безусловно, заметны черты будущих классических образцов этой формы с характерным для нее противопоставлением различных тем в первой части. В целом музыка сонаты скорее приятна и занимательна (в ней есть ряд технических приемов, которые производят достаточно эффектное впечатление), нежели глубока и волнующа. В исполнении обратили на себя внимание две особенности: разнообразие туше и артикуляции и определенный подход к вопросу регистровки. Мы привыкли, что благодаря педальному устройству для ножного переключения регистров клавесинисты очень свободно обращаются с ними — в любой момент можно включить или выключить тот или иной регистр. Ничего подобного не существовало в первой половине XVIII века, когда создавались все исполнявшиеся в концерте произведения. Клавесины располагали только ручными переключателями, которыми можно было манипулировать лишь во время достаточно продолжительных пауз. Штаппенбек доказала, что и сейчас можно исполнять музыку того времени, региструя ее в традициях XVIII века.

Сыгранные затем три сонаты Скарлатти — D-dur, f-moll и A-dur — необычайно разнообразны не только по своему художественному содержанию, но и по смелым техническим приемам, требующим от исполнителя большого технического мастерства. Надо сказать, что в основном клавесинистка справилась со своей задачей успешно. Блестяще прозвучала Соната D-dur с характерными для скарлаттиевской фактуры эпизодами игры «в три руки» (как назвал такой прием Рамо)².

Из-за недостаточно хорошей отрегулированности инструмента в значительной степени пострадала Соната A-dur, многие эпизоды которой построены на использовании репетиционной техники. В целом же исполнение этих пьес доставило удовольствие и было поучительным в техническом отношении.

Небольшая жанровая Сюита Ж. Буамортье³ завершила первое отделение. В сюите четыре части — музыкальные зарисовки четырех женских характеров: «Мягкая, нежная», «Нерешительная, равнодушная», «Яростная, гневная», «Нежная брюнетка». Эта музыка предоставляет столь значительную свободу в выборе исполнительских средств, что едва ли целесообразно специально останавливаться на технической стороне исполнения Штаппенбек. Что же касается художественного впечатления, то сюита была, безусловно, одним из наиболее ярких номеров программы. Пьеса прозвучала очень поэтично, с хорошим вкусом, поставившим разумные границы свободе, с которой и следует играть французских клавесинистов.

Произведениями Генделя, значившимися в программе под интригующим названием «Пьеса ля минор», оказались Прелюдия и «Lesson» («Урок») в данной тональности⁴. Исполнение этой Прелюдии имеет смысл только в том случае, если клавесинист сумеет проявить свое импровизаторское мастерство и дать интересную расшифровку схематически записанного авторского текста. Иными словами, если он творчески выполнит предписание автора арпеджировать аккордовую фактуру этого произведения. Гендель показал, как это надлежит делать в нескольких подобных пьесах, например в Прелюдии из Сюиты B-dur из второго сборника (1733). К сожалению, предложенная Штаппенбек трактовка данной прелюдии не оставила яркого впечатления — это было просто арпеджирование аккордов без какой-либо фактурной разработки. Во второй пьесе никаких импровизационных навыков от клавесиниста не требуется, поскольку все в тексте полностью выписано композитором. В исполнении Штаппенбек пьеса увлекла своей моторикой.

Интересные красочные решения нашла клавесинистка для небольшой Сюиты e-moll Генделя. В частности, необычным показалось повторение обеих частей Аллеманды в более яркой регистровке, нежели при первом проведении. Среднюю часть сюиты — Сарабанду — артистка играла с 16’ регистром, что придало пьесе таинственный и несколько суровый характер. Стремительной и зажигательной выглядела Жига, лишенная того неприятного призвука, который ощущался в «Lesson».

Фантазия c-moll Баха в интерпретации Штаппенбек предстала пьесой более величественной, нежели виртуозно бравурной, какой ее подчас можно услышать. Обратило на себя внимание стремление клавесинистки как можно более последовательно разграничивать звучания первого и второго мануалов инструмента: даже в этой пьесе, требующей, казалось, монументального звучания, Штаппенбек избегала использования копулы, включение которой позволяет употреблять регистры второго мануала во время игры на первом.

В Токкате d-moll — одном из юношеских произведений Баха — особенно запомнилось Adagiosissimo, где скорбные интонации сначала в верхнем, а затем в нижнем голосах каждый раз очень проникновенно звучали на 8’ регистре второго мануала, тогда как аккордовое сопровождение левой рукой исполнялось на «лютне» первого. В целом, несмотря на некоторую пространность обеих фуг токкаты, артистке удалось создать впечатление архитектонической стройности всего сочинения.

На «бис» Штаппенбек исполнила несколько небольших пьес И. С. Баха и его сына Филиппа Эмануэля, в частности Прелюдию C-dur из первого тома «Хорошо

_________

² Кстати, клавесинисты часто думают, что перекрещивание рук непременно указывает на то, что данный эпизод надо играть на двух мануалах. Между тем такие эпизоды, как правило, требуют достаточно мощного звучания. На старинных инструментах такого звучания можно было добиться только на нижней клавиатуре. Большинство подобных эпизодов в сонатах Скарлатти Штаппенбек играла именно на первом мануале.

³ В дополнительном томе к MGG дается уточненная дата рождения композитора — 1689 (в печатной программе, так же как и в других справочниках, даты жизни композитора указаны: 1691−1755). Клавесинная музыка занимает скромное место в творческом наследии композитора. основу которого составляют четыре оперы-балета, семь кантат, произведения для флейты и виолончели. Для клавесина им было написано только четыре сюиты (последнюю мы и услышали в концерте). В 1736 году они были изданы под опусом 59 и переизданы лишь в 1960 году.

⁴ Hallische Handel-Ausgabe. Serie IV, Instrumentalmusik. Bd. 6, Klavierwerke III, № № 18, 19.

темперированного клавира». Эта небольшая и, казалось бы, очень простая пьеса вызывает споры. Одни полагают, что на клавесине ее надо играть с использованием эффекта эха (полтакта на одной клавиатуре, полтакта на другой; так, в частности, исполняет ее известная чешская клавесинистка З. Ружичкова); по мнению других (например, профессора Э. Бодки), данная пьеса вообще лучше будет звучать на клавикорде. Считается также возможным применять эффект эха на двухмануальном клавесине до того момента, когда бас останавливается на доминанте, после чего с помощью педали современного концертного клавесина следует добиваться постепенного нарастания звучности, переходя затем на diminuendo к тонике. Штаппенбек предложила свой вариант: вся пьеса игралась ею на первом мануале без смены регистровки и без эффекта эха, и только заключительная фраза, словно витиеватый росчерк пера, обретала чуть иную окраску 8’ регистра второго мануала. Надо признать, что в таком варианте прелюдия, исполненная в темпе andantino, прозвучала необыкновенно чисто, бесхитростно и цельно.

Удовлетворение от всего концерта было бы, безусловно, еще большим, если бы клавесин находился в порядке. Мало того, что колки 16’ регистра вообще плохо держали строй (в течение концерта он становим заметно хуже), с самого начала этот регистр не был настроен должным образом.

А. Майкапар

ПИСЬМА ИЗ ГОРОДОВ

Рига

В четыре руки и на двух роялях

В нашей стране мало стабильных, регулярно концертирующих фортепианных дуэтов, к тому же они сконцентрированы в основном в Москве, Ленинграде и столицах прибалтийских республик. В других городах двухрояльные сочинения не звучат годами. Целая область камерной музыки (не говоря о концертах для двух фортепиано с оркестром Баха, Моцарта, Бартока и даже популярнейшем «Карнавале животных» Сен-Санса!) остается недоступной слушателям. Рижская публика знает эту музыку благодаря неустанной творческой деятельности Норы Новик и Раффи Хараджаняна. Фортепианный дуэт пользуется большой популярностью в Латвии. И не только в Латвии. Гастроли артистов прошли в других республиках Прибалтики, в РСФСР, на Украине, в Белоруссии, Закавказье, Средней Азии. На счету ансамбля за восемь лет его существования — свыше 150 сольных и симфонических концертов, не говоря уже о множестве выступлений в сборных программах. В симфонических программах они играли под управлением К. Кондрашина, Л. Вигнера, В. Синайского, З. Хакназарова, Д. Ханджяна, А. Амеллера (Франция) и других дирижеров.

...Начало их деятельности? Оно, если можно так выразиться, носило учебный характер. Как известно, на ученических вечерах и экзаменах, при исполнении фортепианных концертов, переложение оркестровой партии играет на втором рояле либо педагог, либо кто-нибудь из его учеников. Так в 1965 году за двумя инструментами встретились выпускница Латвийской консерватории (класс профессора В. Зоста и доцента Н. Федоровского) Нора Новик и выпускник Ленинградской консерватории (класс профессора П. Серебрякова) Раффи Хараджанян. П. Серебряков, у которого оба они занимались в аспирантуре, отметил ансамблевые данные партнеров и посоветовал им испробовать свои силы в жанре фортепианного дуэта. Именно ему артисты в значительной мере благодарны за то, что теперь музицируют вместе.

К мысли создать постоянный ансамбль Новик и Хараджанян пришли в 1968 году. Три года ушло на отбор и освоение репертуара, на первые пробы совместных выступлений. Окончив аспирантуру, пианисты поехали в Ригу и начали выступать как дуэт Латвийской филармонии.

С самого начала творческой деятельности артистов отличало стремление к конкретизации образов, к выявлению жанровых истоков музыки. Вспоминается, как возвышенно, монументально звучат у пианистов образы Баха, с каким пиететом раскрывают они интимно-романтический мир Шуберта, как акцентируют мужественное начало в патетической лирике Рахманинова и какие тонкие нюансы улавливают в звуковой палитре композиторов-импрессионистов...

Чтобы точно воспринять и воспроизвести стилевые особенности музыки, надо иметь широкий кру-

_________

Гунтарас Пуппа — музыковед, в 1969 году окончил теоретико-композиторский факультет Латвийской консерватории, в 1973 году — аспирантуру Института языка и литературы АН Латвийской ССР. В настоящее время работает младшим научным сотрудником в секторе театра, музыки и кино того же института.