Выпуск № 8 (453) | 1976 - страница 39

Небольшой антракт — и сразу резкий контраст — опера «Коляска», озорной гротесковый анекдот, музыкально и сценически воплощенный не менее ярко и броско. Музыка смеется, но и бичует, разоблачает ничтожество Чертокуцкого (Я. Радионик), его жены (Р. Соколова), всего мира, окружающего их. Даже эпизодические роли (например, Полковник в исполнении И. Парамонова) выписаны как бы масляными красками. Режиссерская изобретательность, кажется, не знает предела. Здесь и куклы, и ловко обыгранная коляска, и динамичная карусель мизансцен, и яркие костюмы, и характерный грим... А все вместе рождает атмосферу веселой театральной шутки, за которой глубокий смысл, глубокое обличение, в том числе и социальное. И в данной постановке мы ощущаем удивительную соподчиненность действия и музыки, что обусловливает органичность сценического поведения исполнителей. Не в этом ли удивительный эффект действенного раскрытия законов музыкальной драматургии?

Еще одно любопытное направление в репертуарной «политике» театра — возрождение старинных опер русской и западной классики. Здесь — уже получившие высокую оценку постановки «Скупого» Пашкевича, «Сокола» Бортнянского и осуществленный в минувшем сезоне цикл западных опер: «Директор театра» Моцарта, «Брачный вексель» Россини, «Аптекарь» Гайдна, «Близнецы» Шуберта. Уже сам факт подготовки за столь короткий отрезок времени такого числа премьер свидетельствует не только о мобильности труппы, но и о плодотворности методов ее руководителя. Сегодня уже ясно, что молодой коллектив, возглавляемый опытным мастером, обрел свои художественные принципы, способствующие и активности в работе, и определению творческого «почерка» театра. Последний явственно просматривается в квадриге западных опер. Это тонкое постижение виртуозного изящества партитур с их непростыми ансамблями и сложной вокальной фактурой. Это филигранная разработка мизансцен в строгом соответствии с характером и стилем произведений. Это интересные попытки зримо соотнести «век нынешний и век минувший», то есть прочертить связи между творениями прошлых лет и нашей современностью. И обратное — стремление погрузить слушателя в атмосферу эпохи, исполняя перед началом спектакля старинные оркестровые пьесы — своеобразные музыкальные заставки.

Мадемуазель Зильберкланг — Л. Соколенко
Директор — Б. Тархов
«Директор театра»

Наконец, отметим и ту умную иронию, с которой постановщики спектаклей относятся к происходящему на сцене: все это было, как бы говорят они, но мы вам показываем не музейные экспонаты: в старинных клавирах мы обнаруживаем живые созвучия, в которых бьется пульс актуальных и для нас проблем.

...Вот сцепились в яростной перепалке две певицы (спектакль «Директор театра») — мадам Херц (Н. Яковлева) и мадемуазель Зильберкланг (Л. Соколенко). Их ссора напоминает нам о том, что такие качества, как тщеславие и зависть, живы и сегодня. И вполне естественно, что исполнители ролей Директора (Б. Тархов), Комика-буфф (Я. Радионик) и певиц, разыграв перед нами «театр в театре», появляются затем в современных костюмах, тем самым словно перебрасывая «мостик» в наши дни.

«Директор театра» идет в один вечер с другим маленьким спектаклем — впервые открытым для нас ранним опусом Россини — «Брачный вексель». Инициатива возрождения этой партитуры и ее интерпретация принадлежат молодому режиссеру О. Ивановой, сумевшей не только вскрыть, но и по-современному усилить и углубить конфликт между меркантильным американцем Слуком (Э. Акимов), одержимо верящим во всемогущество золота, и простодушными, но умеющими постоять за свое чувство влюбленными — Фанни (М. Бугрова) и Эдуардо (А. Пекелис). И вновь, как и в «Коляске», острый сценический анекдот несет в себе подтекст, объемность которого увеличивается благодаря виртуозной, тонкой и умной игре актеров, точно найденным линиям их взаимоотношений. О. Иванова чутко восприняла и использовала для выражения своего замысла основные творческие принципы коллектива. В ее спектакле остроумная шутка легко соединяется с проникновенной лирикой, а острая характерность образов не разрушает их жизнеподобия. Сценическое действие удивительно музыкально: узорчатость мизансцен, стремительное перестроение разнообразных ансамблей, обыгрывание изящных ширм, составляющих основу оформления, — все это созвучно стилю будущего автора «Севильского цирюльника». Столь же стилистически точно и дирижерское прочтение партитуры (А. Левин и В. Агронский).

*

Популярность Камерного музыкального растет. Обширны и творческие планы коллектива, где первосте-

Мильтон — Е. Болучевский
Слук — Э. Акимов
Фанни — М. Бугрова
«Брачный вексель»

пенное место занимают новые произведения советских композиторов. Мы уже упоминали оперу-диалог Г. Седельникова «Бедные люди» (по Достоевскому); сейчас тот же автор работает над музыкальным воплощением рассказа А. Платонова «Лампа Ильича». Готовится постановка оперы молодого композитора А. Чайковского по басням Крылова. В портфеле театра — произведение литовского композитора В. Ганелина «Рыжая лгунья и Солдат». Пишут новые сочинения для театра многоопытный О. Тактакишвили и молодой А. Журбин. Словом, планы огромные, и главное в них — устремленность к новым открытиям.

...Уже около тридцати лет я наблюдаю творчество Бориса Александровича, знаю его в моменты озаренного вдохновения, в периоды раздраженной неудовлетворенности, слушаю его страстные, всегда увлеченные беседы, замечаю перемены в его отношении к любимому оперному жанру: «Опера есть музыка плюс театр», или «Опера — это театр», или: «Опера — есть опера»... И еще: «Да, да, опера сама диктует нам свои законы. И когда я ставлю оперный спектакль, то отчетливо чувствую, что она (опера) руководит мною, а не наоборот».

Вот он, по-молодому подтянутый, взволнованный, говорит со зрителями перед началом спектакля в Камерном театре и затем, стоя, наблюдает за сценическим действием, сопереживает, проигрывает за актеров. Вот он беседует с ведущими режиссерами страны на очередной лаборатории ВТО: «А правильно ли мы работаем сегодня с певцами? Что такое музыкальная интонация? Почему мы не ставим Вагнера?»

То он страстно (а он всегда все делает страстно) сетует на ученом совете ГИТИСа по поводу воспитания певцов-актеров, то огорчается (а он умеет глубоко огорчаться) по поводу пассивной роли дирижера, то оживленно делится планами Камерного театра — своего любимого детища, и тут же с восторгом говорит о новой опере Р. Щедрина, прослушанной им недавно в исполнении автора: «Я слушал ее — и уже видел, представлял себе ее сценическое воплощение. Это так радостно, что появилась новая советская опера! Мне кажется, что Щедрин нашел очень интересный ракурс раскрытия гоголевского произведения».

А дома на рабочем столе лежат недописанные статьи, наброски-раздумья об опыте работы режиссеров-предшественников, об особенностях оперного искусства. Весь устремленный в завтра — Покровский сегодня отражает в своем творчестве самые значительные проблемы советского оперного искусства. Ныне его «полигоном» является не только Большой театр, но и Камерный музыкальный.

Т. Эрре

ОПЕРА О НАРОДНОЙ БОРЬБЕ

Коллектив Чувашского музыкального театра поставил новую национальную оперу А. Асламаса «Священная дубрава», посвятив свою работу XXV съезду КПСС. К списку современных чувашских опер, среди которых «Шывармань» и «Земляки» Ф. Васильева, «Нарспи» Г. Хирбю, «Сердце поэта» и «Прерванный вальс» А. Асламаса, «Чакка» А. Васильева, прибавилось новое интересное сочинение. В основу либретто оперы положена драма «Айдар» известного чувашского драматурга П. Осипова, повествующая об участии чувашских крестьян в народно-освободительном движении XVIII века ¹.

_________

Татьяна Алексеевна Эрре в 1972 году окончила Казанскую консерваторию. В настоящее время преподает историю музыки на музыкальном факультете Чувашского государственного пединститута имени И. Я. Яковлева.

¹ Краткое содержание оперы. Царица Екатерина II за донос на соратников Емельяна Пугачева жалует феодала Айдара грамотой, титулом дворянина и лучшими земельными угодьями. Хищничеству злодея нот предела. Угрожая разорить деревню. Айдар заставляет бедняка Ахтубая дать согласие на брак с его дочерью Пинерби. Ее любит свободолюбивый, гордый юноша Сендиер. Поднимая крестьянскую бедноту против феодалов, Сендиер борется и за свое счастье.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Мадемуазель Зильберкланг — Л. СоколенкоДиректор — Б. Тархов«Директор театра»

*

Мильтон — Е. БолучевскийСлук — Э. АкимовФанни — М. Бугрова«Брачный вексель»

Т. Эрре

ОПЕРА О НАРОДНОЙ БОРЬБЕ

Содержание

Мадемуазель Зильберкланг — Л. Соколенко
Директор — Б. Тархов
«Директор театра»

Мильтон — Е. Болучевский
Слук — Э. Акимов
Фанни — М. Бугрова
«Брачный вексель»