Выпуск № 5 (462) | 1977 - страница 30

Сохранился журнал военно-шефской комиссии филармонии, из которого явствует, что буквально с первых дней войны наши замечательные артисты выступали перед воинами. Лаконичная запись гласит: «24.VI.1941 г. Концерт на призывном пункте фрунзенского района состоялся. Аудитория осталась довольна. В связи с отправкой бойцов в часть, концерт начался в 5 часов 50 минут». В числе участников концертов значатся А. Окаемов, Я. Флиер. В отзыве на концерт, состоявшийся 30 июня на одном в призывных пунктов, читаем: «Выступление прослушали с большим вниманием. Исполнение всех без исключения артистов было прекрасно». (ЦГАЛИ, ф. 658, оп. 9, ед. хр. 106, л. 29).

В первые месяцы войны в таких концертах участвовали Г. Баринова, Ю. Брюшков, Н. Емельянова, Е. и Э. Гилельс, Я. Зак, М. Козолупова, А. Макаров, Л. Оборин, Д. Ойстрах, Д. Пантофель-Нечецкая, Р. Тамаркина, М. Фихтенгольц, Я. Флиер, М. Юдина и другие.

Искренностью и теплотой дышат отзывы воинов-слушателей. Так, о концерте с участием Д. Ойстраха, И. Яунзем, А. Макарова 27 августа 1941 года политрук части Когаляев пишет: «Концерт вышеуказанных товарищей артистов состоялся, вызвав у наших товарищей большой восторг, и все наши товарищи остались очень довольны. Я от имени нашей части выношу благодарность товарищам артистам». (ЦГАЛИ, ф. 658, оп. 9, ед. хр. 106, л. 20.)

О концерте в госпитале 29 августа 1941 года, в котором участвовали М. Фихтенгольц и А. Макаров, мы читаем: «По просьбе политотдела госпиталя 29 августа артисты согласились выступить второй раз для больных, ввиду того, что клуб не мог вместить всех желающих присутствовать на концерте». Отзыв на концерт 2 июля: «Приносим горячую красноармейскую благодарность за прекрасный высокохудожественный концерт.

С колоссальным вниманием бойцы слушали знатнейших мастеров советского искусства — Э. Гилельса и П. Лисициана, которых восторженно встретила красноармейская аудитория. Весь концерт прошел блестяще». (Там же. л. 31.)

Так активно и разнообразно протекала деятельность «революцией мобилизованных и призванных» педагогов, аспирантов и студентов Московской консерватории в первые месяцы войны, пока сохранял свои функции музыкальный центр.

Однако обстановка с каждым днем осложнялась. Непосредственная угроза столице вызвала решение об эвакуации Московской консерватории в Саратов и о временном объединении ее с Саратовской консерваторией. Был установлен срок начала занятий — 1 ноября. Директором консерватории был назначен Г. Столяров.

Между тем на консерваторцев, оставшихся в столице, легла нелегкая задача сохранения здания на улице Герцена, а затем объединения педагогических сил для возобновления занятий со студентами, которые не уехали в Саратов.

А. Агажанов в статье «В трудный час» ⁵ вспоминает о налетах гитлеровской авиации осенью 1941 года: «Наши товарищи сбросили со здания консерватории и обезвредили несколько десятков зажигательных бомб. В начале октября в один день было сброшено 17 бомб. Пожар, который возник над Большим залом (Круглый зал, бывший Музей имени Рубинштейна), был погашен нашей пожарной охраной.

Врач В. Анцышкина бессменно и самоотверженно дежурила у нас в бомбоубежище. Часто там во время воздушных нападений находилось немало человек, среди которых были нервные люди, больные старики и дети. Здесь она проявляла исключительную сердечность, оказывая им не только медицинскую, но и моральную помощь.

Консерваторцы в свободное от работы время строили дополнительные оборонительные заграждения, рыли траншеи, сгружали баржи с топливом. С. Максимов и С. Симонов строили оборонительные рубежи под Москвой. Т. Мюллер... возглавлял бригаду по очистке крыши, двора и улицы от снега. Однажды фугаска упала на жилой дом в Кисловском переулке и Мюллера чуть не сбросило с крыши.

В общественной охране консерватории состояли профессора И. Способин, В. Соколов, И. Любимов, С. Еремин, К. Квитка, А. Гедике. Квитка не выехал из Москвы ради того, чтобы сохранить фонды кабинета народного творчества, он бережно собирал каждый листочек, каждый документ.

Заведующая библиотекой М. Медведева, Б. Вержбилович, И. Адамова, Н. Григорович работали в нетопленном помещении с опухшими руками, приводили в порядок библиотечный фонд, переносили редкие издания в подвальные помещения и обслуживали абонемент. В бухгалтерии работал штаб учета ценностей. И. Харитонов в самые тяжелые

_________

⁵ «Советский музыкант», 1970, 6 мая.

дни собрал и уберег наши ценнейшие инструменты».

Из музыкантов, оставшихся в Москве, были сформированы концертные бригады, которые выступали в бомбоубежищах, госпиталях, частях МВО.

«Однажды Квартет имени Бетховена, — вспоминает А. Агажанов, — играл в палате, где находились раненые товарищи Рокоссовский и Еременко. В Большом зале с конца октября репетировал сформированный Н. Головановым оркестр Радио. Этот оркестр впервые в Москве исполнил под управлением С. А. Самосуда VII симфонию Шостаковича.

После разгрома немцев под Москвой началась серия открытых концертов в фонд строительства танковой колонны.

18 января 1942 года в нетопленном Малом зале состоялся первый открытый концерт Квартета имени Бетховена при участии М. Юдиной и В. Бергмана. Аншлаг, полный зал слушателей, радостные лица; все в шубах, валенках, перчатках... У артистов под фраками лыжные костюмы на сцене рефлектор направлен на клавиатуру, чтобы согреть пальцы пианистки М. Юдиной».

В Большом зале концерты шли с участием Н. Голованова, С. Мигая, Е. Катульской, А. Гедике, С. Рихтера, С. Еремина.

Много выступали наши выдающиеся музыканты по радио. В памятный день 22 июня 1941 года в одном из вечерних студийных концертов Л. Оборин исполнял fis-moll’ный Полонез, этюды и прелюдии Шопена. Сонаты Бетховена звучали в исполнении М. Юдиной.

10 марта 1942 года Комитет высшей школы разрешил возобновить занятия со студентами старших курсов в Москве силами оставшихся здесь педагогов. Учебное заведение стало называться «Московским отделением консерватории». Во главе его встал И. Любимов. В числе педагогов были А. Александров, В. Борисовский, Н. Гарбузов, А. Гедике, Г. Гинзбург, С. Евсеев, Н. Иванов-Радкевич, К. Квитка, С. Козолупов, К. Кузнецов, Л. Оборин, Д. Ойстрах и многие другие. Студентов было 140 человек.

14 ноября 1942 года директором Московской консерватории был назначен В. Я. Шебалин, который подготовил условия для воссоединения педагогического и студенческого коллективов в столице. Обстановка, в которой протекала учебная работа московского отделения консерватории в первый год войны, была крайне тяжелой... Зимой здание консерватории еще не отапливалось, занятия проводились в классах нижнего этажа и частью в подвальных помещениях Большого зала и фойе первого амфитеатра ⁶.

Несмотря на все эти трудности, сотрудники Московской консерватории не только вели учебную работу, но и активно занимались музыкально-патриотической пропагандой. 1 марта 1942 года, после изгнания оккупантов из Клина, состоялось открытие Музея имени Чайковского, а в мае 1942 года при активном участии аспирантки, впоследствии педагога Московской консерватории Т. Федоровой в Зале имени Чайковского была открыта выставка, посвященная жизни и творчеству великого композитора. Сохранились отзывы в книге посетителей этой выставки. Вот один из них:

«Нам, девушкам-краснофлотцам в количестве 65 человек, очень понравилась выставка Чайковского. Многим из нас давно хотелось попасть сюда, чтобы еще раз почувствовать силу гения этого великого композитора».

В консерватории зимой 1942/43 года активизируется военно-шефская работа. Руководят ею Н. Райский, Д. Ойстрах, М. Неменова-Лунц. Собираются подарки для бойцов. К 25-летию Красной Армии на фронт направляется двадцать посылок. Большое внимание уделяется материальной помощи семьям фронтовиков. Для этого создается специальный фонд, основой которого стали сборы с концертов в Большом зале консерватории. Организатором этих концертов выступила М. Юдина.

Так в первые годы войны работали консерваторцы, оставшиеся в Москве.

А в Саратове, где с ноября 1941 года возобновилась и продолжалась, вплоть до реэвакуации в сентябре 1943 года, деятельность Московской консерватории, также делалось немало для выполнения задач, стоящих перед нашим вузом.

Характерна направленность докладов научной сессии, проводимой в марте 1942 года и посвященной 24-й годовщине Красной Армии: «Музыкальная жизнь Красной Армии» Г. Орвида, «Красная Армия в творчестве советских композиторов» И. Рыжкина, «Красная Армия в народном творчестве» Л. Кулаковского, «Отечественная война в устном народном творчестве» Л. Мореевой, «Боевая патриотическая песня» Б. Ярустовского, «Исторические корни массовой

_________

⁶ См. сб. «Московская консерватория. 1866–1966». М., 1966, с. 354.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание