властно — это ли не счастье в искусстве?… В Вашем лице наша страна может гордиться одним из лучших учителей и воспитателей, хранителей и продолжателей того самого лучшего, что может дать нам хоровое искусство». Юрий Шапорин: «Очень много хорошего хочется сказать по поводу хора, которым руководит Григорий Романович Ширма. Это действительно выдающийся хор по строю, и по интонации, и по нюансам».

Родина высоко оценила вклад Г. Р. Ширмы в развитие советской музыкальной культуры — недавно ему присвоено высокое звание Героя Социалистического Труда.

Г. Р. Ширма, «дядька Рыгор», как его любовно называют представители творческой интеллигенции Белоруссии, — замечательный наставник-педагог, к мнению которого внимательно прислушивается уже не одно поколение белорусских музыкантов; многие из них обращаются к его работам, профессиональному опыту.

Свою любовь и преданность национальным традициям Ширма сумел передать нам, сегодняшнему поколению композиторов. Белорусские авторы на протяжении многих лет использовали мелодии, записанные Ширмой, для создания своих произведений.

И сегодня жизнь Григория Романовича, неутомимого труженика на ниве белорусской культуры, полна творческого горения. Об этом свидетельствуют два его недавно вышедших из печати труда: четвертый том белорусских народных песен («Свадьба») и сборник статей и выступлений («Песня — Душа народа»).

Григорий Романович постоянно выступает против пошлости и мещанских ужимок в искусстве. «В наши дни мещанство охотно маскируется “согласием” с величественными идеями эпохи и пытается “художественно” обслужить наших людей. Достаточно вспомнить некоторые пошлые песенки, слащавые картины, кабацко-меланхолические мотивы в некоторых кинофильмах и эстрадных концертах. Но мещанство не всегда открыто выступает в роли защитника старых пережитков и привычек. Мещанство любит покрасоваться в роли пропагандиста “самого современного”, последнего крика моды. Под видом легкой музыки на эстрадные подмостки нередко проникает эпилептичная, сумбурная музыка, которую М. Горький назвал “музыкой толстых”.

Помня об этих словах, я одинаково боюсь в своем творчестве впасть в пошловатый, легкий шлагер и в пустую, ничего не несущую сердцу декларативность. Успех и популярность могут быть обеспечены, но рано или поздно — неизбежно возникнет ощущение пустоты и никчемности».

В таланте Ширмы поражает его боевитость, активность жизненной позиции художника-гражданина. В 30-е годы Ширма, наиболее активный руководитель Товарищества белорусской школы, горячо отстаивал передовые идеалы служения народу, поднимал голос в защиту правого дела. И сейчас, спустя 40 лет, Ширма, председатель правления Союза композиторов Белоруссии, полон боевого духа, неустанно выступает за здоровый и полнокровный реализм, за моральную чистоту облика советского человека, за народное против псевдонародного. Пример Ширмы заставляет быть в гуще жизни, в эпицентре главных событий.

Ширма всегда подчеркивал, что искусство — арена ожесточенной идеологической борьбы двух мировоззрений. Для меня он не только неутомимый собиратель народных песен, но и страстный пропагандист советской музыки. Именно поэтому своим долгом я считаю наряду с созданием новых песен всемерную пропаганду отечественного искусства. И никогда, нигде, в любой обстановке, в любых условиях не отказывался от этого принципа.

Моим кредо являются слова Ширмы: «Партия доверила художнику ответственное дело — быть ее помощником в воспитании нового человека… Деятели искусств, понимая свою ответственность перед народом, твердо стоят “на баррикадах сердец и душ”».

Свидетельствуют современники

ИВАН ЕРШОВ
(1867–1943)

И. Ершов

Я всей душой с большевиками

…Я снова вспоминаю о прошлом, чтобы прославить настоящее. Я был в семье «лишним ртом». Моя мать работала прислугой в семье обедневших помещиков. Я собирался стать железнодорожным машинистом. Уже сдал экзамен на звание помощника машиниста и неоднократно выезжал на линию, управляя паровозом. Но на меня, юношу, обратил внимание великий Антон Рубинштейн. С тех пор моя жизнь посвящена искусству, музыке. Люди называют музыку «стихией», но ведь в действительности музыка в корне противоположна понятию хаоса. Музыка представляет начало порядка. Музыка властно влияет на человеческое сознание <…> Для нас, людей музыки и оперного искусства, Великая Октябрьская революция знаменовала собой начало борьбы за освобождение художественных сокровищ от пыли забвения, от удушливого плена антикультурной аристократии и мещанства <…> В один из первых месяцев Октябрьской революции я осуществил постановку моцартовской оперы «Свадьба Фигаро». Как удар бича по всем остаткам раззолоченной придворной аристократии прозвучал этот спектакль. Русская аристократия и театральная бюрократия очень редко допускали эту оперу на русскую сцену. Моцарт не был в фаворе в дореволюционной России. Не пользовался симпатиями столичной публики и Бетховен. Лишь после пролетарской революции стала мыслимой столь мощная пропаганда творчества этого величайшего музыканта всех времен и народов <…>

Бессмертные слова Пушкина о священном союзе меча и музыки вспомнились мне в начале 1921 года. Для аудитории красноармейцев и матросов, которым предстояло на следующее утро идти по балтийскому льду на штурм кронштадтских фортов, в бывшем Михайловском театре был дан спектакль «Фенелла» Обера. Я исполнял роль Мазаниелло — рыбака-революционера, призывавшего народ своими зажигательными речами к свержению антинародного правительства в Неаполе. Я пел, и после моего пения в антракте ко мне в уборную заходили бойцы Красной Армии и жали мне руку. Они говорили мне, что и завтра, в момент боя, в их ушах будут звучать слова и музыка арии Мазаниелло, зовущей к борьбе. На следующее утро они ушли на фронт. Когда я спрашиваю себя, какая же роль, ария или песня из исполненных за всю мою артистическую жизнь доставила мне наибольшее моральное удовлетворение, то, вспоминая свое выступление в дни кронштадтского восстания, не раздумывая, отвечаю: ария Мазаниелло. В этой арии мои чувства певца и пафос гражданина были слиты воедино <…>

Весна 1893 года — дебют И. Ершова в опере Гуно «Фауст» в Мариинском театре.

1895–1925 годы. И. Ершов — солист театра.

«Если за истекшие 5–6 лет в летописях Мариинского театра начнешь искать чего-либо яркого и глубоко-значительного по своему художественному смыслу, то, прежде всего <…> остановишься на введении в репертуар крупных вагнеровских опер. Во главе героев, силами и талантами которых завоеваны и удержаны в репертуаре эти сокровища, стоит по стоянный член труппы И. В. Ершов. Без этого певца, как бы предназначенного для вагнеровского искусства, пришлось бы прибегать к помощи гастролеров, что всегда делает положение оперы в репертуаре шатким и не надежным. Прекрасная сценическая внешненость сильный и красивый голос, экспрессия и увлекательность передачи, чуткость, с которою артист овладевает намерениями автора и ха-

_________

«Советское искусство», 12 декабря 1937 г., № 57(403).

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

ИВАН ЕРШОВ(1867–1943)

И. Ершов

Я всей душой с большевиками

Содержание

ИВАН ЕРШОВ
(1867–1943)