Выпуск № 11 (432) | 1974 - страница 13

щим. Правда, оно нигде не превращается в хаос чувств, мыслей, в музыкальный «поток сознания». Мы ясно ощущаем направляющую волю художника, неуклонное развитие руководящей идеи, строгий отбор средств. Иными словами, преобладание внутренней экспрессии над внешней (исключение — Четвертая симфония).

Романтическое восприятие мира дает о себе знать в установившемся в симфониях Локшина типе музыкальной концепции, которому композитор следует почти без отступления. Его основу составляет контраст двух начал — напряженно-драматического, тяготеющего к безысходному трагизму, и идеального. Однако здесь нет раскола, раздвоения на несовместимые плоскости — нет двух полюсов (как это, например, часто бывает у Шостаковича с типичным для него противопоставлением страшного, уродливого, пошлого и прекрасного, детски чистого). Это единый, насыщенный внутренними контрастами мир; его остроконфликтное становление, приводящее к кульминационному кризису, органически вытекающее из него последующее «просветление» и составляют линию сквозного действия в циклах Локшина. Итог развития — катарсис — чрезвычайно важный момент в мироощущении композитора.

Ведущим (в последние годы практически единственным) для этого автора стал жанр симфонии с голосом. Именно человеческий голос — самый эмоциональный, гибкий, индивидуализированный музыкальный «инструмент» — избирается как носитель идеи-чувства; именно поэтический текст наилучшим образом конкретизирует композиторский замысел, заостряя и усиливая его эмоционально-образный смысл обращением к «вечным» темам.

Круг литературных источников раскрывает художественный диапазон Локшина. Здесь и античные греческие поэты (Вторая симфония), и японская лирика средневековья (Седьмая), и Шекспир (Пятая), Пушкин (Восьмая), Блок (Шестая).

Наивно-чистое и непосредственное восприятие мира древними поэтами; бунтующая и мудрая мысль Шекспира; одинокое, страдающее, но страстно рвущееся к свету сознание Блока; трагически напряженное, но внутренне сдержанное чувство в «акварельной» японской лирике — какие различные, но равно великие феномены искусства! Вдохновение ими порождает партитуры с ярко выраженной индивидуальностью, с «локальной» во многом окраской, но имеющие при этом общие, объединяющие их черты стиля и формы. Последнее качество объясняется тем, что в самых разных сочинениях на материале подчас контрастном, автор стремится воплотить единую концепцию человеческой жизни — диалектический процесс контраста, взаимодействия, синтеза. Действенный гуманизм и психологизм обусловливают значительность, серьезность, глубину произведений Локшина. Оборотная сторона — некоторая эстетико-жанровая стабильность его художественного почерка. Но в пределах его — в данном случае найденного типа симфонии с голосом — автор достигает разнообразия.

Целенаправленный отбор стихотворений одного или нескольких поэтов, представляющий предварительную стадию сочинения, уже создает определенную драматургическую канву. Стихи, как правило, контрастны, но есть в них единство «тона», это как бы разные этапы эволюции одного образа. Так, в основу первой части Второй симфонии («Греческие эпиграммы») положены два стихотворения Леонида, объединенные в мрачно-фантастическом диалоге путника и погребенного при дороге (как известно, жанр эпиграммы восходит к надгробной или посвятительной надписи); программой же второй и третьей частей стали два контрастных стихотворения Асклепиада и Феогнида, в которых запечатлены погружение в стихию праздничности, страстное упоение радостями жизни, с одной стороны, и высоко этическая духовность — с другой. Для финала композитор выбирает эпиграмму Платона, которая прекрасно выполняет функцию заключительного катарсиса. В этом чрезвычайно красивом, прозрачном стихотворении символом (как бы подернутым дымкой мифа) синкретического единства природы и искусства является фигура Пана, играющего на свирели. Столь же поэтична и хрупко-изысканна музыкальная ткань последней части, как бы вся возникшая из воздуха:

Как видим, драматургия в этом цикле разворачивается от трагически экспрессивной первой части, через ряд промежуточных этапов к гимну одухотворенной красоте жизни. В других случаях и соотношение кульминаций может быть совершенно иным (например, в Седьмой симфонии, но об этом далее).

