Б. и А. Кноблоки). Это двухчастная композиция, основанная на двух сходных по поэтическому настроению народных легендах — татарской и африканской. В центре обоих сюжетов — привлекательные женские образы. Особенно много ярких эпизодов во второй половине балета: это касается как лирических, так и подвижных, темпераментных страниц. Вероятно, можно добиться драматургического усовершенствования финала спектакля: не стоит ли поставить точку чуть раньше, избавившись от заключительной (а вернее — дополнительной) сцены, где происходит встреча погибших героев «в мире ином»? В целом же балет Н. Жиганова — и музыка, и сценическое воплощение — был справедливо высоко оценен зрителями и участниками обсуждения. Вызывает глубокое уважение творческая активность и продуктивность композитора, ведущего обширную, «многоканальную» музыкально-общественную деятельность. В его новой, Третьей симфонии импонирует нестандартность замысла: трехчастный цикл выдержан преимущественно в лирико-эпических тонах. Правда, именно в силу этой заданной одноплановости возникает, по мере слушания музыки, ожидание большей образной контрастности. Справедливо говорилось о влиянии «оперности» на музыкальный язык и драматургию симфонии.

В симфоническом концерте прозвучала также лирическая сюита. «Из Моабитской тетради» Л. Любовского. Это сочинение воспринимается как музыка театрально-иллюстративного плана. Жаль, что литературная декларация, зачитанная перед исполнением, настраивала на иной, более масштабный лад. Поэтому потребовалось некоторое время для того, чтобы «приспособиться» во время слушания и судить о сюите по законам ее жанра, а не по предпосланной программе.

Ярко прозвучал Концерт для кларнета А. Луппова. Не претендуя на ниспровержение сложившихся и оправдывающих себя норм построения циклической формы, композитор наполнил ее живым музыкальным материалом, представляющим равный интерес и для слушателей и для солиста-исполнителя.

В симфоническом концерте мы услышали также два небольших сочинения подчеркнуто демократической направленности: песню «Партия — наш вдохновитель» А. Ключарева (стихи М. Мазунова) и Марш М. Яруллина, посвященный строителям КАМАЗа. Отрадно, что татарские композиторы быстро и оперативно откликаются на события, которыми живет их республика. В частности, грандиозной стройке на Каме посвящено и несколько песен, в том числе «Челны» Дж. Файзи и «Дружба в Челнах» И. Шамсутдинова. Хотелось бы, чтобы животрепещущие темы нашли отражение, и в других жанрах.

Программа камерного вечера была насыщенной и разнообразной. Наряду с песнями и романсами звучала инструментальная музыка. Интересно проявил себя в разных жанрах Ф. Ахметов: запомнилась его пьеса «Размышление» для ансамбля виолончелистов и особенно песня «Лебеди». Заметное место в программе занял и Р. Еникеев — мы услышали его пьесы для скрипки и фортепиано, Арию для ансамбля скрипачей, обработку народной мелодии. Если прибавить к этому детские пьесы, прозвучавшие в другом концерте, перед нами вырисовывается облик сравнительно молодого, полного сил композитора, работающего во многих творческих областях. Обстоятельство само по себе отрадное; настораживает, однако, что этот безусловно талантливый и технически оснащенный автор иногда чрезмерно упрощает свои задачи: идя навстречу слушателю, он оказывается подчас у него на поводу. Таким упрощенчеством (далеким от подлинной простоты) грешит, на наш взгляд, упомянутая ария, где бросаются в глаза преднамеренная небрежность фактуры, невнимание к рельефности и самостоятельности отдельных голосов, «недоделанность» швов, корявость переходов и т. п. Мы знаем композитора по другим, гораздо более интересным сочинениям, поэтому и не хочется сегодня проявлять к нему снисходительность. Автору не следует забывать, что принадлежность к профессиональному цеху композиторов обязывает его быть не только понятным и доступным, но и изобретательным и мастеровитым, в каком бы жанре он ни выступал. В этом смысле образцовыми показались обработки народных песен Р. Белялова. Сохраняя неповторимую национальную окраску, эти пьесы, при кажущейся незамысловатости, звучат удивительно свежо и изысканно.

В концерте «Музыка — детям» выступили учащиеся детских музыкальных школ Казани, два хора, исполнившие песни Дж. Файзи и Р. Яхина. Не обойдены интересы детей и в современном инструментальном репертуаре: мы услышали много произведений, предназначенных для юных пианистов и скрипачей разной степени подвинутости. Среди авторов этой музыки — уже знакомые имена Л. Любовского, Р. Еникеева, Ф. Ахметова.

Организаторы пленума включили в его программу и студенческий концерт. Он показал, что в Казани подрастает одаренная молодежь, мыслящая далеко не шаблонно. Примечательно, что их педагоги — это активно выступающие сегодня композиторы среднего и молодого

поколений — А. Луппов, А. Монасыпов, М. Яруллин, Р. Белялов.

Музыкальную часть пленума заключал балет «Водяная» Э. Бакирова. Это уже не новый спектакль, пользующийся неизменным успехом. Его поэтичное либретто создано постановщиком И. Смирновым по мотивам поэмы Г. Тукая и татарских народных сказок. Балет искусно и обаятельно поставлен, блестяще оформлен (художники Б. и А. Кноблоки). Это в известной мере искупает недостатки музыки: инертность развития мелодического материала, однообразие и громоздкость оркестровки.

Кстати, многие участники дискуссии, которая состоялась в заключение пленума, высказывали желание видеть на афише музыкального театра Казани больше имен татарских композиторов, которые уже зарекомендовали себя успехами в других жанрах. Кажется, такие контакты намечаются, но до встречи со зрителями еще далеко.

Все выступавшие высоко оценили исполнительский уровень концертов и спектаклей пленума, в которых приняли участие великолепные коллективы и дирижеры, вокалисты и инструменталисты.

Любопытным и, в общем, оправдавшим себя показался опыт докладов, которыми открылась дискуссия. Это активизировало музыковедов, привлекло их к деятельному участию в пленуме. В результате получился довольно полный обзор творчества композиторов Татарии за 1970–1971 годы по жанрам — симфоническому и оперному (докладчик Я. Гиршман), камерному (О. Егорова), песенному (З. Сайдашева), музыки для детей (А. Юсфин).

Одно пожелание на будущее. Думается, настало время пробовать свои силы в крупных, «этапных» жанрах не только композиторам, уже много сделавшим для татарской музыки, но и тем, кто сегодня переходит из молодого поколения в среднее. Надеемся, что на будущих смотрах татарской композиторской организации — этого форпоста пентатонной зоны — они будут широко представлены операми и балетами, симфоническими и камерными произведениями.

*

С трибуны дискуссии

Я. Гиршман

Oб опере

Обратимся к обшим вопросам, связанным с состоянием национального репертуара. Казалось бы, на что сетовать? За десять лет поставлено десять новых спектаклей — четыре оперы, три балета, три музыкальные комедии. Словом, если исходить из количественных показателей, то для беспокойства как будто нет места.

Однако может ли не озадачить тот факт, что ни одно из произведений, написанных в минувшее десятилетие, в репертуаре не удержалось, более того — уже на протяжении многих лет при наличии более тридцати национальных музыкально-сценических опусов репертуарная афиша театра ограничена всего лишь тремя — пятью названиями? Вот и ныне помимо трех новых спектаклей на сцене театра можно увидеть только оперу «Джалиль», балет «Шурале» и музыкальную комедию «Башмагым». Даже опера «Алтынчеч» стала теперь редким гостем на афише...

Вопрос о сохранении и восстановлении всего ценного, что накоплено в национальном репертуаре за 32 года существования театра, ставился уже неоднократно. Опыт восстановления оперы «Тюляк» Н. Жиганова во второй редакции или настойчивая переработка Э. Бакировым балета «Алтын тарак» красноречиво свидетельствуют: бережное и заботливое отношение к уже созданным произведениям, заинтересованность в их совершенствовании могли бы послужить дополнительным творческим стимулом как для авторов, так и для театра.

Но это лишь одна сторона вопроса. Еще большее значение имеет, естественно, систематическая и целенаправленная деятельность композиторов, постановочных и исполнительских коллективов над созданием новых произведений.

Еще два-три года назад мы с досадой констатировали отсутствие в портфеле театра не только законченных новых партитур, но и каких-либо перспективных замыслов. В настоящее время положение несколько изменилось к лучшему. Вслед за постановкой новых балетов «Две легенды» и «Водяная» и музыкальной комедии «Песнь любви» театр приступает к работе над комедией «Женихи» (музыка С. Садыковой и Р. Губайдуллина, либретто X. Вахита) и детской оперой «Волшебная свирель» (музыка А. Ротта, либретто Е. Бородина и С. Насыбуллина).

Но как бы ни были утешительны эти сдвиги, они все же не снимают с повестки дня сложной проблемы национального репертуара.

Разве может не волновать нас столь длительное отсутствие в репертуаре театра произведений, особенно оперных, которые по своей идейно-художественной значимости могли бы сравниться с «Алтынчеч», «Тюляком», «Джалилем»? А ведь со времени постановки «Джалиля» прошло 14 лет! Да и в других музыкально-сценических жанрах комедия «Башмагым» и балет «Шурале» могут служить примером подлинной популярности и репертуарного долголетия.

Конечно же, искусство музыкального театра многопланово и многогранно как по содержанию, так и по

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

С трибуны дискуссии

Я. Гиршман

Oб опере

Содержание