Выпуск № 1 (398) | 1972 - страница 27

следних тысячелетия наблюдалась своеобразная динамика, основанная на весьма динамических процессах социальных преобразований, то это отнюдь не означает, что только европейская музыка имеет право на собственные традиции и собственное новаторство, а другие культуры статичны, неизменны.

Мы полностью отдаем себе отчет в том, что европейская музыкальная культура лишь одна из многих, и что в течение веков и тысячелетий в нее проникали традиции других цивилизаций (Ближнего и Дальнего Востока и Юга, то есть Азии и Африки), и что без этих «инфильтраций» европейская музыка развивалась бы, видимо, иными путями.

Достаточно напомнить о роли ближневосточных центров в формировании грегорианского хорала, или древнекитайской философии, косвенно проникшей в Древнюю Грецию, или о влиянии современной индийской философии на творчество композиторов Европы и Америки, чтобы отдать себе отчет в том, что европейская культура всегда была открыта для миграции традиций внеевропейских культур и что от освоения и преобразования этих чужих традиций зависело ее собственное дальнейшее развитие.

Сегодня, когда в ООН представлено 128 самостоятельных государств всех континентов мира, находящихся на разном уровне экономического и социального развития, а средства сообщения и массовой информации, проникающие повсюду, облегчают обмен культурными достижениями и традициями между самыми отдаленными центрами земного шара, взаимное влияние значительно сильнее, чем раньше. Причем оно отнюдь не одностороннее, например не только от высокоразвитых культур к афро-азиатским народам, но и наоборот: традиции этих народов посеяли в умах многих современных евро-американских композиторов зерна, дающие в результате, на базе специфических европейских традиций, совершенно новые эстетические и формально-синтаксические концепции. Достаточно упомянуть здесь о роли индийской теории paг и ритмической шкалы в творчестве Оливье Мессиана или концепцию «статической звуковой плазмы» Пьера Булеза, чтобы понять, в какие глубокие слои музыкального мышления проникли традиции далеких культур Востока.

С другой стороны, повышение технического промышленного уровня развивающихся стран, изменение их политического статута, их социальной базы привели к тому, что европейская музыка, со свойственными ей категориями музыкального мышления, все интенсивнее проникает в большинство стран «третьего мира».

Начавшееся уже в XVIII веке скрещивание традиций, столь различных по

В. Кучера (Чехословакия)

Ф. Гбехо (Гана)

В. Тормис (СССР)

уровню развития, по стабильности и происхождению, ставит перед нами проблемы, ранее неизвестные европейскому музыковедению: как совершается подобное скрещивание в отдельных этнических группах? Ждет ли их впереди синтез или симбиоз? Вступаем ли мы на путь универсализации музыкальных культур? Возможно ли это без их унификации, то есть с полным сохранением национально-этнической автономности?

По-видимому, до тех пор пока существуют отдельные народы, их музыкальная культура должна сохранять свои национальные черты, определившиеся под влиянием их собственных многовековых традиций, несмотря на то, что нам известны теперь многие культуры разных народов и мы воспринимаем их музыку как искусство международного значения. Мы живем в условиях усиленного обмена духовными ценностями, и именно в этом состоит интернационализация отдельных национальных культур, отнюдь не приводящая к их унификации.

Наш конгресс должен нам помочь в осознании всех этих вопросов и, быть может, дать частичный ответ на наиболее жгучие, животрепещущие. Но, во всяком случае, он должен стать первым шагом на пути совместной их постановки, рассмотрения с разных познавательных точек зрения: социологии, психологии восприятия музыки, музыкальной эстетики и, философии и, прежде всего, истории музыкальных культур всего мира, которая должна же быть когда-нибудь написана!

Многообразие и богатство музыкальных культур, их качественные отличия на разных стадиях развития по-своему служат еще одним доказательством правильности основного положения марксистской гносеологии о том, что всякое искусство является отражением действительности. Тот факт, что на любом этапе развития истории музыки возникает новаторство, то есть вместе с социальными переменами, преобразующими сознание человека, меняются прежние средства музыкального выражения, — еще одно доказательство этого. И, наконец, добавим: музыка каждой этнической среды отличается формами и функциями, соответствующими этапу развития ее производительных сил, ее формам быта и сознания.

Любое новаторство составляет оппозицию к существующим художественным стереотипам, созданным другими поколениями, порожденным другими историческими условиями, другим представлением о мире в сознании человека. Новая жизнь требует новых средств ее выражения. Это обусловливает постоянную диалектическую противоположность традиций и новаторства при непрерывном их объединении в процессе исторического развития, переход новаторства в тради-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

В. Кучера (Чехословакия)

Ф. Гбехо (Гана)

В. Тормис (СССР)

Содержание