Л. Ефремова

Решения XXV съезда КПСС, постановление Центрального Комитета КПСС «О работе с творческой молодежью» открыли невиданные перспективы в развитии советского искусства, стимулируя общественную и художественную деятельность всех творческих союзов, повышая их ответственность перед народом, государством, партией.

Выполняя решения XXV съезда КПСС и XXV съезда Коммунистической партии Украины, идя навстречу 60-летию Великого Октября, Союз композиторов нашей республики наметил всеобъемлющую и разностороннюю творческую программу. I пленум недавно созданной Киевской городской композиторской организации стал первым крупным событием на пути реализации ции этой программы. Подобные пленумы, посвященные 60-летию Советской власти, пройдут в Харькове, Львове, Одессе, Донецке.

Сам факт рождения Киевской организации (как и аналогичных творческих союзов писателей, художников) обусловлен объективными закономерностями развития советской украинской художественной культуры, в том числе музыкальной, ее совершенствованием и неуклонным ростом в системе братских национальных социалистических культур.

Киевский пленум, девиз которого — «Городу-герою Киеву — киевские композиторы», прошел в обстановке подлинного творческого подъема. Секретариат и члены правления приложили немало сил в процессе его подготовки и проведения. Программа пленума была обширна и насыщенна: три симфонических концерта, два камерных, вечер песни и киномузыки, сочинения для детей и юношества, опера Г. Майбороды «Ярослав Мудрый», наконец, в заключение пленума — подведение итогов, дискуссия. Естественно, концертные программы выявили многогранную и довольно пеструю картину. Разные поколения, индивидуальности, разные масштабы дарования и степень мастерства определяли разный уровень художественного качества музыки.

К сожалению, на пленуме прозвучало далеко не все лучшее из созданного киевскими авторами. Похоже, что главным критерием при составлении концертных программ было не столько качество произведений сколько число представленных композиторов. И все же ведущая тенденция творческого процесса прослеживается четко и определенно. Это стремление писать музыку живую, содержательную, обращенную к советскому человеку и посвященную ему. Отсюда широкая опора на фольклор, на реалистические традиции русской и украинской классики — традиции Чайковского, Мусоргского, Лысенко, Стеценко, на лучшие традиции советской композиторской школы в лице Шостаковича, Ревуцкого, Лятошинского, Прокофьева, Свиридова. Правда, не всегда опора на традицию носит творческий характер. Не изжиты еще эпигонство, ремесленничество.

Как показал пленум, в панораме музыки киевских композиторов особенно выделяются симфонические и камерно-инструментальные жанры.

Ярко, эмоционально открыто, с молодым задором прозвучали произведения композиторов старшего поколения: Поэма-концерт для фортепиано с оркестром А. Штогаренко, посвященная памяти Н. В. Лысенко, Концерт для валторны с оркестром А. Зноско-Боровского, Камерная сюита К. Доминчена, Сонатина для фортепиано Л. Соковнина, Сюита для фортепиано Н. Сильванского.

Значительные успехи в симфоническом жанре сегодня во многом связаны с поисками и находками молодого поколения. Эстафету учителей — Б. Лятошинского, Л. Ревуцкого, А. Штогаренко — подхватили И. Карабиц, Е. Станкович, Ю. Ищенко. В своих произведениях они стремятся к философскому осмыслению сложных жизненных явлений, к созданию симфонийконцепций. Пусть не все совершенно в их сочинениях (ощутимы драматургические просчеты, растянутость формы, не решена проблема финала-итога), но, безусловно, в развитии современной украинской музыки им принадлежит заметное место. Особенно хочется отметить Третью симфонию Е. Станковича для хора, солистов и оркестра на слова П. Тычины «Я утверждаюсь!», которая вызвала единодушное признание аудитории и, как известно, вскоре после пленума была отмечена высокой наградой — Республиканской премией имени Шевченко. Она поднимает и во многом решает одну из сложнейших нравственно-психологических проблем становления и гражданского мужания личности в ее борьбе с жизненными бурями.

Перспективными творческими поисками отмечен и «Украинский триптих» для камерного оркестра Г. Ляшенко. Опираясь на закарпатский фольклор, композитор по-новому раскрывает его темброво-интонационные богатства. Правда, создается впечатление, что огромный арсенал выразительных средств спроецирован на «камерную площадку» и что эта партитура — заявка на более крупное полотно.

Поэтичностью, мягкой теплотой отмечено новое сочинение для камерного оркестра А. Канерштейна «Образы».

Отрадно появление на трибуне пленума после длительного перерыва Л. Грабовского и В. Сильвестрова. В свое время оба музыканта ярко о себе заявили: один — «Четырьмя украинскими песнями» для симфонического оркестра, другой — Квинтетом. Увлечение модными новациями увело их от живых контактов с жизнью в мир индивидуалистических чувствований. Не легок был путь их возвращения в большое искусство. Но перелом свершился. Струнный квартет В. Сильвестрова, прозвучавший на пленуме, привлекает тонкостью, одухотворенностью музыки, поэтической идеей нетленной красоты жизни. Симфония-легенда Л. Грабовского «Вечер на Ивана Купала», созданная на основе музыки к одноименному фильму, — тоже этапное произведение в творчестве композитора. Думается, что это скорее сюита, чем симфония; для симфо-

нии тут не хватает образных контрастов (господствует либо статичная созерцательность, либо агрессивно-злое начало), внутренней драматургической цельности, единой динамики развития. Партитура изобилует иллюстративной изобразительностью, какой-то холодноватой изысканностью. Вместе с тем в этом сочинении, словно зеленые всходы, тянутся к жизни живые народно-песенные интонации, образы. Грабовский вновь припал к живительному источнику украинского фольклора, чтобы постичь непреходящие духовные ценности, созданные народом. Это произведение явно знаменует перспективу в творческой эволюции автора.

Заслуживает внимания и творческий опыт Л. Колодуба в области симфонизации широко бытующего на Украине жанра народной инструментальной музыки, хотя в его «Троiстих музиках» хотелось бы большей поэтичности и изящества.

Опорой на жанр, интонации советской массовой песни привлекает Сюита для симфонического оркестра Е. Зубцова «Рассказы солдата». Жаль только, что в сюите, при всей ее демократичности, иллюстративность явно преобладает над обобщением образов.

Если симфоническая и камерно-инструментальная музыка постоянно находится в поле зрения киевских композиторов, то интерес к музыкальному театру за последние годы явно упал. Опере остались верны мастера старшего поколения: Г. Жуковский, который до последних дней смело искал новых путей воплощения советской современной темы в этом жанре, Г. Майборода, Ю. Мейтус. Младшее же поколение боязливо обходит оперный и балетный жанры. До сих пор не используются возможности камерной оперы, теле- и радиооперы, так называемой «зонг-оперы», которая вызывает бурный интерес у молодежной аудитории. При этом ссылки на отсутствие либреттистов и соответствующих исполнительских коллективов, на мой взгляд, неубедительны. Яркое, художественно цельное произведение всегда найдет дорогу на сцену.

В связи со сказанным особенно хочется поддержать опыт А. Билаша, показавшего на пленуме монооперу «Баллада войны» на текст И. Драча. Композитору-песеннику становится тесно в рамках одного жанра. Об этом свидетельствуют и оркестровые «взрывы» в партитуре монооперы, и музыкальная «театрализация» сюжета, и укрупненный штрих в вокальной мелодике. Вместе с тем удивляет выбор сюжета (не темы), который явно несет на себе печать абстрактного гуманизма.

В программу пленума, к сожалению, не были включены спектакли Киевской оперетты, репертуар которой постоянно пополняется сочинениями киевских композиторов. Трудно согласиться и с тем, что по-настоящему не прозвучала хоровая музыка, имеющая на Украине свои давние традиции, как жанр, в недрах которого формировался метод симфонического мышления.

Концерт песни показал, что киевляне и сегодня занимают ведущее место в республике в этой важной области. Наряду с песнями известных мастеров П. Майбороды, И. Шамо, А. Билаша, К. Мяскова, Е. Зубцова, М. Жербина прозвучали произведения И. Поклада, В. Ильина, В. Филиппенко, И. Карабица, Б. Алексеенко, В. Тылика, Н. Андриевской.

Украинская песня, обогащенная интернациональными традициями советской массовой песни, обрела свой голос, свою интонацию, свой мелодический облик. Однако сегодня в ней наблюдается излишний крен в сторону лирики. Почему заглохли традиции гражданственной публицистики Л. Ревуцкого, Ф. Козицкого, А. Филиппенко? Прозвучавшая на пленуме песня И.Драго «Мы — советский народ», написанная в традициях И. Дунаевского, не спасает положения, она лишь подчеркивает образовавшуюся «брешь»...

В творческом багаже киевских композиторов почти полностью отсутствуют инструментальные эстрадные пьесы, музыка для оркестров народных инструментов, для духовых оркестров, в том числе адресованная самодеятельным коллективам. В то же время в системе республиканского радио и телевидения существуют эстрадный оркестр и оркестр народных инструментов.

В более яркой и разнообразной музыке нуждаются дети и юношество, хотя за последнее время здесь наметился сдвиг в лучшую сторону.

Несколько слов о киевских музыковедах и музыкальных критиках.

К сожалению, музыковедческие силы оказались недостаточно мобилизованными для активного участия в пленуме. В итоге это важное событие музыкально-общественной жизни столицы Украины не нашло своего полноценного отражения в прессе. Немногочисленным аннотациям к концертным программам не хватало содержательности. Освещение пленума фактически легло на плечи молодежной рецензентской группы, состоящей из энтузиастов — не членов Союза композиторов. Да и ее работу так и не поддержала газета «Вечерний Киев», несмотря на предварительную договоренность.

Дискуссия, заключавшая пленум, была начата довольно активно, но быстро «выдохлась». Многие объективно-оценочные мнения не попали на общественную трибуну, другие не всегда были выражены в достойной форме. Все это следует учесть в дальнейшей работе организации...

При всех отмеченных преимуществах, музыка наших композиторов еще далеко не всегда выполняет свою высокую миссию искусства социалистическое реализма. У нас еще нет по-настоящему ярких произведений о героическом рабочем классе, о его и труде, его прекрасном внутреннем мире, о нашей молодежи, ее созидательном энтузиазме, ее нравственном облике, ее мечтах.

Активное вторжение в жизнь, умение держать перо художника на пульте времени, социальная зоркость, партийная страстность в защите высоких коммунистических идеалов — вот к чему призывают худодников наша великая эпоха, наш народ, наша партия, наше прекрасное Завтра.