ский (аруз). В первом из них, с которым и связана народная песня, определяющую роль играет деление стихотворной строки на ритмические звенья с определенным числом слогов, во втором же ритмические звенья образуются благодаря чередованию в строке безударных слогов.

В конце строки народного стиха возникает пауза, которую филологи называют «большой цезурой» Так происходит, например, в протяжной песне «Мэдинэкэй» («Мадиночка»):

Агач башкайлары’ беглэ, сыгла” (6+4)
Мэдинэкэй-гелкэй’ бэдрэ чэч ” (6+3)
экрен искан’ ж,ил белэн” (4 + 3)

(Верхушки деревьев сгибаются, ломаются, Мадиночка-цветочек...)

Большая цезура в тексте отмечена и в мелодии, где каждое предложение заканчивается либо длительной остановкой на завершающем звуке, либо паузой, либо распевом последнего слога. Малая цезура разделяет каждую строку на ритмические группы с определенным числом слогов.

Аналогично этому каждое музыкальное предложение состоит из двух мелодических фраз. Здесь наблюдается полное совпадение мелодических и текстовых цезур. Таким образом, все ритмические группы в песне строго соответствуют мелодическим фразам, границы которых, на наш взгляд, и должны быть отмечены тактовыми «чертами» ². Неравным по числу слогов ритмическим группам в тексте соответствуют неравные по размеру мелодические фразы. Отсюда и непериодичность такта, то метрическая переменность.

Существует еще одна характерная особенность протяжных песен. Распевы и огласовка слогов не только носят дополнительные смысловые и эмоциональные оттенки в значения отдельных слов, но преображают и их ритмическое звучание, порой выравнивая длину строк и приближая их соотношение к новотрадиционным жанрам.

«Вставные» междометия, частицы и т. п., которые — по словам И. Земцовского, — «не нужны для раскрытия смысла, сюжета песни... но очевидно, необходимы для ественного течения мелодического распева, для становления протяжной песенной речи» ³, — традиционная черта и русской протяжной песни. Это служит доказательством того, что несмотря на специфические черты, свойственные данному жанру у различных народов, существует и ряд общих закономерностей.

Характерная особенность протяжных татарских напевов — интонационное единство мелодики, которое достигается путем свободной распевно-вариантной разработки основного мелодического ядра. Это наблюдается и в русских протяжных песнях.

В казанских мелодиях ядро содержит не один интонационный текст, а несколько. Так, в песне «Мэдинэкэй» (см. пример № 3) основой вариантного развития становится первая мелодико-текстовая фраза, содержащая три основные интонации: первая — восходящая кварта (a¹—d²) с захватом секстового звука (fis²); вторая — нисходящая в диапазоне малой сексты (d² — fis¹) и третья — в пределах большой терции (fis¹ — d¹) (см. скобки в примере). Далее мелодия строится на изменении ритмических и метрических соотношений этих интонаций. Заключительная фраза носит резюмирующий характер, ибо в ней сжато дан общий вид мелодической линии.

В других песнях развитие основного мелодического зерна сменяется появлением нового интонационного тезиса, который далее тоже развивается. Подобные композиционные закономерности можно наблюдать в песнях «Кызыл тэлке» («Красная лисица»), «Зилэйлук», «Эллуки» и других.

Двухчастные контрастные напевы, где контрастируют запев и припев, отличаются иными размерами стиха.

_________

¹ См., Х. Курбатов. Строение татарского стиха. «Совет эдебияты», 1969, № 3, 4 ( на татарском языке).

² В сборниках «Татарские народные песни» А. Ключарева, М. Музафарова, М. Нигмедзянова эта особенность тактового членения не принимается во внимание. Поэтому в нотных примерах данной статьи, взятых из этих сборников, параллельно даются варианты более верной, на наш взгляд тактировки с учетом текстовых и мелодических цезур (в нотных примерах они отмечены двойной линией, а размеры даны в скобках).

³ И. Земцовский. Русская протяжная песня. Л., 1967, с. 72.

Строфе, состоящей из двух строк с 9–10 или 10–11 -сложным размером, с асимметричными ритмическими группами, противопоставляется строфа из четырех строк с 7–8-сложным размером, с цезурой, которая подразделяет строку на равные ритмические группы. Например, в песне «Салкынчишмэ» («Холодный ручей»):

Сандугач сайрыйдыр’ тирэктз" (6+3)

Авазын ла сала’ йерэккэ” (6+3)

Тау астында' салкын чишмэ” (4+4)

Чылтыр-чылтыр’ агадыр” (4+3)

Сэйгэн сэйгэнем’ аладыр” (5+3)

Безнен, сэйгэн’ каладыр” (4+3)

Пример

(Соловей поет на ветке тополя, и пение его волнует мое сердечко. Под горою холодный ручей звонко-звонко течет. Счастливые женятся на любимых, а наши любимые достаются другим.)

В мелодическом отношении неквадратному периоду, состоящему из двух предложений с асимметричными фразами внутри них, противопоставляется квадратный период со строго симметричными предложениями и фразами. Интонационное единство достигается здесь уже иными средствами, Большую роль приобретает не вариантное изменение одного (или более) интонационного зерна, а периодическая повторность, которая становится основной композиционной закономерностью новотрадиционных напевов песенного фольклора казанских татар.

*

М. Мазо

Динамика местного песенного стиля

Изучение локальных песенных стилей — одна из ключевых проблем советской фольклористики сегодня. Развернувшаяся в последние десятилетия собирательская и исследовательская работа подтверждает, что русская народная песенность интегрирует различные, иногда далеко не схожие местные особенности. В свою очередь общенациональные черты в каждой местности проявляются в глубоко своеобразной форме. Процесс формирования песенных диалектов изучен недостаточно, поскольку не все они выявлены и определена Вместе с тем это один из возможных путей при исследовании отечественного фольклора в целом.

Местный песенный стиль и внутри себя, по всей видимости, — явление неоднородное. Представляя некую этностилистическую общность, он включает в нее разные традиции; зоны чистых, «микролокальных» форм перемежаются со сложными зонами «диффузий».

Естественно, что названный процесс динамичен яе только в историческом, но и в пространственном, географическом масштабе. Исследования в данной сфере еще раз дают почувствовать, как мало «глухих» перегородок в живой реальности фольклора, как далека она от жестких схем.

Настоящая статья посвящена изучению одного местных народно-песенных стилей — восточиово. ского, его различным проявлениям и распростране Задача статьи — также выявить общие тенденции «изменений» и в этом смысле динамику песенного стиля

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Пример

*

М. Мазо

Динамика местного песенного стиля

Содержание