Выпуск № 10 (467) | 1977 - страница 13

скрипку. Окончил школу, окончил училище. Мог стать хорошим скрипачом. Я помню объявление на доске в училище, извещающее, что студент-скрипач Серкебаев участвует в академическом концерте. В Алма-Атинскую консерваторию Серкебаев поступил уже как вокалист в класс А. Курбанова. Это было счастливым временем в его жизни, о котором певец вспоминает всегда восторженно и с некоторой грустью.

— Я всю свою жизнь, до конца дней своих пронесу любовь и благодарность к Александру Матвеевичу. У него я получил настоящую вокальную школу. Он привил мне подлинную певческую культуру, помог проникнуть в мир музыки. Он первый открыл мне, что такое настоящий Артист, Певец, Музыкант, Человек, Гражданин...

Первый успех пришел в 1949 году. В Москве проходил смотр студентов консерваторий. И хотя Серкебаев был молод и неопытен, хотя ему впервые пришлось выступать перед такой большой аудиторией и в таком прославленном зале, как Большой зал консерватории, программу он исполнил отлично, особенно арию Абая из одноименной оперы А. Жубанова и Л. Хамиди, ставшей классикой казахского оперного искусства.

Прекрасный тембр, певучесть, выразительная дикция и проникновение в смысл произведения принесли ему на смотре настоящий успех — первую премию.

Вскоре, в 1951 году, Серкебаев блестяще закончил консерваторию и был принят солистом в Казахский академический театр оперы и балета имени Абая. Первым в галерее оперных образов, созданных певцом, надо назвать образ севильского брадобрея Фигаро. Красивый, стремительный, жизнерадостный, полный обаяния появился на сцене Фигаро — Серкебаев. И зазвучала знаменитая Каватина. Зазвучала ярко, увлеченно, гибкий голос богатого тембра переливался всеми красками. Безупречной была вокальная техника. И был образ, характер. Была личность героя и исполнителя. И так счастливо сложилась судьба Фигаро — Серкебаева, что уже на протяжении более двух десятков лет исполнение этой партии на оперной сцене, а Каватины на концертной эстраде всюду — у нас в стране и за рубежом — вызывает восхищение.

Одна из самых любимых опер Серкебаева — «Евгений Онегин». Партию Онегина он о многих театрах страны, в том числе и в Большом театре, а также за рубежом, например в Белграде, куда его пригласили в связи со 100-летием Белградской оперы.

О созданных Серкебаевым образах в операх классического репертуара можно писать бесконечно. Жермон — холодный, расчетливый аристократ. Ему нет дела до живого человеческого чувства даже тогда, когда речь идет о родном сыне. Голос певца звучит благородно, красиво. Но эта внешняя благопристойность еще сильнее подчеркивает душевную черствость, эгоизм Жермона. С большим успехом Серкебаев выступал в этой роли в оперных театрах страны и за рубежом — в Москве, Ташкенте, Одессе, Варшаве, Бухаресте, Будапеште...

«Ермек Серкебаев покорил меня красивым голосом и мастерским исполнением. Это исключительно редкое удовольствие...» (Пал Феер, главный секретарь Будапештской государственной оперы).

Дон-Жуан в одноименной моцартовской опере — недавняя работа певца. Вот он перед нами: человек-легенда, покоритель женских сердец, получающий страшное возмездие. По вокальной насыщенности, по технической сложности и художественно-драматическим задачам это одна из самых трудных партий. Серкебаев справляется с ней блестяще. Легко, изящно, «играючи» ведет он сложный вокально-сценический рисунок роли. Поразительная свобода на сцене, простота и непринужденность. И голос удивительно красивого тембра, вокальная техника высочайшего уровня. И все это — пение, артистизм, личность самого певца — составляет единое гармоничное целое.

Я наблюдала за Серкебаевым на репетициях в театре, во время записей. С его мнением считаются все — дирижер, режиссер, коллеги-певцы, музыканты оркестра. Он корректирует темпы, устанавливает нюансы, дает советы оркестровым музыкантам. Он знает не просто свою вокальную партию, будь то ария, речитатив, дуэт или песня, а всю партитуру — по крайней мере в тех эпизодах, где поет. Потому такими внимательными и подтянутыми бывают все участники репетиции — солисты, хор, оркестр. Потому такой приподнятой и вместе с тем серьезной становится сама атмосфера работы Серкебаева. Его любят, на него равняются, ему подражают.

