щенном струнникам, недостаточно рельефно очерчена фигура крупнейшего представителя советской виолончельной педагогики С. Козолупова. И дело, конечно, не в объеме статей. Ведь в очень небольших воспоминаниях
А. Стогорского о М. Ямпольском дается живой портрет этого скромного и неутомимого педагога, вскрывается основное в его педагогических принципах.

Конечно, и деятельность одного из крупнейших советских педагогов-скрипачей К. Мостраса заслужила большего, чем простое упоминание о нем (примерно одна страница) в воспоминаниях П. Смилги о Московской консерватории двадцатых годов. Константин Георгиевич прошел большой творческий путь, и рассказать об этом необходимо было в специальной статье-очерке.

Думаю, что и о Р. Глиэре следовало вспомнить, посвятив ему отдельную статью, а не два абзаца в воспоминаниях Вл. Фере о консерватории двадцатых годов. Более чем странно, что и имя С. Василенко остается в тени. Совершенно обойдена в сборнике деятельность арфистов и прежде всего И. Эйхенвальд, А. Слепушкина, М. Корчинской, Н. Парфенова, в то время как ученик Парфенова, работающий в школе-десятилетке училища им. Гнесиных, М. Рубин удостоился упоминания.

Столь же непродуманно поступили составители и в отношении контрабасистов. Даже не названы фамилии первых профессоров-контрабасистов Г. Шпекина и В. Проскурнина. Блестящий представитель советской контрабасовой школы И. Гертович только упомянут в списке участников «Персимфанса». Родоначальник советской школы на контрабасе А. Милушкин представлен в связи с анекдотичным фактом в статье В. Тимофеева: «Вспоминается вечная "война" заведующего инструментальным хозяйством консерватории, педагога по контрабасу Милушкина Александра Андреевича, с нашими "хозяйственниками" оркестра из-за инструментов, струн, нот. Александр Андреевич постоянно отчитывал нашу молодежь, прививая ей аккуратность, хозяйственность, ответственность, грозил, что "в последний раз дает литавры и струны для контрабаса!" Но все же выдавал их всегда!»

Роль Милушкина в консерватории отнюдь не ограничивалась хозяйственными заботами. Он опубликовал первую в СССР Школу игры на контрабасе и был крупным педагогом, воспитавшим множество отличных контрабасистов.

Вызывает удивление и то, что в сборнике отсутствует фамилия основоположника советской школы скрипичных мастеров Е. Витачека. Ведь он впервые в СССР в 30-х годах ввел в консерватории для струнников курс инструментоведения и руководил организованной при консерватории мастерской смычковых инструментов. В 1933 году инструменты, сделанные в этой мастерскои под руководством Витачека мастерами Г. Морозовым, Н. Фроловым и Я. Косолаповым, на конкурсе заняли пять первых мест. Мастерская консерватории долгие годы являлась крупнейшим центром советской школы скрипичных мастеров и блестяще пропагандировала достижения этой школы.

Не нашла в сборнике отражения и деятельность научно-исследовательского кабинета, организованного в 1940-х годах при консерватории и руководимого академиком Б. Асафьевым. А ведь в воспоминаниях об этом кабинете, кроме работы самого Бориса Владимировича, можно было бы коснуться и деятельности крупных советских музыкантов В. Яковлева и П. Ламма.

В сборнике есть и неточности. Например, непонятно, каким образом А. Броун, учась у А. Брандукова с 1924 по 1928 год и посещая его дом, мог видеть там его жену, пианистку Н. Мазурину, умершую в 1910 году! В тех же воспоминаниях Броуна упомянуто о том, что Брандуков написал для Г. Немеренецкого Прелюдию. Речь, несомненно, идет о последнем сочинении Брандукова, о его Прелюдии ре минор, действительно игравшейся Немеренецким, но написанной не для него, ибо на рукописи, хранящейся в Доме-музее П. И. Чайковского в Клину, имеется посвящение В. Кубацкому.

Подобного рода неточности, допущенные еще здравствующими авторами воспоминаний, следовало бы исправить безоговорочно. Если же автор настаивает на своей правоте, то необходимо было бы прибегнуть к комментарию.

В книге довольно много опечаток и не только тех, что скромно указаны в перечне «замеченных» (их 29), но и стыдливо «не замеченных», особенно в подписях под иллюстрациями, где, к примеру, искажены фамилии Шаборкиной, Кривоносова. Интересно подобранные иллюстрации по полиграфическим «качествам» оставляют желать лучшего.

Я довольно подробно остановился на отдельных неточностях и существенных пробелах в общем содержании книги. Что же касается опубликованных в ней воспоминаний, то они в основном очень интересны, очень ярко раскрывают многие важные и мало освещенные в печати страницы летописи жизни консерватории. Отмечая достоинства книги, нельзя не сказать о комментариях, составленных Алексеевой и Прибегиной. Музыковеды, занимающиеся такого рода работой, весьма кропотливой и трудоемкой, знают, сколько усилий и внимания требует уточнение какого-либо отдельного факта. В данной книге комментарии составлены весьма обстоятельно и в значительной мере обогащают содержание воспоминаний.

Хочется пожелать составителям, чтобы при втором издании воспоминаний (а это, вероятно, осуществится) были восполнены пробелы, имеющиеся в первом издании. Пока же хочется поздравить Государственный центральный музей музыкальной культуры им. М. И. Глинки с новым ценным трудом, продолжающим линию, которая была успешно начата выпуском двухтомного сборника воспоминаний о С. В. Рахманинове.

Л. Корабельникова

Первая научная библиотека

Библиотека Московской консерватории — крупнейшее в стране хранилище нот и книг по музыке. Недавно на полки библиотеки встала еще одна книга — книга о ней самой. Это первое русское издание, посвященное музыкальной библиотеке. Выход его — заметное событие.

Крупные разделы очерка составляют обзоры основного фонда (ноты, книги, периодика), редких изданий (отечественных и зарубежных), отдельных коллекций (личные библиотеки В. Ф. Одоевского, С. И. Танеева, А. В. Панаевой-Карцевой) и справочно-библиографической литературы.

Читая книгу, как бы обозреваешь историю музыкально-издательского дела и историю музыкознания, особенно в России.

Да и само возникновение и развитие библиотеки тесно связано с развитием музыкальной культуры нашей страны и, разумеется, прежде всего с ее крупнейшим очагом — Московской консерваторией.

В обзоре основного фонда нот значительное место отдано описанию томовых изданий. При этом излагается поучительная работа библиотеки по созданию из разрозненных изданий сочинений того или иного композитора целых «собраний»; такие собрания в ряде случаев явились базой академических и полных изданий. Особое значение в этом отношении имели хранящиеся в библиотеке первые издания — такие как клавир (1857) и партитура (1881) «Ивана Сусанина», первая редакция клавира «Псковитянки» (1872) или партитура «Опричника» (1896).

Подробно охарактеризованы и томовые зарубежные издания — собрания сочинений от Жоскена де Пре, Обрехта, Лассо до Шумана, Листа, Шопена. В этом разделе содержится немало сведений, неизвестных широкому читателю, например история публикации партитур опер Глинки (стр. 50–51).

Ценные сведения содержит описание серийных изданий памятников западноевропейской музыкальной культуры. Аннотации раскрывают, что найдет читатель в этой многоязычной литературе (очерки, предисловия, библиографии, типы peдакций и комментариев). Кстати заметим, что если томовые издания описаны полно, то огромное количество отдельных клавиров, партитур и т.п., к сожалению, не упомянуто вовсе.

Выдающийся интерес представляет отдел редких изданий (книги и ноты, опубликованные в России до 1860-х годов и за границей в 1850-х). Описана лишь небольшая часть этого фонда, в который входят ценнейшие издания. К примеру:

«Начало, успехи и нынешнее состояние новой музыки. Сочинено на немецком языке Иоганном Христианом Гинрихсом. Во граде Святого Петра. В типографии И. К. Шнора. 1796».

«Избранный песенник для прекрасных девушек и любезных женщин, содержащий старинных русских песен и новейших разных сочинителей... Москва, 1820».

Жан-Жак Руссо. Музыкальный словарь. Париж, 1768.

Ч. Бёрни. Общая история музыки. Лондон, 1789.

Музыка к пьесе «Начальное управление Oлега» Каноббио-Сарти-Пашкевича, первая полностью напечатанная партитура русского музыкально-драматического произведения (1791).

И такие редкости, хранящиеся в библиотеке Московской консерватории, исчисляются сотнями. Авторы очерка бесспорно привлекают внимание музыкантов к фонду старых и редких изданий. Но все же этого недостаточно. Фонд редких изданий, как, впрочем, и другие коллекции библиотеки, достоин не краткого суммарного обзора, а каталога.

Очень полезно было бы в ближайшем будущем осуществить издание каталога библиотеки.

Очень затрудняет пользование рецензируемой книгой отсутствие в ней указателя. Ведь это не беллетристика. Очерк не каждый будет читать подряд. Даже читателю, проштудировавшему книгу «от корки до корки», трудно мысленно суммировать все данные по тому или иному вопросу. Приведем примеры: на стр. 188 (отдел редких изданий) описываются старинные издания четырех опер Гретри. А в личной библиотек Танеева есть первые издания других четырех опер Гретри; или еще: музыкальные словари: немецкие — А. Гати, Г. Шиллинга, Э. Бернсдорфа,

_________

Научная музыкальная библиотека им. С. И. Танеева. Очерк. Под общей редакцией Е. Н. Артемьевой и Н. Н. Григорович. Коллектив авторов: И. А. Адамова, Е. Н. Артемьева, Е. С. Булгакова, О. В. Григорова, Н. Н. Григорович, Л. С. Киссина, О. П. Ламм, И. А. Титова, Б. С. Яголим. М., «Музыка», 1966, 233 стр., тираж 3000 экз.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Л. Корабельникова

Первая научная библиотека

Содержание