Выпуск № 10 (467) | 1977

изучаем каждую статью этого исторического документа. Примечательно, что очень многие статьи нынешнего проекта самым непосредственным образом касаются нас не только в общем плане, но и как членов большой семьи работников музыкального искусства. И о них мне хотелось бы сказать несколько подробнее.

Напомню содержание статьи 27: «Государство заботится об охране и приумножении духовных ценностей общества, широком их использовании для повышения культурного уровня советских людей.

В СССР всемерно поощряется развитие профессионального искусства и народного художественного творчества».

За этими немногими строками — огромное и конкретное содержание. Мы знаем, что забота государства на деле воплощается в непрестанном расширении сети музыкальных учебных заведений — от школ до консерваторий, — охватывающей ныне всю страну; в строительстве новых концертных залов, Дворцов и Домов культуры, городских и сельских клубов; в создании новых театров, оркестров, хоров, хореографических ансамблей, возникающих в разных городах ежегодно. Вот та материальная база, без которой не может развиваться искусство, а в особенности музыка, требующая для своего реального звучания немалых средств. И эта прочная база может существовать только в условиях социализма, в условиях последовательной поддержки государством развития искусства.

Нам хорошо известно, какие трудности, возрастающие с каждым годом, испытывают наши зарубежные коллеги. В условиях так называемого свободного предпринимательства искусство все больше превращается в предмет коммерции, зависит от прихоти меценатов. Из года в год печать приносит сообщения о закрытии оперных театров, о ликвидации симфонических оркестров, о забастовках музыкантов, требующих повышения своих заработков. Так на деле оборачивается «отделение», если можно так выразиться, искусства от государства. Что уж говорить о композиторах, которые в буржуазном мире полностью предоставлены самим себе!.. Для того, чтобы удержаться на поверхности, сохранить свое творческое лицо, им приходится, как правило, искать какие-то иные источники существования; в противном же случае они неизбежно оказываются втянутыми в водоворот низкопробного музыкального бизнеса. Наши зарубежные коллеги, приезжая в Советский Союз, с настоящим изумлением и восторгом говорят о тех условиях, в которых живут и трудятся советские композиторы. Их Удивляет то, что для нас уже давно стало нормой, — Дома творчества, собственное издательство и два журнала; если говорить о бытовой сфер — постоянное улучшение жилищных условий и другие льготы, которыми пользуются члены нашей композиторской организации... Вот что скрывается за этими скупыми конституционными строчками и ныне тоже зафиксировано в статье 47 Конституции, которая гласит: «Гражданам СССР в соответствии с целями коммунистического строительства гарантируется свобода научного, технического и художественного творчества. Она обеспечивается широким развертыванием научных исследований, изобретательской и рационализаторской деятельности, развитием искусства. Государство создает необходимые для этого материальные условия, оказывает поддержку добровольным обществам и творческим союзам...».

Свобода творчества... Как же понимаем мы это определение, записанное в проекте новой Конституции? Ответ на этот вопрос уже давно и с предельной убедительностью дала практика развития советского искусства, советской музыки. Эта практика дала ярчайшие призеры невиданного разнообразия художественных почерков, стилей, форм и направлений, которые воплотились в замечательных произведена. Нет нужды здесь называть десятки имен, десятки произведений, ушедших в золотой фонд искусства XX века. Сама жизненность этих

произведений, их популярность у самых широких кругов слушателей лучше всего свидетельствуют о том, что они созданы талантливыми художниками не по чьей-либо указке, а по велению сердца и души. Ибо мы хорошо знаем, что жизненным может быть только искусство рожденное в условиях подлинной свободы.

Такой свободой в полной мере обладает каждый советский художник, каждый советский композитор. Достаточно перелистать партитуры многих сочинений последних лет, даже просто вспомнить имена различных по своей индивидуальности композиторов, чтобы еще раз убедиться в том, что для советских музыкантов нет запретных тем, приемов, средств выражения. Вся многообразная выразительная палитра мировой музыки находится в арсенале мастеров нашего искусства. Для нас вопрос всегда стоит так: какие цели руководят пером художника, для кого и для чего он создает свое произведение, какие идеи в нем утверждаются? И в этом принципиальное отличие нашего понимания свободы творчества от буржуазного. Кое-кто на Западе очень любит жонглировать термином «свобода», и в частности «свобода творчества». Мы хорошо знаем, какова эта «свобода» на деле и к чему она приводит. Если говорить о сфере художественного творчества и еще уже — о работе композитора, то такая «свобода» ведет по существу к ликвидации музыки как общественного явления, как эстетической категории. Под вывеской такой «свободы» культивируется и пропагандируется творчество сугубо индивидуалистическое, элитарное, оторванное от жизни, от народа. Весь ход развития музыкального искусства XX века неопровержимо доказывает это. Ложность такой «свободы» сознают многие прогрессивные музыканты зарубежных стран. Приведу тут лишь одно недавнее свидетельство. Крупный английский музыкальный деятель Эрнст Томлинсон, констатируя глубокий кризис так называемого авангардистского искусства, непреодолимую пропасть между композиторами-модернистами и слушателями в буржуазном мире, говорит: «Эта ситуация сохранится до тех пор, пока мы будем оценивать музыку по ее эфемерной ценности для несуществующего потомства, а не по ее реальной ценности, способности доставлять радость сегодняшней аудитории».

Почему же в условиях современного буржуазного общества пресловутая «свобода творчества» оборачивается анархией, оказывается бесплодной для движения искусства вперед? Почему в наших условиях искусство постоянно развивается, становится достоянием все большего числа людей, обогащается новыми ценностями? Отвечая на этот вопрос, помимо всего уже сказанного, я хотел бы обратить внимание еще на одно чрезвычайно важное положение, записанное в проекте Конституции. Я имею в виду ту часть вступительного раздела, где говорится, что советское общество «это — общество подлинной демократии, политическая система которого обеспечивает эффективное управление всеми общественными делами, все более активное участие трудящихся в государственной жизни, сочетание реальных прав и свобод человека с гражданской ответственностью». Вот именно эта гражданская ответственность должна быть вдвойне присуща композиторам — не только как гражданам великой Страны Советов, но и как бондам идеологического фронта. Именно это высокое чувство ответственности перед народом, перед людьми, для которых мы создаем свою музыку, формированию духовного облика которых способствуем, на всех этапа, нашей истории было неотделимой чертой передового советского художника. Именно это осознание себя как частицы народа всегда направляло вдохновение наших композиторов, рождало произведения, которые помогали и помогают бороться, строить и побеждать.

Хочется напомнить здесь слова из доклада товарища Леонида Ильича Брежнева на майском Пленуме Центрального Комитета КПСС: «Нужно, чтобы каждый советский человек ясно сознавал, что главная

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание