Не нужно быть специалистом в области буржуазной философии и культуры, чтобы понять, чем вызвана такая разительная смена позиций в среде антикоммунистов. Собственно, сами позиции не изменились — изменились фразы и лозунги, при помощи которых они выражаются, и весьма примечательно, что все большую и большую роль при этом вновь начинает играть понятие «идеология». Иначе и быть не может: ныне все сколько-нибудь серьезные политики понимают, что XX век — время величайшей битвы за умы и души, за сознание сотен миллионов трудящихся нашей планеты. Необратимые процессы разрядки международной напряженности, «дух Хельсинки» не ослабляют и не могут ослабить остроту идеологической борьбы, и господам империалистам приходится изощряться, применяя свою стратегию и тактику к новым историческим условиям.

Мы, музыканты, — представители одной из самых гуманных профессий на земле. Но мы обязаны отдавать себе отчет в том, что описанная ситуация (в специфических формах, конечно) проявляется и в области культуры, и в области искусства. В многочисленных изданиях, посвященных европейскому, в частности русскому советскому, музыкальному творчеству, зачастую полностью искажается его картина, и даже гений Шостаковича представлен как «продукт коммунистической доктрины». Я могу вспомнить по этому поводу об одной совместной с Дмитрием Дмитриевичем поездке в США, где на большой пресс-конференции он прямо заявил, что высоко ценит советы Коммунистической партии и всегда прислушивается к ним. Таков был ответ самого художника на бесконечные «вопросы» о его политическом credo. А сколько измышлений приходится нам читать относительно наших восточных — среднеазиатских и закавказских — республик, якобы утративших после 1917 года свое неповторимое художественное обаяние! Состоявшаяся в 1973 году в Алма-Ате Международная Трибуна композиторов Азии убедительно развеяла и этот миф, а триумфальные гастроли по странам мира Арама Хачатуряна всем показали, чего может достичь великий художник Востока, воспитанный Советской властью.

Но наши идейные противники не только пишут свою «историю» современной культуры. Они пытаются ее реально «организовать». С этой точки зрения поучителен опыт проведения в западных странах различных музыкальных фестивалей. Устроители подобных фестивалей не советуются с Национальным музыкальным комитетом СССР, какое сочинение советского композитора следовало бы предложить публике. Они выбирают такие сочинения сами, по своему собственному вкусу, нередко извращенному авангардистской модой. Правдами и неправдами заполучив иные только что написанные партитуры, которых никто еще у нас не слышал, они спешат выдать эти партитуры за «последнее слово» советской музыки и начинают «борьбу» за приезд на премьеру самого автора. Должен прямо сказать: не лучшим образом поступают такие «авторы-передатчики». Им явно недостает скромности, чтобы понять, что никто из них по своим творческим данным не в силах представлять на международной арене советскую музыкальную культуру. И чем передавать за рубеж ноты и записи, лучше бы им, пока не поздно, хорошенько подумать о той роли, которую пытаются им навязать меценатствующие советологи...

Союз композиторов СССР, его секретариат всегда выступали и выступают за широкие международные культурные контакты. Чем больше будет звучать в разных уголках земли советской музыки, тем лучше для нас и для наших слушателей. Бесспорно, в этом деле пока не достигнут должный размах, и, несмотря на многочисленные гастроли, «Недели» советской музыки, фестивали, праздники и авторские концерты, все еще много, слишком много настоящих художественных ценностей не доходит до международной аудитории. Однако этот сложный процесс нельзя ни ускорить, ни обогатить «самодеятельными вылазками», которые способны лишь дискредитировать идею культурного сотрудничества. К счастью, не по ним судит демократическая, прогрессивная общественность мира о достижениях социалистической музыкальной культуры.

«Советская литература и искусство, — говорится в Программе КПСС,— проникнутые оптимизмом и жизнеутверждающими коммунистическими идеями, играют большую идейно-воспитательную роль, развивают в Советском человеке качества строителя нового мира. Они призваны служить источником радости и вдохновения для миллионов людей, выражать их волю, чувства и мысли, служить средством их идейного обогащения и нравственного воспитания».

В преддверии XXV съезда КПСС советские музыканты должны заново осознать величие поставленных партией задач, осознать свое место в рабочем строю созидателей нового мира. Чтобы всем жаром души, всей силой таланта быть причастным к радости и вдохновению миллионов людей...

Гиви Орджоникидзе

О воспитании композиторской молодежи

В преддверии XXV съезда КПСС вновь выдвигаются перед творческими организациями проблемы воспитания композиторской молодежи. Можно с удовлетворением отметить: многое в этом аспекте решается очень успешно. Разве не очевидно, что сегодня профессионально-технический уровень большинства воспитанников наших консерваторий выше, чем когда бы то ни было, что молодые музыканты весьма эрудированы? Во всяком случае из выразительных средств, обнаруженных в XX веке, вряд ли можно назвать такие, которые им в той или иной мере не известны...

Нас, безусловно, радует широта жанровых интересов начинающих авторов; это доказывает гибкость их творческого мышления. Бесспорно и то, что молодежь тянется к поэзии философского склада, к героическим темам. И главное: ряд произведений композиторов, только что вошедших в жизнь, обладает несомненной художественной ценностью...

Однако же мы в творческой практике довольно часто сталкиваемся и с негативными явлениями; что-то порой очень мешает молодым художникам создавать произведения, как говорится, достойные нашей эпохи, к чему-то в этой сфере они явно не готовы. И если неоспоримы достижения, то, очевидно, столь же неоспоримо, что не все проблемы воспитания композитора — процесс длительный, сложный, многогранный — решаются так успешно, как это диктуется интересами нашей культуры.

Здесь я обозначу (только обозначу) одну проблему, очень деликатную и очень важную: это проблема омассовления музыкального производства, что неуклонно стимулирует не только быстрый рост числа композиторов (кажется, это совсем неплохо), но и разрастание, условно говоря, «среднего уровня». А это начинает все более ощутимо влиять и на понимание истинно художественного, на ценностные критерии, и даже на пропаганду. Названная проблема должна быть исследована, на наш взгляд, в первую очередь музыкальной социологией, здесь ее разрабатывать преждевременно. Наша задача более скромна: поговорить о тех моментах музыкального образования, которые как будто не вызывают сомнений и поэтому даже не обсуждаются, и которые, тем не менее, находятся далеко не в идеальном состоянии.

∗

Уж такова традиция, что упор в воспитании композитора делается на его профессиональной подготовке. И по традиции же хочется задаться вопросом — не упускаем ли мы из виду не меньшее значение воспитания общественно активной личности?

И еще: что превращает музыканта в личность? Только ли учеба (в тесном, академическом смысле, пусть даже переоснащенная «прохождением» общественных наук) или, не в меньшей степени, участие в живой жизни, воспитание в себе социальной ответственности, способности «профилировать» сообразно социальному заказу?

Совершенно очевидно, что характер личности имеет непосредственное отношение к художественной продуктивности, ее содержанию и направленности. Только при поверхностном взгляде на вещи может казаться, что достаточно «вложить» в человека правильные идеи, научить его «реагировать» на общественную ситуацию и дело — в шляпе: творческий КПД обеспечен автоматически. Нет, высокий КПД всегда результат личного вклада, последнее же обусловливается мерой творческого соучастия художника в общественной жизни, чувством ответственности за нее и опять-таки личной в ней заинтересованности, способностью искать самостоятельные решения там, где их никто уже не в состоянии «подсказать».

Все ли необходимое делается для воспитания подобных композиторских личностей? Ведь ясно, что для этого требуются по крайней мере не меньшие усилия, чем собственно для профессиональной выучки музыканта. Ясно так же, что подобные личностные качества не могут вырабатываться в лабораторных, оранжерейных условиях. Между тем, в консерваториях (хорошее наименование музыкальных вузов, сохранившееся чуть ли не с эпохи классицизма) молодой художник находится в условиях максимально благоприятных для профессионализации. Формы же общественной жизни, при всей их интенсивности, нередко по существу лишь имитируют подлинную жизнь, и даже в какой-то мере отгорожены от нее уже хотя бы тем, что поставлены в определенные рамки, регулируются сложившимися нормами, в какой-то

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Гиви Орджоникидзе

О воспитании композиторской молодежи

Содержание