Выпуск № 1 (374) | 1970 - страница 50

Покажи свое могущество, Судьба! Мы не властны над собой: то, что предназначено, должно свершиться. Так пусть оно приходит!

(Запись 1816 года)¹

Прежде чем мы проникнем в «Missa solemnis», нам предстоит пройти Большую сонату ор. 106²; она, как придел собора в Везле, образует грандиозное преддверие храма.

Можно сказать образно, что ор. 106 вписан между песнями, как пограничными межами: при входе — песня «Resignation» («Покорность судьбе»), у выхода — канон «Glaube und Hoffe» («Вера и надежда»). По пути песня «Hoffnung» («Упование») и радостные гимны лета 1818 года.

Начальные наброски первой части, как мы уже видели³, относятся ко второй половине 1817 года⁴; они следуют вскоре за эскизами «Resignation» и несколькими тактами фуги ор. 137, автограф которой датирован 28 ноября 1817 года. Продолжение эскизов сонаты находится в двух незаконченных записных книжках 1818 года⁵.

В большей своей части соната была написана в Мёдлинге весною и летом 1818 года. Значительным стимулом оказался подарок из Лондона — прекрасный рояль «Broadway», объемом в шесть октав, который прибыл в Мёдлинг весной 1818 года⁶.

Совсем невероятно: как мы уже говорили⁷, сочиняя первую часть сонаты, Бетховен предполагал использовать ее основные мотивы для четырехголосного вокального сочинения в честь эрцгерцога Рудольфа по случаю дня его именин 17 апреля 1818 года⁸:

Таким образом, Бетховен и сам не сознавал, какое монументальное творение он собирался воздвигнуть. Сочиняя первую часть, он долго шел ощупью, прежде чем ему стало ясно, какой характер должны иметь следующие части. Мы уже знаем из письма к эрцгерцогу (январь 1819 года), что две последние части (великолепное Adagio и большое финальное Fugato явились (sind noch gekommen) композитору как бы неожиданно, повинуясь скрытой воле его сознания, в то время как он продолжал оставаться верным своей первоначальной идее поздравительной кантаты⁹.

Новое и поразительное свидетельство могущества и высшей логичности подсознательного у Бетховена.

...в какой-то мере опровергается высказыванием самого композитора, который в 1817 году говорил Чиприано Поттеру, что «никогда не следует во время сочинения сидеть в комнате, где есть рояль, дабы не поддаваться искушению советоваться с ним. Только когда произведение закончено, можно, если нет под рукой оркестра, попробовать его на рояле». Очевидно, однако, что здесь речь идет о сочинениях для оркестра, которые, по мнению Бетховена, и мыслиться должны оркестрово.

_________

¹ Zeige deine Gewalt, Schicksal! Wir sind nicht Herren über uns selbst: was beschlossen ist, muss sein, und so sei es denn. (Из записных книжек Бетховена.— Прим. Б. У.)
² «Grosse Sonate für das Hammerklavier». — «Hammerklavier» — это просто попытка Бетховена заменить иностранный гермин «Pianoforte» немецким. Он хотел его предпослать еще Сонате op. 101.
³ Роллан имеет в виду главу VI первого тома «Песни возрождения».— Прим. Б. У.
⁴ Nottebohm. «Zweite Beethoveniana». Ein Skizzenbuch aus dem Jahre 1817 (SS. 349‒355).
⁵ Нотебом, II, стр. 123 и след.
⁶ До этого у Бетховена был только старый, разбитый парижский рояль «Эрар», который фирма преподнесла ему в 1803 году (инструмент находится в музее «Franciscocarolinum» в Линце). Бетховен перевез «Broadway» в Вену; этот рояль после бесчисленных перевозок к моменту смерти композитора стоял в «Доме Черного Испанца»; сейчас он находится в Будапештском государственном музее. По многочисленным свидетельствам современников (в том числе и А. Шиндлера), Бетховен сочинял за роялем. Это сообщение...
⁷ Имеется в виду глава VI из книги «Песни возрождения». — Прим. Б. У.
⁸ Нотебом, II, стр. 127‒128.
⁹ Невольно спрашиваешь себя, полностью ли он понимал, что именно продиктовало ему сознание, когда видишь, как в письме к Рису, написанном 19 апреля 1819 года, после того как вещь была полностью завершена, он проявляет нерешительность в отношении порядка частей, предоставляя ему свободу поместить Adagio сразу после первой части, до Scherzo, или сократить совсем Largo — одну из страниц наиболее самобытных, больше всех проливающую свет на скрытую работу его творческого сознания («Письма», изд. Калишера, т. IV, № 765).

