ведь не только эстонские композиторы, но и все желающие имеют возможность смотреть и слушать прямые радио- и телепередачи из Швеции и Финляндии).

Несколько слов о самом стиле «бит». Для произведений, написанных в этой манере, характерно прежде всего то, что я назвал бы абсолютной доступностью. Она основана на вдалбливании простейших и потому быстро становящихся популярными ритмо-мелодических интонаций. В «бите» более всего используются стандартизированные обороты — синкопы ритм-групп, стереотипная гармонизация. По-моему, музыка эта рассчитана на полную инертность восприятия и не требует от слушателей ни малейшей сосредоточенности, ни тем более напряжения. «Слушать, не вслушиваясь» — один из девизов «бит»-музыки; ни один аккорд, ни одно созвучие не альтерируется, чтобы как-нибудь случайно не «задеть» слух аудитории. Словом, здесь доминирует стремление к наипростейшим средствам выражения, к концентрированной лапидарности изложения. (Не случайно современных «бит»-певцов называют бардами и менестрелями, подчеркивая тем самым «преемственность» с достаточно ранними, ставшими теперь уже историческими формами музицирования.) Этим вызвано и однообразие динамики звучания (как правило, взвинченный крик или «задушевное шептание»), и специфическое использование инструментария — электрогитары, электроорган, ударные. Узкий круг употребляемых тембров — также результат сознательного самоограничения. В целом современные «бит»-опусы можно уподобить довольно стандартному набору кубиков, различные комбинации которых и есть, собственно, очередное новое произведение. Все это чрезвычайно упрощает музыку. Я бы сказал, что мир «бита» — мир очень бедных людей. Как любая «плоская» легкая музыка, «бит» идет навстречу самому непритязательному вкусу вместо того, чтобы совершенствовать его. Он вносит в творчество то, что можно назвать элементом умиротворения, а это, на мой взгляд, преступно. И тем более опасно, что «бит» — именно в силу своей примитивности — обладает необычайной «заразительностью» и стремительно распространяется.

Но я был бы неправ, если бы не отметил, что за последнее время и в этом стиле происходят некоторые изменения: во многих странах произведения, написанные в «битовой» манере, по-своему отражают те или иные черты характерного фольклорного жанра. Весьма показательным примером могут служить здесь американские песни протеста.

То же, мне показалось, наблюдается сейчас и в Эстонии. Естественно, моменты соприкосновения между национальной музыкой и «битом» следует искать прежде всего в использовании определенных средств выразительности. На эту мысль натолкнули инструментальная Сюита У. Найссоо, «Старая мелодия» А. Ойта, «Повторяю твое имя» Э. Тамберга. Последний опус представляет собой жанр «бит»-баллады, свидетельствуя вместе с тем о высоком профессиональном мастерстве композитора; музыка привлекает необычайным обаянием и свежестью.

Популярной на таллинском конкурсе-фестивале стала песня Г. Таниэля. Чем же это объясняется? Как ни парадоксально, но прежде всего «знакомостью», известностью материала, ощущением того, что все интонации закреплены «на слуху»; типичный шлагерный образец. Эта облегченность восприятия и обеспечила песне большой успех. Я мог бы назвать еще 10–12 опусов такого рода, принадлежащих перу А. Ойта, К. Кикерпуу и других. Замечу, что все они идут по пути самой неприкрытой развлекательности. Не уверен, что именно такое направление должно исчерпывать развитие эстрадной музыки. Лично мне показались более удачными по характеру песни — жанровые сценки, так сказать, зарисовки с натуры типа пьесы В. Игнатьева (слова О. Роотса) «На поезде». Вот это, по-моему, в наибольшей степени отражает дух эстонской музыки, специфическую конкретность национального мышления.

В республике сейчас немало самых разных эстрадных исполнителей, что в значительной степени влияет на развитие и формирование легкого жанра. На этом фестивале, как уже говорилось, мы познакомились с певцами различной индивидуальности — от прямых последователей Георга Отса до поборников современной «битовой» манеры. Одно общее качество, которым, по-моему, обладают эстонские артисты, — это способность напевать, что в эстраде сейчас бывает редко, так как большинство исполнителей либо шепчут, либо кричат. Данное качество, мне кажется, связано с самим характером национального языка, необычайно колоритного и напевного в своей основе. Я бы выделил Уно Лоопа, Хельгу Ляяэтс, Хельгу Сало, которые в наибольшей степени отвечают понятию «современности» эстрадного исполнителя. Отдельно хотелось бы отметить очень привлекательного «бит»-певца Я. Йола.

Что касается оркестра (дирижер Петер Сауль), то он произвел несколько иное впечатление. У меня, как и у многих других, было стойкое мнение о нем как об образцовом эстрадном коллективе, на который равнялись

в пятидесятые — шестидесятые годы. Сейчас же оркестр, на мой взгляд, значительно ниже того уровня. В нем слабая саксофоновая группа, которую необходимо укрепить в первую очередь. Поблек и его, так сказать, истинный (а не внешний) исполнительский темперамент. Коллектив играет корректно, но не более, без достаточной увлеченности и искренней заинтересованности, несмотря на все очевидные усилия дирижера. В конечном итоге именно от Петера Сауля зависит сейчас, в каком направлении будет развиваться оркестр — возродит ли он свою былую славу или превратится в довольно примитивную, условно говоря, «большую гитару», выполняющую, как известно, не что иное, как функцию аккомпанемента.

Зато очень понравился мне ансамбль «Коллаж», на мой взгляд весьма перспективный коллектив.

В заключение остановлюсь на проблеме легкой инструментальной музыки, — думается, это именно проблема, и притом достаточно серьезная. На таллинском пленуме я почти не услышал инструментальных опусов; вокальные настолько преобладали, что возникло впечатление, будто бестекстовая музыка непопулярна или даже совсем забыта. В этой связи хотелось бы напомнить о том, что в пятидесятые годы, когда на арену вышла группа молодых композиторов, сказавших новое слово в эстрадном жанре (я имею в виду таких музыкантов, как А. Эшпай, А. Петров или А. Бабаджанян), создавалось очень много инструментальных пьес — танцевальных или просто развлекательных. Пьесы эти были по-композиторски ярки, увлекательны, сделаны со вкусом, выдумкой и фантазией; они как бы подтверждали известную мысль: эстрада — это тоже творчество! Ныне же наблюдается своего рода нивелировка инструментальной музыки в потоке песенной индустрии, захлестывающей эту вполне самостоятельную разновидность жанра. Почему так происходит? Трудно ответить на этот вопрос, но, видимо, «шлагерность» более легко осваивается в вокальной музыке. К слову сказать, мне довелось послушать некоторые образцы бестекстовых «бит»-опусов. Должен сказать, что индивидуальность авторской интонации в них полностью отсутствовала.

И все же в целом таллинский фестиваль, думается, внесет значительный вклад в развитие легкой музыки. Уже сейчас при Союзе композиторов республики предполагается организовать комиссию по эстрадной музыке. Мне кажется, что пришло время для проведения совещания, посвященного этим вопросам, во всесоюзном масштабе.

*

НА СЪЕЗДАХ И ПЛЕНУМАХ

Н. Михайловская

Многообразие тем, форм, жанров

Приближается полувековой юбилей Советского Союза. Композиторские организации страны готовятся достойно встретить его: создаются новые произведения, подводятся итоги достигнутого ранее. Проходят пленумы и съезды композиторов Грузии, Армении, Молдавии, Белоруссии, Казахстана...

Эстония, Латвия и Литва позднее вошли в семью советских республик. Не так давно они праздновали тридцатилетие со дня своего образования. Композиторы Литвы торжественно отметили это событие. Были проведены юбилейные пленум и Шестой съезд. Их материалы — объемные и разносторонние — дают возможность судить о сегодняшнем состоянии музыкального искусства в республике, о его наиболее существенных тенденциях — как положительных, так и отрицательных, о достижениях, с которыми литовские авторы подходят к дате, знаменательной для всей нашей страны.

*

Оба смотра были весьма представительными: исполнялись произведения литовских композиторов всех поколений, причем творчество молодежи было показано, пожалуй, наиболее полно. В программы вошли сочинения почти всех молодых авторов, в том числе некоторых еще не вступивших в союз. Активное участие в работе принимали музыковеды: они комментировали концертные программы, интересно

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

НА СЪЕЗДАХ И ПЛЕНУМАХ

Н. Михайловская

Многообразие тем, форм, жанров

*

Содержание