Программность сочинений Локшина отнюдь не конкретно-иллюстративная, а скорее психологически обобщенная. Она лишь дополняет основную идею произведения, в своем происхождении и выполнении — собственно музыкальную. С этим связано и наименование произведений симфониями³, несмотря на почти обязательное наличие текста.

Не дань ли это традиции? Можно ли назвать симфониями такие произведения, как оркестровая одночастная Четвертая; вокально-оркестровая двухчастная (attacca) Пятая; состоящая из инструментального вступления и темы с шестью вокально-оркестровыми вариациями-миниатюрами Седьмая?

По мнению самого композитора, смысл симфонической концепции — в особой сферической замкнутости целого, достигаемой огромной волной («исток, развитие, конечное растворение; рождение, жизнь, смерть — эволюция жизненной судьбы»). В такой трактовке нетрудно усмотреть обычное, хрестоматийное понимание симфонической концепции, многосторонне охватывающей материал и организующей его как единство контрастных плоскостей, в совокупности создающих целостную картину мира. Однако в музыке Локшина очевидны и отличия от привычной трактовки: все контрасты, существующие внутри этой замкнутой сферы, подчинены единому процессу становления и растворения — принципу волнообразности⁴.

Этим последним свойством объясняются и особенности композиции произведений Локшина. Автор почти всегда индивидуализирует структуру. Из семи его симфоний только в Первой применены традиционные формы (сонатная в первой части и трехчастные в цикле вариаций во второй), которые хотя и вписываются в общую волновую драматургию, но все же несколько расчленяют композицию целого⁵.

Отказ от традиционной композиции отнюдь не означает анархии, хаотичности. Во-первых, обычно сохраняется принцип большинства форм «уход — возвращение» (что, правда, далеко не всегда связано с репризой). Во-вторых, внутри произведения или его части действует собственная — и весьма строгая логика развития материала, которая и создает именно данный тип композиции, не повторяющийся в других случаях.

Уже в зрелый период творчество Локшина претерпело значительную эволюцию. Остановимся на ее основных этапах, выделив при этом Первую, Третью, Пятую симфонии, особенно примечательные с интересующей нас точки зрения.

_________

³ В связи с особенностями этого жанра соотношение инструментального и вокального начал обладает спецификой, которую нельзя не учитывать. Человеческий голос в симфониях Локшина — такой же равноправный участник ансамбля, как и любой инструмент оркестра; основные музыкальные мысли, естественно, не обязательно поручаются певцу (и во всяком случае, не только певцу). Рассматривать отдельно вокальную партию, противопоставляя ее инструментальной, — значит не считаться с природой жанра. Поэтому представляется ошибочной точка зрения А. Ивашкина («Разнообразные решения». «Советская музыка», 1973, № 6, с. 44), отмечающего «бедность» вокальной партии в сравнении с экспрессивным звучанием оркестра в Седьмой симфонии композитора. Это замечание кажется особенно странным, ибо Седьмая симфония, несмотря на отмечаемую Ивашкиным речитативность, очень кантиленная (вся «поется»). Здесь особенно ярко расцветает мелодический дар Локшина — одно из обаятельнейших качеств его таланта.

⁴ Естественно, что это лишь одно из возможных толкований весьма емкого жанра симфонии, претерпевшего в наше время значительную трансформацию. Очевидно, правомерность каждого из них нa данном этапе можно аргументировать только убедительностью конкретного музыкального решения.

⁵ В отличие от сквозной линии развития в вариационных циклах последующих симфоний вариации второй части Первой симфоний в большей степени отграничены друг от друга: каждая из них замкнута (в большинстве есть реприза) и образует соответственную волну с кульминацией и спадом. В дальнейшем композитор вообще избегает репризности внутри мелких разделов.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание