написанное с характерной для него остротой и динамическим напором.

Нельзя обойти молчанием Третью симфонию Е. Станковича, о которой уже много говорилось в прессе и на различных обсуждениях. Это произведение солидное, масштабное. Его автор прекрасно владеет симфоническим письмом, и, что особенно важно отметить, ощущает драматургию, умеет ее стройно и точно выстроить.

Своеобразен и Фортепианный концерт И. Карабица. Однако я вижу в нем определенный недостаток: неюторое господство одной фактурной формы, преобладание пассажной техники. Хотелось бы большего разнообразия пианистического рисунка, местами тускловата инструментовка. Немало привлекательных страниц в музыке Карабица, и всегда они связаны с «интонационным плетением», с полифонической вязью. Особенно колоритно это получается, когда композитор полифонически объединяет партии деревянных духовых. В концерте этого недоставало. К тому же, некоторые повороты драматургии не совсем были ясны, хотя в целом потенциальные возможности данного композитора таковы, что от него можно ожидать значительных, масштабных произведений. Мне лично гораздо больше, чем концерт, нравится его симфония «Пять песен об Украине». При всей ее фрагментарности, в ней множество очень тонких мест, удивительно интересных колористических находок. Оригинальна форма, которая строится как мозаика из микродеталей, «перетекающих» одна в другую.

Обобщая свои впечатления от пленума, хочу отметить, что у нас нет сейчас тенденции унифицировать творческие манеры всех композиторов. Нынешнее состояние украинской музыки характеризуется большим разнообразием индивидуальных почерков, стилевых течений. Возьмем, например, столь непохожие, казалось бы, взаимоисключающие произведения: Квартет В. Сильвестрова и Симфония Б. Буевского. Насколько это разные стили, манеры, — вот что радует! И таких примеров можно привести немало.

Художественный потенциал композиторов Киева велик, разнообразен и таит в себе много ресурсов и неожиданностей. Реальное доказательство тому — музыка, звучавшая на пленуме.

Звучит музыка композиторов РСФСР

Горький

В пору творческой зрелости

Горьковская организация¹ отметила свое 25-летие. Период немалый, позволяющий подойти в оценке музыки, прозвучавшей на юбилейном пленуме, без «скидок на молодость». Но до того, как высказаться об отдельных сочинениях, хочется подчеркнуть, что творческое формирование композиторов Верхней Волги происходило в исключительно благоприятных условиях: первым председателем вновь созданного Союза стал Александр Александрович Касьянов, замечательный музыкант, олицетворяющий живую преемственность классических традиций с нашей культурой, художник широчайшего кругозора, активный общественный деятель. Благотворное влияние его личности, высокие духовные идеалы его творчества, подлинная интеллигентность — все это позволило горьковским музыкантам с самых первых шагов своей работы занять достойное место во всесоюзной творческой организации.

Верхневолжский Союз композиторов отличает сегодня динамичность, смелость художественных поисков, практичность в лучшем смысле слова: авторы пишут музыку, которая, как правило, адресуется конкретным исполнительским коллективам, они поддерживают живую связь со слушательской аудиторией своего города и области, стремятся как можно более полно и всесторонне удовлетворять ее запросы. Вот почему наряду с произведениями Касьянова все большее число сочинений его младших коллег выходит в последние годы на всероссийскую и всесоюзную концертную эстраду.

Что же услышали мы в Горьком на юбилейных концертах? Отвечу сразу, и это самое приятное, — сочинения очень различные по манере, по типам об-

_________

¹ С 1965 года она называется Верхневолжской, в нее входят композиторы и музыковеды Горького, Владимира, Иванова, Костромы, Ярославля и Мордовской АССР.

разности, по жанровому решению. Причем даже те авторы, чьи творческие устремления, казалось бы, окончательно сложились, показали себя во многом по-новому

Нам, например, давно и хорошо известно имя А. Нестерова. В Москве, на всероссийских выездных пленумах доводилось слышать различные его симфонические сочинения, романсы, оперу «Летят журавли». Хорошее впечатление оставил показанный ранее во Всесоюзном Доме композиторов Концерт для трубы с оркестром — в целом содержательное сочинение, хорошо раскрывающее возможности солирующего инструмента (Т. Докшицер играет его поистине блистательно). На пленуме в оперном театре с успехом исполнялись фрагменты из оперы «Летят журавли» и из балета «Тимур и его команда» (дирижировал автор), в камерном концерте — романсы на стихи Пушкина и Лермонтова. Но настоящим сюрпризом (для меня, во всяком случае) явились массовые песни Нестерова — «Хохлома», «Раздумье», «Чай» и, особенно, «Спасибо, солдат!»². Совсем непохожие друг на друга по характеру, они привлекают яркостью песенной интонации, отменным профессионализмом. Верно, и раньше композитор обращался к песенному жанру, но сейчас лучшие его работы обрели как бы новое качество; они заслуживают широкой пропаганды.

Заметен творческий рост Г. Комракова. На открытии пленума свежо прозвучал его Первый фортепианный концерт, привлекший оригинальным тематизмом (преломленные здесь русские и якутские элементы придают ему своеобразный колорит), остротой ритмики. Особо примечателен в этом смысле финал — некий «якутский «Исламей». Иные грани дарования композитора раскрылись в вокальном цикле «Элегии», где ясно ощущаются поиски современной бытовой, песенно-эстрадной интонации. Добавлю, поиски, отмеченные хорошим вкусом. Думается, этот цикл или, во всяком случае, отдельные его номера могли бы найти свое место и в репертуаре наших профессиональных вокально-инструментальных ансамблей.

Привлекательны хоровые сочинения Комракова, рассчитанные на исполнение детскими коллективами. Выделю кантату «Мы — чкаловцы» с выразительной траурной песней «Не вернулся на базу», симпатичные миниатюры из цикла «Веселые народные песенки» на стихи С. Маршака.

Впрочем, раз уж я коснулся музыки для детей, хочется подчеркнуть, что, как мне кажется, композиторыволжане не просто «уделяют ей внимание», но в целом добились здесь первоклассных результатов. Сказанное относится в первую очередь к Б. Гецелеву, чьи сочинения увлекают своей изобретательностью, остроумием, и одновременно, сердечностью, теплотой лирической интонации. И дети-исполнители, в том числе самые маленькие, еще дошкольники, с необычайной увлеченностью и искренностью поют его произведения, будь то «Сказка» и «Шалтай-болтай» из цикла «Мы играем и поем» на стихи С. Маршака, или прелестная маленькая кантата «Про медведя» в трех частях («Урок вежливости», «Топтыгин и луна», «Судьба медвежья»), в которой использованы стихи и «старых» и «новых» классиков — И. Крылова, Н. Некрасова, А. Барто, С. Маршака, К. Чуковского и некоторых других, или «Пионерская походная», «Мальчишки — девчонки»... Словом, каждое новое сочинение Гецелева ждешь с нетерпением, предвкушая радость от очередной встречи с талантливым, обаятельным и добрым «собеседником». Разумеется, не только в сфере детской музыки, где достижения композитора особенно очевидны, и остается лишь удивляться, отчего так сравнительно мало еще знают о них за пределами Горького (а я уверен, хоры этого автора могли бы звучать и в нашей стране и за рубежом).

Гецелев — композитор широкого творческого диапазона. Значительный интерес аудитории вызывают и его инструментальные сочинения. На пленуме исполнялся двухчастный Концерт для виолончели с оркестром. Авторские намерения воплощены, кажется, с предельной профессиональной точностью. Как говорится, музыка заставляет себя слушать — порой захватывает силой эмоционального «внушения», порой — своеобразием оркестрового наряда. Вместе с тем, как мне представляется, сочинение это недостаточно самостоятельно. Ощущение, что многое из того, что звучало в зале Горьковской филармонии, как бы «вторично» и в какой-то мере «амортизировано» временем — это огорчительное ощущение у меня, к сожалению, возникло... Может быть, — скажу еще раз — именно потому, что очень искреннюю симпатию вызывает творческая личность Гецелева — талантливого композитора, и, вероятно невольно, ждешь от него большего.

Чрезвычайно обнадежило первое, по существу, масштабное знакомство с творчеством А. Бендицкого, показавшего симфонию «Нижегородский кремль». Думается, в его лице Верхневолжская организация приобрела серьезного, культурного музыканта. Симфония значительна по замыслу. Музыка ее, преломляющая национальные традиции лирико-эпического симфонизма, особенно Н. Мясковского, благородна. Образный строй в целом соответствует патриотическому программному замыслу. Показалось мне, однако, сочинение несколько монотонным, в частности, недостаточно контрастным в темповом отношении (преобладает медленное и умеренно-неторопливое движение: даже скерцо не вносит необходимого оживления, а ведь появляется оно после двух подряд медленной и очень медленной частей). Большего разнообразия хотелось бы и в инструментовке; здесь порой слишком много тяжелых, вязких звучностей в низких регистрах. Вероятно, услышав на пленуме свою партитуру в реальном звучании, автор сделает для себя необходимые выводы на будущее, которое, повторяю, представляется весьма перспективным.

Впервые познакомился я с несколькими сочинениями С. Стразова — хорами на стихи С. Есенина, номе-

_________

² Опубликована в февральской книжке журнала «Советская музыка» за этот год.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Звучит музыка композиторов РСФСР

Горький

В пору творческой зрелости

Содержание