Выпуск № 2 (447) | 1976 - страница 18

курса. Думается, такая мера поможет сократить сроки акклиматизации вчерашнего студента на театральных подмостках.

Одна из действенных форм гражданского воспитания творческой молодежи — ее участие в различных видах шефской работы. В Москве наш коллектив связан с заводами имени Серго Орджоникидзе и «Знамя труда» (мы помогаем подшефным в организации самодеятельности, постоянно выезжаем к ним с концертами, с показом сцен из спектаклей). Под Москвой, в Бронницах, вот уже многие годы функционирует созданный нами университет культуры (руководитель — режиссер Н. Кузнецов), не только выдержавший, не в пример иным университетам, испытание временем, но и распространивший свое влияние за пределы города (концерты-лекции теперь проходят также в отдельных колхозах и совхозах области). Все здесь — от разработки планов до чтения лекций и музыкальных иллюстраций к ним — делается силами наших артистов.

Наконец, еще дальше от Москвы, в Рязани, на базе местной филармонии возник своего рода филиал нашего театра. Во всяком случае — это постоянное место наших так называемых малых гастролей. Здесь в Концертном зале имени Сергея Есенина мы уже показывали, например, «Иоланту», «Франческу да Римини», «Донью Жуаниту», в нынешнем сезоне везем туда «Манон». Как известно, Рязанская область, принадлежит к Нечерноземной полосе. Приобщая тружеников области к оперному искусству, наш коллектив тем самым стремится внести свою лепту в выполнение постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О мерах по дальнейшему развитию сельского хозяйства Нечерноземной полосы РСФСР».

Разумеется, во всех формах нашей шефской работы, наряду с представителями старшего и среднего поколений, непременно участвует молодежь. Это тоже дает ей необходимую общественную закалку.

Однако и в данной сфере нам не приходится успокаиваться на достигнутом. Хотелось бы сделать наши связи с массовой аудиторией еще более эффективными и, главное, обоюдополезными. Например, проводить обсуждение отдельных спектаклей вместе со зрителями, как это делается в драматических театрах. Конечно, обсуждать музыкальный спектакль сложнее, чем драматический. Но попытаться все же стоит, тем более, что мы сами уже кое-что сделали для того, чтобы подготовить соответствующий уровень аудитории. (Я имею в виду, в частности, постоянный контингент слушателей нашего университета в Бронницах, посетителей целевых спектаклей для сельского зрителя, организуемых в нашем театре.)

Пройдет некоторое время, и мы получим, как руководство к действию, партийные документы, разработанные XXV съездом КПСС. Мы все уверены, что культуре в них будет уделено немало внимания, что перед деятелями искусства возникнут новые ответственные и увлекательные задачи, откроются новые горизонты.

Н. Манойло

солист Харьковского театра оперы и балета имени Н. В. Лысенко, депутат Верховного Совета УССР

Чувство правды

К XXV съезду КПСС наш театр подготовил и поставил оперу Ю. Мейтуса «Молодая гвардия». У меня к этому произведению и его литературному первоисточнику особое отношение, как, вероятно, у всех, кто был современником молодогвардейцев.

Я жалею, что в послевоенные годы, когда эта опера была создана, я не пел в ней. (В Харькове она тогда не ставилась.) Но и теперь, более чем через тридцать лет после подвига молодогвардейцев, обращаясь к этой теме, я испытываю огромное волнение, преклоняюсь перед мужеством и самоотверженностью героев-комсомольцев. Я пою сейчас в «Молодой гвардии» партию Проценко, закаленного коммуниста. В опере есть сцена, где Проценко буквально за несколько минут до входа немцев в Краснодон поет пламенное патриотическое ариозо. Краснодонцы остаются в городе, чтобы бороться, Проценко их воодушевляет. Музыка Мейтуса очень напевна и в то же время драматически напряженна. Мне кажется, что в ней сплавлены воедино интонации многих наших прекрасных советских песен, и это неудивительно — Проценко и краснодонцы поют, думая прежде всего о Родине.

Если говорить о лучших оперных произведениях, посвященных нашим современникам, то сила их заключается именно в этом ощу-

щении истоков героизма, мужества, патриотизма советских людей.

Часто оперные артисты жалуются на то, что им не пришлось воплотить образ современного героя. К счастью, про себя сказать этого не могу. Я пел Василия Губанова в опере «Коммунист» Д. Клебанова, которую мы показывали на сцене Кремлевского театра в 1965 году (кстати, Киевский театр оперы и балета в преддверии съезда также обратился к этому произведению), пел лейтенанта Шмидта в одноименной опере Б. Яровинского, пел Листрата («В бурю» Т. Хренникова), а из более близких к нам по времени образов современников встречался с Азисом («Один шаг до любви») и героем монооперы «Волжская баллада», получившей новую сценическую редакцию в качестве оперы-балета на сцене нашего театра в канун 30-летия Победы. Оба названных последними произведения написал известный украинский композитор Г. Жуковский, с которым мы давно и плодотворно сотрудничаем.

Вообще наш Харьковский театр — первый на Украине советский театр оперы и балета — ставит советские произведения довольно часто. Достаточно сказать, что за пятьдесят лет они заняли в нашем репертуаре почти половину всех названий (около восьмидесяти).

Разумеется, не все произведения были равноценны, не все выдержали испытание временем. Но помню, как-то режиссер Э. Пасынков высказал мысль, что нужно ставить оперы советских авторов, даже если они не целиком совершенны. Ведь становление советского оперного искусства это процесс. Композиторы должны иметь возможность анализировать свои работы с тем, чтобы совершенствовать свое творчество. Без сценического эксперимента советская опера не может плодотворно развиваться. К тому же далеко не всегда сразу можно определить истинную ценность произведения. Здесь нужно еще и время. Вспомним, как провалились в свое время «Кармен» и «Травиата».

Повторяю, оперы советских авторов нужно ставить как можно больше, но добавлю — более тщательно, с большей любовью, причем любовью всего коллектива. Ведь по художественному уровню нового советского спектакля судят о творческом лице театра как коллектива единомышленников. На деле часто получается иначе. Заинтересованными в результате труда бывают только участники спектакля, которым подчас очень недостает поддержки со стороны своих коллег.

На мой взгляд, в работе над новым советским спектаклем огромную роль играют, кроме постановщиков, главный концертмейстер и концертмейстеры, готовящие партии с солистами. Задача концертмейстеров — помочь певцам разобраться в новой музыке, понять содержание, характер музыкальных образов, словом, всячески заинтересовать новым произведением, не акцентируя специально внимание на возможных его просчетах и недостатках.

Героев современных опер зачастую упрекают в однозначности, в преобладании только положительных качеств. Я по опыту знаю, что многое здесь зависит и от актерской интерпретации. К тому же упреки не всегда кажутся мне справедливыми. Возьмем хотя бы образ Василия Губанова в опере «Коммунист». Я вовсе не считаю его упрощенным, плакатным. Совсем наоборот. У этого героя есть эпизоды, наполненные настоящим, волнующим драматизмом, — например, его разговор с народом, сцена рубки леса, сцена расстрела и драки перед расстрелом. Не скрою, в понимании образа мне очень помог одноименный фильм с Евгением Урбанским в главной роли. Мне хотелось быть на уровне его высоких актерских достижений.

Или возьмем совсем новый спектакль — оперу-новеллу Г. Жуковского «Один шаг до любви» по пьесе М. Байджиева «Дуэль». Один из трех героев спектакля, Азис, обречен на гибель от неизлечимой болезни. Но он видит заблудшего человека, совсем юную девушку, и не раздумывая приходит к ней на помощь. Многие ли в подобной ситуации забудут о себе? Азис убеждает девушку в том, что на свете существуют непреходящие моральные ценности, живет настоящая любовь. Вот какой сложный образ был предложен исполнителю композитором Г. Жуковским. Можно ли посетовать здесь на однообразие, на недостаток музыкально-драматического материала? Конечно нет.

Кстати, я редко ощущаю в современных операх те вокальные неудобства, на которые часто жалуются певцы. И даже в необыкновенно напряженной, и вокально и эмоционально, «Волжской балладе», притом, что поет ее всю один исполнитель, нет повода говорить о певческой перегрузке.

Недавно у меня спросили, чем объяснить, что мои концертные программы почти целиком состоят из произведений советских композиторов. Прежде всего, мне кажется, что в концертной деятельности нельзя действовать по уже раз и навсегда заготовленному рецепту: немного классики — русской и за-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Н. Манойло

Чувство правды

Содержание