В тот момент произведение было готово к печати. Оно вышло в свет в сентябре 1819 года в издательстве Artaria в Вене.

Восстановим и уточним психологическую атмосферу, в которой Бетховен создавал свою сонату. Меня извинят, если я вернусь к некоторым деталям, уже отмеченным в предыдущей главе: изучая сонату, необходимо не упускать их из виду, поскольку они объясняют этапы ее развития.

Когда по завершении сонаты Бетховен 19 апреля 1819 года писал, что она создавалась в обстановке полной волнений (in drangvollen Umständen)¹⁰, он был прав, имея в виду период, когда она была задумана. С октября 1817 года он был глубоко подавлен, болен; его неотступно преследовали мысли о гонении и смерти¹¹. Это состояние продолжалось до весны 1818 года, когда тема «надежды»¹², написанная для эрцгерцога, явилась первым лучом света, предвещающим выздоровление. С 18 мая 1818 года, когда Бетховен обосновался в Мёдлинге, начинаются времена более счастливые. Тем не менее он и тогда находил поводы отравлять себе настроение домашними заботами и интригами, которые затевала против него «Царица Ночи»¹³. Именно тогда к окончательному наброску второй части он делает приписку: «Маленький домик в этих краях, такой маленький, что в нем хватит места только для самого себя... Лишь несколько дней в этом божественном Брюле... Sehnsucht (Томление) или Желание — Освобождение или Осуществление...»¹⁴. И далее, в разгар работы над последней частью сонаты, — создание эскизов Lieder — на прогулках в течение лета 1818 года:

¹⁵

¹⁶

Об этих счастливых днях говорит так же законченный эскиз изящной фортепианной пьесы (си-бемоль мажор), написанной «Zпо случаю приглашения на послеполудня 14 августа 1818 года»¹⁷.

Когда я просматриваю последнюю часть сонаты, сочиненную в эти летние месяцы, мне кажется, что сбегающий вниз мелодический рисунок невольно напоминает о прогулках Бетховена вдоль холмов: «Zwischen und auf den Bergen».

С другой стороны, в приведенной мною записи второй половины 1818 года¹⁸ Adagio Cantique из симфонии (оно могло бы служить интродукцией к фуге), где, начиная с Adagio или в Финале, должны были вступить голоса с оркестром, уже намечаются те религиозные настроения, которые в самый разгар бури фугированного Allegro сонаты воплотились в чистый и глубокий эпизод (ре мажор).

_________

¹⁰ И он добавляет: «Так тяжело писать ради куска хлеба! А именно это теперь мне приходится делать».
¹¹ См. письмо от 28 октября 1817 года к Цмескаллю, письма к Нанетте Штрейхер («Письма», изд. Калишера, т. IV, № 713 и след.).
¹² «Письма», изд. Калишера, т. IV, № 777.
¹³ Мать его племянника Карла (см. письмо к Нанетте от 18 июня 1818 года).
¹⁴ «Ein kleines Haus allda so klein, das man allein nur ein wenig Raum hat... Nur einige Tage in dieser göttl. Briel... Sehnsucht oder Verlangen — Befreiung od. Erfüllung».
¹⁵ «Вечером, по дороге среди гор и холмов».
¹⁶ «Вечернему солнцу».
¹⁷ Я даю ее в качестве приложения к главе IX о последних сонатах.
¹⁸ На стр. 206 первого тома «Песни возрождения» Роллака речь идет об эскизных тетрадях Бетховена за вторую половину 1818 года, которые приводит Нотебом («Zweite Beethoveniana», S. 163). Среди этих эскизов обращает на себя внимание симфония с хорами на слова «Аллилуйи»: Роллан связывает замысел Adagio Cantique из этой симфонии с Квартетом ор. 132, проникнутым теми же настроениями благодарственной молитвы. Там же Роллан говорит о письме без даты, в котором впервые упоминается о Мессе («Письма», изд. Калишера, т. IV, № 761, январь 1819 года). В том же письме Бетховен сообщает об окончании двух последних частей Сонаты ор. 106. Роллан приводит это в связи с известным письмом к эрцгерцогу от I января 1819 года, когда Соната была уже завершена (см. прим. 20). Так возникло предположение о том, что письмо без даты в действительности было написано осенью или зимой 1818 года, во всяком случае — до января 1819 года, — Прим. Б. У.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание