Трамбицкий с учениками

*

Это было духовное воспитание...

М. Кесарева

Много времени и сил отдавал Трамбицкий педагогической деятельности. Воспитанник Петроградской консерватории, ученик В. П. Калафати, последователь школы Римского-Корсакова, Виктор Николаевич начал работать в Уральской консерватории с 1935 года, вскоре после открытия теоретико-композиторского отделения После смерти Маркиана Петровича Фролова, директора консерватории, он возглавил кафедру теории и композиции и руководил ею бессменно, почти до самого своего переезда в Ленинград в 1961 году.

Кроме курса сочинения, Виктор Николаевич вел множество предметов: оперную драматургию, народное творчество, гармонию. Все студенты-композиторы проходили в его классе инструментовку. Руководил он и специализацией музыковедов, композиторской и теоретической аспирантурой. По классу сочинения у Виктора Николаевича закончили десять композиторов ⁸. Пятеро из них — Е. Родыгин, Г. Топорков, В. Биберган, М. Кесарева, О. Штелманис — активно трудятся на Урале, другие разъехались по разным уголкам страны.

Воззрения Трамбицкого-педагога неотделимы от воззрений Трамбицкого — композитора и гражданина Он растил деятелей реалистического искусства и, обучая студентов композиторскому мастерству, развивал у них ясное понимание актуальных творческих задач, воспитывал любовь к народу, чувство моральной ответственности за свой труд. С большим вниманием и чуткостью относился он к формированию внутреннего мира учеников. Образование и воспитание были для него слиты воедино.

Уроки Виктора Николаевича не носили строго академического характера. Он часто занимался со студентами у себя дома, где любые нужные ноты оказывались всегда под рукой. Уроки переходили в свободные беседы, в творческие споры по какой-либо проблеме. Такие занятия давали студентам не только профессиональные навыки, но и всесторонне развивали их. Г. Топорков вспоминает: «Обладая огромной эрудицией, Виктор Николаевич часто касался вопросов смежных искусств, много рассказывал о своем общении с крупными музыкантами, делился своим богатым композиторским опытом. Он играл нам свои сочинения — оперы, романсы, симфонические произведения и внимательно прислушивался к нашему мнению. Его манера поведения была очень простой, он держал себя с нами как коллега. Для учеников Виктор Николаевич никогда не жалел времени. По ходу занятий он сам всегда горячо увлекался, и мы не замечали, как проходят целые часы. Для меня Виктор Николаевич стал духовным отцом».

«Виктор Николаевич жил всегда интересной и напряженной внутренней жизнью, — говорит В. Биберган, — его волновало множество проблем, и он вовлекал в их круг студентов, зажигая своими мыслями и идеями». «Это было духовное воспитание, и я считаю этот метод очень верным», — отмечает М. Кесарева. Духовный отец, духовное воспитание... Эти слова свидетельствуют о том, какой глубокий след оставило в душах молодых музыкантов общение с Виктором Николаевичем, как много он сумел им дать.

Большое внимание уделял Трамбицкий расширению общего музыкального кругозора студентов, их слухового опыта. Тщательно изучалось классическое наследие, особенно творчество русских и советских композиторов. Вместе с тем Виктор Николаевич никогда не упускал из виду и сложную проблему новаторства. Он

_________

⁸ Некоторые студенты Трамбицкого еще до окончания вузовского курса переехали в Москву, например — А. Муравлев, Л. Лядова, Э. Колмановский.

не «давил» на ученика, но неукоснительно требовал осознанности намерений, убежденности в необходимости того или иного приема. Г. Топорков рассказывает: «Виктор Николаевич не навязывал нам какого-либо языка. Он нам "давал волю", но в то же время искусно направлял к разнообразию средств, разъясняя, что новаторство заключается не в формальном звукоизобретательстве, а в отражении художником новых тем, новых идей и образов современной действительности».

Трамбицкий подчеркивал необходимость интонационного обогащения музыкального языка, советовал молодежи пытливо вслушиваться в музыку своего времени. Он внушал своим ученикам чувство глубокого преклонения перед народным искусством. Многих студентов, в том числе и композиторов, Трамбицкий заинтересовал теоретическим исследованием национальных элементов в музыкальном творчестве. Виктор Николаевич учил студентов разным приемам воплощения народного «Он давал нам специальные задания по обработке народных песен и учил не только, вернее, не столько цитированию, сколько использованию интонаций, стиля песни. Большое значение Виктор Николаевич придавал ладовым особенностям народной музыки и возможностям их претворения в сочинении», — вспоминает В. Костарёв.

Вообще, для Трамбицкого не существовало отдельно композиторских и отдельно теоретических проблем. Все они сливались для него в единую творческую проблему, которую он решал как истинный художник. Виктор Николаевич сумел понять и верно направить каждого из своих воспитанников. Наблюдая за творчеством учеников Трамбицкого, уже перешагнувших возраст композиторской молодости, мы видим, что каждый из них нашел свою дорогу, свою «интонацию» в искусстве. Теперь уже они передают сегодняшним студентам сложную науку композиторского мастерства А занимаются «музыкальные внуки» Виктора Николаевича Трамбицкого в одном из самых светлых и просторных классов Уральской консерватории, который носит его имя — имя чистого и честного художника, всю свою жизнь посвятившего благородному служению людям и искусству.

В. Гаврилин

ЖИЗНЬ ПОУЧИТЕЛЬНАЯ И ДОСТОЙНАЯ

Жизнь великого человека поучительна и достойна, и если каждый из нас постарается сделаться великим или гениальным, чтобы прожить столь же достойную и поучительную жизнь, то ничего особенно нахального в этом старании не будет. Как говорится, плох тот солдат, который не хочет стать генералом.

Все так. Только с некоторых пор стало вдруг казаться, что жизнь негениального человека, негениального художника может быть еще более поучительной и достойной. Проходит она без шума, без подарочных букетов, без корреспондентов, без надежды уклониться от оплеух, на которые так щедра порой действительность, наедине лишь с совестью и своей работой, которую иной раз никто и не полюбит, — никто, кроме самого родителя. Такие люди, как правило, не симулируют яркую одаренность, не заболевают от успехов собрата по профессии, твердо зная, что самолюбие всего-навсего двигатель таланта, но никак не содержание творчества. Они не сравнивают своих сочинений с драгоценными вазами или фужерами, а тихо и твердо служат любимому делу.

Таков был Виктор Николаевич Трамбицкий, настоящий музыкант, композитор, человек огромной совестливости.

Он не был избалован похвалами. Он прошел мимо вкусной еды и красивой одежды. Старый и больной, он уступал место в трамвае более молодым. «Совесть не позволяет», — слова, которые он повторял всего чаще. Так он и скончался: совесть не позволила ему задержать врача.

Горько, что прекрасное в человеке часто начинаешь по-настоящему ценить, когда человека уже нет. И нет художника, у которого нужно было бы учиться, перенимать каждое движение его души. Виктор Николаевич был личностью на редкость стройной, чистой. Он не делился на несколько составных — на художника, на гражданина и на бытовую фигуру, причем, как это иногда бывает, качественно весьма различных. Он никогда не допускал мысли, что за творчество все простится — и цинизм, и жадность, и лицемерие, и трусость, ибо хорошо понимал, что любое проявление низости обращает самый смысл творчества в труху.

Музыка Виктора Николаевича — зеркало его души. С нею хорошо общаться, она благородна, глубока и красива. Он не был «взорвалистом» в искусстве, но с упорством, достойным бесконечного уважения, развивал лучшие традиции русских мастеров, в особенности Мусоргского, добиваясь порою результатов выдающихся по силе выразительности, особенно в ведении оперного речитатива.

Художник истинно русский, Трамбицкий принадлежал к тому поколению русской интеллигенции, чья жизнь до предела была насыщена глубокой, серьезной работой мысли, мысли без мишуры, без рисовки. Нежная влюбленность в людей, в красоту человеческой природы, казалось, не оставляла места увлечению собственно игровыми началами музыки, желанию удивлять собою, своим творчеством. Он хотел удивляться сам, и удивлялся до конца дней — восторженно, страстно и чуть-чуть наивно. Сочинял он только о том, во что без оглядки верил, и помечал нотами только те звуки,

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Трамбицкий с учениками

*

В. Гаврилин

ЖИЗНЬ ПОУЧИТЕЛЬНАЯ И ДОСТОЙНАЯ

Содержание