«Петь в спектакле с Ермеком Серкебаевым — всегда ответственно и всегда — это праздник» (Роза Джаманова).

Две роли Серкебаева занимают этапное место в его творческой биографии — Олег Кошевой в «Молодой гвардии» и Володя Ульянов в «Братьях Ульяновых» Ю. Мейтуса. Непросто было сыграть Олега Кошевого — бесстрашного вожака молодогвардейцев. Великое чувство патриотизма, ненависть к фашистам, жажду победы — эти качества героя Краснодона Ермек передал с большой силой убежденности и вдохновения.

Долго готовился Серкебаев к воплощению образа молодого Ленина. Работал самозабвенно и увлеченно. Он понимал, какое огромное значение имеют для этой роли естественность, органичность пения, игры, внешней манеры, сосредоточенность мысли.

Упорный труд увенчался настоящим успехом. Премьеру оперы «Братья Ульяновы» публика встретила с большим энтузиазмом. Это был прекрасный подарок к 100-летию со дня рождения великого вождя трудящихся. А для Ермека Серкебаева это была еще одна взятая им вершина в искусстве.

Серкебаев много размышляет о судьбах современной оперы, особенно на советскую тематику, всегда откровенно высказывает свое мнение на заседаниях художественного совета театра, жюри конкурсов или просто на репетициях.

— Появление хороших, удачных опер, мне кажется, связано и с певцами-актерами. Во время работы над оперой композитор должен учитывать возможности их голосов. В истории оперного искусства всегда существовала традиция писать для определенных певцов. Хотелось бы, чтобы и наши композиторы не забывали о ней.

Да, очень верная мысль. И казахская опера знает немало примеров следования такой традиции: Кыз-Жибек — Куляш Байсеитова, Ер-Таргын — Курманбек Джандарбеков, Абай — Ришат Абдуллин, Биржан — Ануарбек Умбетбаев и Байгали Досымжанов.

Когда Серкебаев начал исполнять партию Абая, его не сразу приняли. После скульптурно вылепленного, величавого и мудрого Абая — Абдуллина молодой, порывистый, эмоциональный, но полный достоинства и гордости герой Серкебаева показался непривычным. Голос певца звучал широко, свободно, в яркой «итальянской» манере. Может быть, тогда молодому артисту не хватало сценического опыта, но мне кажется, ценным было именно то, что певец не копировал созданный до него образ, а искал свой путь...

Шло время. Теперь спектакль «Абай» с участием Ермека Серкебаева становится каждый раз подлинным праздником национального искусства.

А были будни. Когда осваивался репертуар, и не только оперный. Когда велись поиски в интерпретации народной песни, ее смысла, ее вечной красоты. Быть может, сочетание европейской манеры пения и тонкого ощущения духа народной песни и дало такие великолепные художественные результаты.

Для того, чтобы по-настоящему исполнить народную песню, нужно обладать поэтическим чувством, которое раскрывается не только через мелодию, но и через слово. Как еще многие не понимают этой простой истины. Особенно молодежь...

— Многие молодые певцы не умеют исполнять народные песни. И главная беда здесь — они плохо доносят текст. Если не проникнуть в смысл каждого слова, невозможно передать красоту колорита, своеобразия интонаций. Хочется предостеречь от внешней броскости, от поверхностного отношения к народным образцам.

Слово «поэт» мы обычно адресуем стихотворцам. Но ведь поэтичность — это особое видение мира, особое проявление личностных качеств художника, в каком бы виде искусства он ни творил. Серкебаев — поэт, ибо он выражает голосом состояние души, и потому музыка, слышанная нами много раз ранее, в его интерпретации открывается неожиданными гранями.

Особенно ярко такое качество проявляется им в его богатейшем камерном репертуаре. В частности, в романсах Д. Шостаковича на слова Е. Долматовского («День обид», «День радости», «День воспоминаний»), в которых певец порадовал глубиной проникновения в интеллектуально-эмоциональный мир вокального творчества нашего великого современника; во фрагментах из музыки Т. Хренникова к спектаклю «Много шума из ничего», каждый из которых превращается едва ли не в поэму; в сочинениях Г. Свиридова, таких, как «Роняет лес багряный свой убор», «Есть одна хорошая песня у соловушки», «Гармоника играет» с ее упоением жизнью, неуемной радостью; в романсах З. Левиной «Каштаны», «Клен», потребовавших от артиста тонких акварельных красок. Список композиторских имен, представленных в программах Серкебаева, можно бы продолжать и продолжать. Упомяну еще

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание