Выпуск № 2 (447) | 1976 - страница 57

оказии; равно и это письмо раньше вторника не отправится к Вам, но все-таки я пишу, чтоб сообщить кое-какие соображения относительно I-й картины III действия. Я начну ее с вступления, изображающего спокойное море и плывущий корабль. При поднятии занавеси хотелось, чтоб был виден вдали удаляющийся корабль, а стоящий на берегу Гвидон, провожая его глазами, начал бы свой монолог в таком роде:

Ветер по морю гуляет
И кораблик подгоняет,
Он бежит себе в волнах
На раздутых парусах.
Гости к граду приставали,
Соболями торговали,
А теперь им вышел срок,
Едут прямо на восток,
Мимо острова Буяна
В царство славного Салтана,
И желанная страна
Будет скоро им видна.
Я же с берега, печальный,
Провожаю бег их дальний.

и т. д., затем является Лебедь:

Здравствуй, князь ты мой прекрасный

и т. д. Затем Гвидон говорит, что хотя она (Лебедь) дала ему белку и витязей, но все-таки он грустен, потому что хотел бы увидать отца и т. д. Конечно, проект приведенных выше стихов — только проект, и Вы их обделаете и разовьете, но хотелось бы что-нибудь в таком роде. Вступление у меня есть и надо текст. Вся эта картина должна быть очень коротка и искусственно ее затягивать не надо. Музыка для шмеля у меня тоже имеется в проекте, и, следовательно, картина может быть скоро готова, как только пришлете стихи.

Пока у меня нет текста, я занялся немного «Песнью о вещем Олеге», которую давно уже собираюсь сочинить ¹; но это между прочим. А для оперы оркеструю пока начало I-го действия; антракт-марш начал было оркестровать, да ничего путного не вышло, и надо отложить. Что буду писать после IV картины — не знаю; вероятно, то, что Вы пришлете. Я не отказываюсь и от картины у Салтана, если для нее у Вас есть материалу больше, чем для следующей картины. Надо пользоваться летом и побольше сделать. Зимой уже не будет того удобства и свободы. Оркеструю что-то тише прежнего, эх, старость, старость! Напишу несколько страниц и устану, и все не нравится.

Когда же Вы к нам приедете с Агриппиной Константиновной ²? Теперь чудные дни стоят. От Ястребцева получил письмо. Спрашивает, — не пишу ли я или не собираюсь ли что написать, и напоминает про «Песню о вещем Олеге». Я ответил, что именно я ее и обдумываю, и не соврал, а правды не сказал ³<...>

Ваш Н. Р.-Корсаков.

9. Н. А. Римский-Корсаков — В. И. Бельскому

Вечаша, 23 июня [18]99.

Дорогой Владимир Иванович,

я знаю, что Вы очень заняты, а я совершенно свободен и даже не знаю, куда время свое девать, поэтому мне ужасно стыдно приставать к Вам, когда Вам может быть совсем не до меня. Поэтому не стесняйтесь тем, что нехватающий кусок II акта у Вас не готов, и приготовьте его тогда, когда найдете возможным. Но ведь я знаю, что у Вас многое намечено, то там, то сям, и потому пришлите мне любой коротенький кусок из любого акта, и он мне пригодится, так как у меня теперь почти все подготовлено и мне решительно все равно,

Титульный лист рукописной партитуры «Песни о вещем Олеге» с дарственной надписью композитора — Бельскому

что ни писать. Напр[имер], если б Вы мне прислали начало III-го акта или начало IV, которые схожи по содержанию, или рассказ которого-нибудь из корабельщиков, или кусок любовного дуэта, или текст финала — мне все бы это пригодилось. Не думайте, что из-за Вас я теряю время. Я делаю, что возможно. Например, набросал интермеццо «Шмель», придумал вступление к последней картине: белку и витязей; придумал кое-что для финала. Так как и белка и витязи есть, то и рассказы корабельщиков становятся осуществимы. Вступление к предпоследней картине я полагаю начать «Ночной музыкой» с некоторым птичьим пением, которое все-таки будет зиждиться на мотивах птицы Лебеди. Момент превращения ее в девицу у меня тоже имеется в проекте, а дуэт любовный я все-таки думал бы кончить небольшим трио с царицей, как было раньше предположено. Эта картина не должна быть тоже длинна, так как в сущности она вся состоит из вступления, дуэта и небольшого трио. Что Вы думаете сделать в последней картине, я не знаю; но мне она представляется так: при поднятии занавеси корабль Салтана или подъезжает, или уже подошел, входит Салтан, встречаемый Гвидоном и свитою, и прямо спрашивает о чудесах; тогда ему показывают белку, а потом выходят витязи из моря. Затем, третье чудо: выходит Лебедь. Он вспоминает о царице, —выходит царица. Слезы и радость Салтана, ансамбль и заключительный хор с плясом. Так ли? Конечно в промежутках сцены с Поварихой и Ткачихой и т. п. При начале 2-й картины III-го действия я бы думал тоже прямо по поднятии занавеси сделать приход корабля к пристани, в то время как Салтан с Ткачихой, Поварихой и Бабарихой сидят за столом. Пока мы были с Вами в Петербурге, все это казалось еще так далеко, что мы путем не переговорили, а рассуждали только о I и II действиях, а теперь является настоятельная надобность повидаться. Я понемногу оркеструю I действие. Будьте здоровы. Кланяюсь Вашим.

Ваш Н. Р.-Корсаков.

10. В. И. Бельский — Н. А. Римскому-Корсакову

[Мартышкино,] 24 июня [1899 ¹.]

Дорогой Николай Андреевич,

я задерживаю Вас, постыдно, позорно обуздываю Ваше вдохновение, но мои угрызения совести не ускоряли дела. Времени у меня было очень мало, и сцена казалась очень трудной. Теперь приступаю с неко-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Титульный лист рукописной партитуры «Песни о вещем Олеге» с дарственной надписью композитора — Бельскому

Содержание