прекрасно передавала постепенное нарастание тревоги, так ярко выраженное в музыке. Движения Стручковой становились как бы все менее осознанными, ее словно уже подхватила разбушевавшаяся стихия, олицетворяющая беспощадность к судьбам маленьких людей.

Интенсивность чувств, активность действий — эти черты подчеркивает балерина в своей Джульетте, что сближает ее с шекспировской героиней. И потому так резко, контрастно, рождая щемящее чувство неестественности, воспринимается неподвижность Джульетты, лежащей в склепе. Но, увидев заснувшего навеки Ромео, Джульетта — Стручкова вновь вся — действие: она не верит в смерть, стремится преодолеть, побороть ее. И лишь поняв бесполезность своих попыток, отказывается от жизни.

Духом поэтически окрашенной действенности овеян у Стручковой и образ Жизели. Обманутая Альбертом, она и в загробном мире продолжает любить и жалеть его, как добрая фея, охраняя своего возлюбленного от бед.

Веселую, озорную, уверенную в своем счастье Китри Стручкова танцевала, демонстрируя все сильные стороны своего мастерства. В знаменитом па-де-де последнего действия она так же свежа и эмоционально ярка, как и в сценах первых актов. Музыкально точно исполняется Стручковой «бисерная» вариация, с ее виртуозными пассажами, завершающимися на последнем арпеджио арфы.

Но наиболее интересная работа балерины в классических балетах — это Аврора в «Спящей красавице» (постановка А. Мессерера и М. Габовича). На праздновании своего совершеннолетия ее героиня напоминала изящную фарфоровую статуэтку. В момент церемонии представления женихов Аврора — Стручкова становилась подчеркнуто сдержанной, благородно любезной. А следующий затем эпизод, в котором сбываются предсказания злой фен Карабос, она в соответствии с музыкой Чайковского исполняла почти трагически.

Чисто русским задором окрашивала Стручкова вариацию Авроры в последнем акте — сцене венчания с принцем Дезире. Музыка Чайковского здесь так и светится национальным колоритом и балерина тактично передавала сочетание элементов танца XVIII века с элементами русской народной хореографии: причудливые узоры движений рук, мягкие приседания.

Активнейшая творческая жизнь в театре не мешала Стручковой длительное время выступать на концертной эстраде, где неизменным ее партнером был Александр Лапаури. В его сильных руках балерина бесстрашно взлетала и падала вниз в рискованных поддержках, застывая в отточенных позах. Сочетание силы и изящества создавало интересный художественный сплав. Танцевальная пара Стручкова — Лапаури продолжала традицию, которая развивается на современной сцене — как традиция соединения виртуозности танца с виртуозностью поддержек.

Стручкова выступала на сценах многих оперных театров нашей страны — в Новосибирске, Риге, Кишиневе, Харькове, Львове, Ашхабаде, Фрунзе… Ее хорошо знают и ценят как прекрасную балерину за рубежом — в США, Англин, Югославии, Японии, Венгрии.

И сегодня Стручкова танцует с полной отдачей сил, и зритель по-прежнему отвечает ей долгими аплодисментами, благодаря за верность своим художническим идеалам.

Активную творческую и общественную работу в театре артистка совмещает с педагогической — в ГИТИСе, где она передает свое мастерство молодежи как доцент кафедры хореографии.

А. Александров

В ПОРУ ТВОРЧЕСКОЙ ЗРЕЛОСТИ

Лишь немногим более десяти лет минуло с тех пор, как имя Юрия Мазурка (в то время лауреата трех конкурсов: всесоюзного — имени Глинки и двух международных — «Пражская весна» и имени Дж. Энеску)¹ впервые появилось на афишах Большого театра. Но уже сегодня можно говорить о нем как о зрелом мастере, по праву занимающем одно из ведущих мест в прославленной труппе Большого театра СССР.

Мнение педагогов, музыкальных критиков, членов жюри названных конкурсов было, как правило, единым: особо отмечались мягкость и насыщенность тембра, эластичность и редкая красота голоса — лирического баритона, врожденная кантилена.

У Мазурка — певца и артиста — есть качество, которое хотелось бы назвать стабильностью мастерства. Поет ли он заглавную оперную партию или эпизод, концертную программу или отдельный номер, обращается ли к музыкальной классике или к творчеству современных авторов, — во всем и всегда ощутим высокий профессионализм. Случайностей, как правило, не бывает. Певец всегда «в голосе», всегда предельно собран и в то же время непринужден и по-своему элегантен. Каждое выступление выверено до мельчайших деталей, отточено с точки зрения стиля, который певец превосходно чувствует. Подчас его можно упрекнуть в сдержанности или холодности, но никогда — в дурном вкусе или нарушении стилистических норм. Необходимый по окраске и качеству звук появляется с первой же ноты; безошибочными бывают динамика и темп исполнения.

Столь же совершенно и ощущение формы, архитектоники сочинения. Мазурок всегда умеет точно найти моменты кульминаций, правильно распределить смысловые и эмоциональные акценты. При этом певец стремится к созданию цельного, музыкально-обобщенного образа, ему не свойственно дробление произведения на отдельные фрагменты, сколь бы они ни были выразительны сами по себе. Такого рода качество особенно рельефно проявляется в камерных вокальных сочинениях, в каждом из которых Мазурок находит тот единственно верный «тон», по которому «настраивается» все исполнение. Так, в романсе П. Чайковского «Ни слова, о друг мой» уже одним только точно найденным темпом достигается впечатление полного и безнадежного отчаяния. Сокровенно, словно про себя, на mezza voce звучит у певца «Молитва» Страделлы, лирически тепло и одухотворенно романсы из «Лирической тетради» Ю. Шапорина.

Говоря о владении певцом музыкальной формой, нельзя не отметить пластичности его фразировки, естественности кантилены, всегда свободной в любом регистре, точности звуковысотного интонирования, безукоризненного попадания в «зону» каждого из взятых звуков. Интонирование у певца столь же чисто, сколь отчетлива его артикуляция. Кстати, оба этих качества оказали ему в свое время неоценимую услугу на Международном конкурсе в Монреале, где на третьем туре он должен был исполнить (выучив в заданный срок) сложнейшее конкурсное произведение канадского композитора Гарри Соммерса «Кайас», основанное на подлинных мелодиях и текстах канадских индейцев. Мазурок блестяще справился тогда как с интонационными, так и с лексическими трудностями, чем заслужил у публики почетно-шутливое прозвище «канадский индеец».

Еще в консерваторские годы Мазурок готовил себя к карьере оперного певца. Партию Онегина он пел в самодеятельной оперной студии при Львовском политехническом институте, в период учебы были подготовлены

_________

¹ Позже был труднейший конкурс в Монреале, принесший певцу золотую медаль.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

А. Александров

В ПОРУ ТВОРЧЕСКОЙ ЗРЕЛОСТИ

Содержание