Выпуск № 2 (435) | 1975 - страница 20

Н. Я. Мясковский и И. В. Петров

фашистами. Другое дело, например, Вы, — Вы делаете большое дело, создавая музыку наших суровых дней, то есть участвуете в общей борьбе, и никто другой заменить Вас не может. Поэтому все мы заинтересованы в том, чтобы Вы имели возможности для работы. Мне бы, например, нужно непосредственно участвовать в бою, так как физически я пока здоров, Родину свою люблю, в тылу меня мог бы заменить другой кто-либо из старичков-капельмейстеров. Николай Яковлевич, то, что я сейчас в глубоком тылу, — это нехорошо. По пути из Москвы мои ребята показали себя очень хорошо в деле отражения вражеских самолетов. Но это все мало, и мало слишком.

Здесь мы много концертируем. Беда, что не сумели взять всю библиотеку, так как собирались-то не для концертной деятельности. Завтра тоже в гор[одском] театре концерт, следующий по плану 22 марта с программой:

1. Шостакович. Пятая симфония, Финал.

2. Хачатурян. Фрагменты из балета «Счастье».

3. Мясковский. 18-я симфония, Финал.

Это первое отделение, а во втором — Рунов, Кручинин и другие.

Николай Яковлевич, я часто думаю о Вас и Вашей работе. Теперь, когда я знаю о Вас, прошу: если представится Вам возможным, то я бы с удовольствием переложил бы Ваши последние работы, то есть Балладу об Отечественной войне и Кабардинскую симфонию. Почему-то думаю, что это все должно звучать и у нас. Кроме этого, если что есть интересного у Ваших коллег на тему Отечественной войны, я готов сейчас перекладывать день и ночь (а вернее — ночь). Оркестр у нас в прежнем составе, за исключением гобоиста, который героически погиб еще в Москве. <...>

Должен отрапортовать Вам, что к 24-й годовщине Красной Армии я изобрел «Марш Конногвардейца», посвященный Л. М. Доватору, который героически погиб, защищая нашу Родину. Кроме этого, написал одну песню на слова местного поэта.

Вся беда в том, что живу я не на улице Льва Толстого, а Вы не на Сивцевом Вражке. Нет возможности показать Вам.

Прошу Вас, пишите мне.

Привет Валентине Яковлевне, Павлу Александровичу, тов. Нечаеву и Александрову. Спасибо тов. Атовмьяну, который наладил нашу связь. Я писал в Свердловск в Союз, он мне прислал адрес.

С приветом
Уважающий Вас
Ваш Петров

Н. Я. Мясковский, 20 февраля 1942 года, Тбилиси

<...> Мне удалось, благодаря заказам, написать две симфонии (обе выдвинуты на Сталинскую премию) и Струнный квартет. 22-я симфония (Баллада об Отечественной войне) исполнялась здесь с отличным успехом (дирижировал Стасевич). 23-я, Кабардинская пойдет в марте или апреле с Гауком. Обе симфонии отправил в Москву на радио, быть может, услышите. В 23-й есть лезгинка! Живем мы здесь в общем, несмотря на дороговизну, хорошо, обстановка даже слишком мирная. Сейчас прошла сессия Комитета по Сталинским премиям, работали утром и вечером целую неделю. Новая 7-я симфония Шостаковича — просто замечательное и героическое сочинение. <...>

И. В. Петров, 13 марта 1942 года, Белебей

Дорогой Николай Яковлевич!

Получил сегодня Вашу открытку от 20 февраля. Очень рад, и все мы рады, что Ваши две симфонии выдвинуты на Сталинскую премию. По-видимому, сессия Комитета проходила там у вас в Тбилиси. Интересно было бы знать, как там все это обсуждалось. <...>

Вспоминая 21-ю, [представляю], как может выглядеть сочинение того же автора, но сделанное в другие дни — дни жизни или смерти нашего прекрасного советского народа, нашей Родины, которую мы все так любим. Вы не написали, хороший ли там у Вас оркестр. Как хочется в Москву, как хочется увидеться и поговорить с Вами, и не знаю, когда это будет, хотя уверен, что это будет обязательно в этом году. <...>

Н. Я. Мясковский, 22 марта 1942 года, Тбилиси

Дорогой друг, Иван Васильевич, искренне Вы меня обрадовали Вашим письмом. Хотя Вы печалитесь о своей тыловой судьбе и рветесь в бой, но думаю, что ничто от Вас не уйдет, а пока хорошо, что Вы имеете возможность работать по специальности, где Вы тоже представляете собой далеко не малую ценность. <...> Поскольку Вы находитесь в таких условиях, что можете сочинять, пишите побольше; чем больше будете писать, тем больше будет получаться, и когда восстановится сообщение между улицей Л. Толстого и Сивцевым Вражком, я с величайшим интересом познакомлюсь с Вашей продукцией. Что касается до присылки Вам моих новых изделий, то вопрос упирается в трудность делать копии; и бумаги мало, и довольно дорого обходится. Мне и то пришлось сделать каждой симфонии и квартета не менее двух копий. Но если будет возможность, я Вам пришлю и, пожалуй, сперва так: 2-ю (медленную) и 3-ю (лезгинку) части Кабардинской симфонии, хотя они и очень неудобны по тональностям (до-диез минор и ля минор с отклонением в си-бемоль минор). «Баллада» очень громоздкая, хотя звучать, быть может, и будет; в ней три части, идущие без перерыва, но зато финал героический.

Из всего, что делают другие здешние композиторы, я не вижу, что можно было бы выбрать. Есть только одна сюита оркестровая, но очень изысканная у Анатолия Александрова. У Нечаева есть две концертные арии, но не оркестрованы. Прокофьев погружен в оперу «Война и мир» и до оркестровки еще не дошел. Но там пока ничего нет, кроме шикарного вальса, который тоже еще не оркестрован. Я сейчас немного возобновил сочинительскую деятельность, но пишу небольшие камерные вещи (сонату для фортепиано в трех частях), а на крупное еще не раскачался. Здесь у нас прошла сессия Комитета по Сталинским премиям, и я успел познакомиться с грандиозной 7-й симфонией Шостаковича. Вот это музыка! <...>

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Н. Я. Мясковский и И. В. Петров

Содержание