композиторы-симфонисты безусловно идут впереди. Подтверждая сказанное, достаточно назвать Одиннадцатую симфонию («1905 год»), Двенадцатую симфонию и новую симфоническую поэму «Октябрь» Д. Шостаковича.

Вполне естественно, что художественные принципы, лежащие в основе лучших советских симфоний на героико-революционную тему, могут и должны служить примером и благотворным стимулом для творческих поисков в жанре духовой музыки. Вместе с тем здесь важно учитывать специфику подобного жанра. Четвертая симфония Кожевникова — показательный пример.

В двух первых ее частях изображается предоктябрьская Россия. Тематически эти разделы цикла объединены с двумя последующими — лирико-эпическим центром симфонии (третья часть), раскрывающим образ В. И. Ленина, и динамичным финалом, утверждающим победу революции.

Первой части симфонии предпослан авторский подзаголовок — «Предрассветная Русь»: стонет Россия под гнетом самодержавия, но чаша народного терпения уже переполнена — взрыва не миновать. Выразительно передано это «двуединое» настроение в музыке. Тема, открывающая и завершающая часть, построенная на интонациях русской народной песни «Эй, ухнем», носит призывный характер, а главная партия сосредоточенно-сурова.

Вторая часть симфонии вводит слушателя в бурную атмосферу революционной борьбы. Она имеет два подзаголовка: «Призыв к восстанию» и «Баррикады». Музыка — динамичная, стремительная, почти зрительно передающая неудержимый напор толпы — раскрывает здесь два взаимосвязанных образа. Первый эпизод народного волнения завершается призывными фанфарами, словно зовущими к сплочению революционных масс. Следующий назван самим автором «эпизодом борьбы». Стремясь к исторической конкретности, композитор обращается к ритмоинтонациям революционной песни «Смело, товарищи, в ногу». Он нигде ее не цитирует, но подвергает симфонической разработке, удачно используя приемы вычленения, секвенционного и тонально-гармонического развития.

Образному перевоплощению второй части — от волнения к организованному действию — способствует прием постепенного насыщения оркестровой фактуры. Заключительное проведение трансформированной ритмоинтонации «Смело, товарищи, в ногу», звучащее в мощном tutti оркестра fortissimo и в то же время сдержанно (согласно авторскому указанию в партитуре) как бы «аккумулирует» предшествующее динамичное развитие, вызывая образные ассоциации с победным маршем рабочих колон по улицам революционного Петрограда.

Третья часть — «Песнь о великом вожде». После небольшого «прозрачного» вступления в светлой тональности F-dur неторопливо звучит выразительная мужественная тема широкого дыхания. В характере этой чисто инструментальной мелодии есть, однако, черты, роднящие ее с советской массовой песней, что естественно, ибо прежде всего в песне нашел свое отражение образ величайшего из людей нашего времени.

Многогранности центрального образа способствует вторжение героического начала.

Финал симфонии — «Заре навстречу». Он начинается величественным фанфарным вступлением, за которым следует динамичное сонатное allegro. В главной партии — энергичной, стремительной, порывистой, с чертами perpetuum mobile — словно бы запечатлена сама атмосфера новой эпохи с ее благородным радостным духом освобождения.

Побочная партия — пример задушевной лирики Кожевникова. Эта распевная выразительная тема, звучащая впервые у валторн, будто рисует широкие просторы родной страны. И как нередко бывает, в репризе она предстает перед нами в ином облике — на первый

_________

¹ Четвертая симфония Б. Кожевникова впервые прозвучала в дни юбилейного пленума Союза композиторов РСФСР в Ленинграде в исполнении Образцового оркестра штаба Ленинградского военного округа под управлением дирижера оркестра капитана А. Вдов.

² Это прежде всего «Увертюра на темы революционных песен» Н. Иванова-Радкевича, «Героическая увертюра» Е. Макарова, «Героическая поэма» Б. Кожевникова, поэма «Залп "Авроры"» Д. Салиман-Владимирова, кантата для духового оркестра «Гимн Октябрю мы поем» Л. Мальтера.

план выступает волевое, активное начало, в музыку проникают настроения главной партии.

Завершается симфония апофеозом революции, утверждением незыблемого тезиса о бессмертии октябрьских свершений¹.

Знакомство с новой симфонией Кожевникова вызывает прежде всего чувство глубокого уважения к неустанному творческому труду композитора в жанре «духовой симфонии», к поискам новых тем и расширению выразительных средств современного духового оркестра.

Масштабность замысла, эмоционально-образная конкретность музыки, современность языка, лаконичность и цельность формы, наконец, мастерство в использовании художественно-выразительных средств духового оркестра — все это позволяет отнести Четвертую симфонию Кожевникова к его творческим удачам, к числу интересных произведений советской программной духовой музыки, написанных к пятидесятилетию Великого Октября.

Другим примечательным произведением аналогичного жанра хочется назвать программную симфонию «Мужество» композитора А. Дзегелёнка. Он известен как автор, работающий в самых различных жанрах².

Но вот уже в течение длительного времени Дзегелёнок уделяет большое внимание духовой музыке. Им созданы такие широко известные произведения для военного оркестра, как марш-баллада «Чапаев», «Героическая сюита», посвященная событиям на озере Хасан, «Поэма о Сталинградской битве», отмеченная в новой редакции первой премией на конкурсе произведений военно-духовой музыки в честь 40-летия Советских Вооруженных Сил, и ряд других сочинений.

Композитора давно привлекала героико-патриотическая тематика. Создавая симфонию «Мужество», он вдохновился событиями революционного прошлого нашей Родины, еще более далекого, чем в симфонии Кожевникова — выступлением «Очакова» в 1905 году, которое возглавил офицер русского флота лейтенант Шмидт.

Автор тщательно изучил материал о деятельности моряка-революционера, олицетворявшего благородство и мужество лучшей части русской военной интеллигенции. Трагически оборвалась жизнь лейтенанта Шмидта, приговоренного военным судом к смерти, но память о его преданности делу революции сохранилась в сердце народа.

В соответствии с программным замыслом в центре произведения, представляющего собой свободно трактованный симфонический цикл, — два неразрывно связанных образа — героя-революционера и народных масс.

Четыре части, которым предпосланы авторские подзаголовки и краткая литературная программа, подобны картинам музыкального «действа». При этом во всем ясно ощутима строгая закономерность и логичность музыкальной драматургии с четко очерченной экспозицией действия (первая часть), конфликтом противоборствующих сил (вторая часть), лирико-философским раздумьем героя (третья часть) и заключительным итогом (четвертая часть), утверждающим бессмертие революционного подвига.

Первая часть симфонии («Доля горькая») начинается эпически величавой темой, тихо и проникновенно звучащей у басов. Появляясь в несколько измененном виде в остроконфликтной второй части, она становится своеобразным эпиграфом сочинения, символизирующим скрытые еще силы народные. Сыграет она в дальнейшем и важную конструктивную роль.

Следующий далее центральный эпизод первой части строится на несколько измененной теме русской народной песни «Ах, ты доля» (отсюда и подзаголовок). Ее интонации подхватываются и развиваются разными голосами оркестра. Возникает образ стонущего под гнетом самодержавия народа, готового, однако, к борьбе за свое освобождение.

Вторая часть симфонии, названная композитором «Восстание», — музыкально-драматургический центр всего цикла. В литературной программе, предпосланной этой части, приводятся слова самого Шмидта: «Клянемся народу в том, что всю работу, всю душу, самое жизнь мы положим за сохранение нашей свободы. И все мы будем равные, свободные братья свободной России!»

Музыка привлекает эпическим размахом и острым драматизмом. Она основана на чередовании контрастных фрагментов. Мы словно становимся свидетелями революционной борьбы народа, поднявшегося против самодержавия. Динамике развития подчинено решительно все: интонационное и метроритмическое разнообразие, терпкость и колористичность гармонического языка, насыщенность и плотность оркестровой фактуры, полифоническое соединение двух ведущих тем симфонии (те-

_________

¹ Для создания более яркой звучности автор ввел здесь в обычный состав оркестра дополнительные трубы.

² Его перу принадлежит ряд симфонических произведений, туркменская опера «Ниязгюль», два концерта для виолончели с оркестром, романсы на слова Р. Тагора, Л. Лонгфелло, Ф. Дюшена, музыка к кинофильму «Умбар» и т. д.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание