Выпуск № 4 (353) | 1968 - страница 60

Свадебные напевы Смоленщины по своим истокам восходят, по-видимому, к той же древней эпохе, что и календарные. Это сказывается в простоте музыкальной и поэтической строфики, в четкости структуры, в отсутствии распевов и в закономерностях развития мелодики.

Особое место в народных песнях занимают плачи. Особое потому, что эти песни и сейчас живут как принадлежность только обрядовой традиции. И поэтому плачи удавалось записывать очень редко. Даже хорошим певицам нужно было сначала вспомнить о давно умершей матери или о погибшем сыне, чтобы начать «голосить». Исполнительницы по-разному относились к тому, что они пели. Иногда «артистка» совсем забывала, что это всего лишь «роль», и нам стоило многих усилий успокоить ее и остановить обильно бегущие слезы. А в другой раз, когда мы уже начинали волноваться и обеспокоенно переглядываться между собой, плакальщица, для которой, казалось, уже ничто на свете не существует, кроме горестно выливающегося воспоминания, вдруг замолкала и хитренько взглядывала на нас. Жизнь какими-то неуловимыми переходами становилась искусством, а плачущая старуха — великой актрисой...

Большой интерес представляет, как нам кажется, свадебный плач, исполняемый несколькими певицами (пос. Холм-Жирковский) . Ограничимся его описанием, так как расшифровать запись практически невозможно. Начинает одна «невеста». Напев — типичная плачевая формула. Каждая строфа прерывается натуральным всхлипыванием. Через некоторое время вступают другие певицы — «мать» и «сестра» «невесты», но не одновременно, а канонически, лишь постепенно выравниваясь во времени. Голоса звучат на разной высоте, образуя сложное звучание в пределах одной ладотональности. От постепенного насыщения плача многоголосием создается ощущение сильнейшей динамики и экспрессии. Вначале он звучит натуралистически (всхлипывание, вой и т. д.), но чем дальше, тем больше проясняется звучание — голоса совпадают по фразам, яснее становится лад.

Совершенно уникальны (во всяком случае для наших экспедиций) записи двух плачей невесты на девичнике (с. Нахимовское), звучащих на фоне обрядовых хоровых песен. В одном случае это «Немножечку веночку» — спокойный напев с ясной, почти точно повторяющейся мелодической фразой-формулой; в другом — быстрый, в характере плясовой «По лугу вода». В обоих случаях плач и песня образуют две самостоятельные линии, контрастирующие в темпе, ладе, ритме, в строфике и даже тональности.

Большую часть песен, записанных во всех трех экспедициях, составляют лирические — «долгие», «продольные», как их называют сами народные певцы⁴. Преобладание этого жанра вполне естественно, ведь лирические песни не имеют определенной приуроченности; они поются в любой момент жизни, вне зависимости от времени года; может быть, поэтому они и являются самыми распространенными и любимыми. Далеко не во всех областях нашей страны старые крестьянские лирические песни сохранились в такой полноте и неприкосновенности, как на Смоленщине. Среди них условно можно наметить два пласта —

Группа певиц из деревни Сукромля с участниками экспедиции

_________
⁴ Количественный подсчет песен основных жанров дает наглядную картину: календарные — 694, свадебные — 460 и лирические — 1654.

«квартовый» и «квинтовый». Речь идет о двух типах песен различного музыкального и поэтического содержания, соответственно находящего разные способы выявления, иные ладовые и формообразующие закономерности, различные принципы многоголосия и т. п.

Смоленские «квартовые» песни — образцы архаичного русского (а вероятно, и шире — общеславянского⁵) слоя лирики. В них обычно открыто высказывается сетование, жалоба на свою судьбу, трудную долю, уходящую молодость. По звуковысотному контуру, а часто и по манере исполнения, они напоминают плач:

Общепринято считать спецификой русского многоголосия подголосочный склад. В «квартовых» песнях, исполняемых «артелью», мы услышали многоголосие особого типа: «бурдонирующая» тоника постоянно присутствовала в одном из голосов, тем самым выделяя сопоставление двух контрастных сопряжений — малой терции и кварты.

Совсем иные — смоленские «квинтовые» песни. Большинство их — классически строгие, скупые по мелодическому рисунку. В отличие от «квартовых», их можно назвать спокойно-повествовательными, в характере созерцательного «размышления вслух». Такой характер песни определяется звучанием самой квинты — интервала спокойного, интонирование которого не требует после себя дальнейшего движения и потому воспринимаемого как устойчивый тон лада:

Приемы развития квинтовой мелодики иные, чем квартовой: не краткие, ниспадающие от неустоя к устою попевки, а спокойное распевание квинтовой волны (от квинты к тонике). «Квинтовые» песни тоже диатоничны. Но все же, нам, кажется, диатоника в песнях такого типа имеет иную, нежели в «квартовых», природу. Опорные тоны мелодического развития выявляют бесполутоновую основу, близкую календарным напевам. Вполне возможно, что «квинтовые» напевы и складывались в результате развития древних ангемитонных попевок.

Широко бытуют в Смоленской области и лирические песни поздней традиции. Мы услышали и городские песни литературного происхождения, и городские мещанские романсы, и, наконец, крестьянские песни-романсы, сложившиеся в деревне в конце XIX и начале XX века как на почве авторской литературной песни, так и на основе «жестокого» романса. Именно последние привлекли наше внимание, так как они представляют собой новую самостоятельную группу в крестьянском лирическом песнетворчестве. К сожалению, большинство собирателей отталкивает якобы «нехудожественность» песен-романсов, близость их музыкального склада мещанской «жестокой» лирике. Они редко попадают в сборники и остаются по существу совсем неизученными. Вместе с тем многие из них привлекают искренностью содержания и обладают определенными музыкальными достоинствами (например, «Она умирала, страдала», в напеве которой заметны черты старой лирической песни, что производит особое впечатление в сочетании с «жестоким» текстом). Песни-романсы не могут не привлекать внимания еще и потому, что в крестьянстве они пользуются большой любозью и всегда поются с удовольствием.

Тот, кто бывал на Смоленской земле и слушал исконные смоленские песни, всегда сумеет отличить их от других. Несмотря на различные влияния, привнесения и прочее, можно безусловно говорить о смоленском песенном стиле, едином в своей основе. Нам кажется, что его формирование во многом определилось и определяется исконностью песенных традиций, которые, в частности, сказываются в сохранности календарных песен. Быть может, именно в этом следует искать объяснение простоты формы, скупости многоголосия, а также и интонационных особенностей народной песенности Смоленщины.

*

В экспедициях Ленинградской консерватории в Смоленскую область приняли участие 34 студента — композиторы и музыковеды. За три года обследовано 9 районов: в 1964 году — Демидовский, Слободской и Велижский, в 1965 — Шумячский, Ершичский и Монастырщенский и в 1966— Сычевский, Холм-Жирковский и Духовщинский. Мы обошли 300 деревень, в 250 сделали записи, собрав около 3000 песен.

_________
⁵ Наличие в фольклоре южных славян (сербов, болгар, македонцев) песен подобного рода позволяет высказать такое предположение.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Группа певиц из деревни Сукромля с участниками экспедиции

*

Содержание