Далее в пьесе вариантно разрабатываются интонации главной темы. Соответственно развиваются и наметившиеся в ведущем мотиве целотоновость, трихордовость.
В последней части, «Воспоминаниях», нет нового материала. Она основана на элементах тематизма других разделов цикла. И все же благодаря иному ладотональному и тембровому освещению словно меняется «точка зрения» на прежнее интонационно-ритмическое содержание тематизма — и мотивы «Вступления» (основа финала) и попевки из «Думки» воспринимаются свежо.
Во Второй сюите В. Губа не ставит перед слушателем глубоких проблем; непритязательный образный смысл музыки передан простыми, доступными средствами выразительности.
На другом полюсе находится один из последних (1968) опусов композитора: «Лики застывших времен» для 13 инструментов (два рояля, челеста, вибрафон, арфа, бубен, большой барабан, тамтам, тарелки, два охотничьих колокольчика, настроенные в малую терцию, колокола и метроном). В. Губа так объясняет замысел этого сочинения: «...Различные свидетельства прошлого побудили меня к звуковому воплощению тех образов, которые могут стать живыми благодаря воображению. Я хотел запечатлеть в звуках, наивных и сдержанных мотивах таинственное дыхание веков, проникнуть в глубь славянских мироощущений, в тайны времени, ушедшего безвозвратно...»
Как же воплощает автор свой замысел?
Произведение условно делится на три части. Но типичного соотношения темпов — быстрых и медленных — нет. Наоборот, композитор стремится к строгой темповой одноплановости на протяжении всего цикла. Различные разделы «Ликов» не соотносятся по принципу контраста, а призваны дополнять друг друга. Соответственно завуалированы и эмоциональные грани между ними. Общий колорит звучания — приглушенный, периодически окрашиваемый просветленными ударами колоколов или «репликами» челесты и вибрафона. Нет в произведении и ритмического разнообразия, так как В. Губа явно избегал образов активной энергии. Большую роль приобретают сонористические эффекты с их темброво-высотными контрастами, оригинально сплавленные с архаикой отдельных «тематических островков» (тематизма в привычном понимании здесь нет).
В каждой из частей несколько разнохарактерных «монологов» и «речитативов» выступают тонально-ладовыми центрами. Они обычно связаны со звучностью фортепиано (неподготовленного), в то время как подготовленный рояль создает фон. Вокруг них располагаются различные тембровые плоскости, наслаиваются сонористически раскрашенные комплексы. Строгая одноплановость ритмического, темпового, тонального моментов приводит к статичности. Равномерное звучание метронома, завершающее всю композицию, воспринимается как еще одно ее проявление, символизирующее, по замыслу автора, «вторжение внешней объективной силы, воспроизводящей картину времени как философскую категорию вечного».
Реализовано ли в «Ликах» намерение композитора передать в звуках «таинственное дыхание веков, проникнуть в глубь славянских мироощущений»? Ощущается ли все это за подчас тонким и остроумным инструментально-тембровым слоем? Кроме того, не слишком ли много «моно» во всех видах (монотемпы, моноритмы, монотембры), а все вместе, может быть, немного... монотонно?
Думается, что композитор односторонне подошел к решению поставленной задачи, использовав в основном внешние средства выразительности, причем подобное решение было даже как бы задано с самого начала (имеется, в виду, например, применение метронома в качестве символа высокого назначения).
Рассматривая проблемы, выдвигаемые музыкой В. Губы, задаешься вопросом: не объясняются ли вообще многие противоречия его творчества некоторым пристрастием к внешним приемам?
Скажем, композитор явно обладает мелодическим даром, который он ярко продемонстрировал, в частности, во Второй вокально-оркестровой сюите. Но иногда эта мелодическая насыщенность «оборачивается против него»; в музыку проникают банальные песенные интонации, правда чуть освеженные тембровым колоритом. Так случилось, например, в сюите «Впечатления» 2, изобилующей надоевшими мелодическими, ритмическими, гармоническими и даже оркестровыми приемами. То же можно сказать и о киномузыке. Зачастую она теряет ценность, оказавшись вне фильма, так как функции ее сводятся лишь к иллюстрации того, что мы видим на экране. Эта музыка скользит по поверхности восприятия и вызывает, на наш взгляд, вполне понятное скептическое отношение к ее автору.
Странное соседство — «Лики застывших времен» и «Впечатления», написанные чуть ли не параллельно. Впрочем, как мы видели, кое-что их все-таки объединяет, а именно: внешнее, иллюстративное решение творческих вопросов. Быть может, причина всему — привлекательное на первый взгляд (но только на первый взгляд)
_________
2 Она состоит из семи лаконичных частей, следующих без перерыва: «Шелест моря», «Рассвет», «Унесенная временем», «Звуки трубы», «Расцветы дня», «Песня мечты и пробуждения», «Новь».
кредо, которым руководствуется композитор: писать так, как «слышишь жизнь» в данный момент. Он, казалось бы, забывает о необходимости в искусстве художественного обобщения, глубокой и серьезной работы по отбору не только средств, но и самих идей.
Несмотря на то, что теперешние творческие позиции В. Губы не могут не вызвать сомнений, многие качества его дарования, такие, как образная конкретность, мелодическая выразительность, надо надеяться, помогут ему в будущем создать произведения, действительно отражающие сложность и противоречивость нашего времени. Возможно, теперь деятельность в кино оказывается уже не столь полезной, как раньше, а, наоборот, тормозит развитие его дарования, ибо мешает уделить должное внимание вопросам профессионального мастерства.
*
Трудным был творческий, путь Николая Полоза. Впервые он по-настоящему «встретился с музыкой» уже студентом машиностроительного техникума, попав на концерт симфонического оркестра. С этого времени юноша, готовящийся совсем к иной специальности, одержим желанием стать музыкантом. Он прилагает поистине огромные усилия, пройдя сквозь многие поражения и неудачи. В 1953 году, работая на заводе, пытается поступить в музыкальное училище, что, конечно, оканчивается провалом: Н. Полозу уже 17 лет, а он не имеет самых элементарных профессиональных знаний. Юноша возвращается на завод и через некоторое время начинает учиться в вечерней музыкальной школе. Вскоре вынужден оставить занятия: его призвали в ряды Советской Армии. Через несколько лет, однако, он начинает посещать вольнослушателем занятия в Луганском музучилище. В конце концов настойчивость и упорство взяли верх: Н. Полоза принимают в училище условно. Наступает время напряженной работы; уже через год молодого музыканта переводят сразу на третий курс и педагоги сулят ему как дирижеру-хормейстеру большое будущее. А после окончания училища он поступает на композиторский факультет Киевской консерватории в класс Б. Н. Лятошинского, и его диплом — Вторая симфония — получает высокую оценку и профессионалов, и любителей.
В пору учебы у выдающегося мастера определилось и закрепилось тяготение Н. Полоза к большим симфоническим формам, способным выразить значительные идеи, напряженные жизненные конфликты. В двух произведениях (во Второй симфонии, 1961, и вслед за ней — в Третьей, 1968) композитор раскрывается как симфонист по природе мышления и дарования. В этом он достойный ученик и, будем надеяться, преемник своего учителя. И суть не в том, что в творчестве Н. Полоза, особенно во Второй симфонии, мы найдем много страниц, так похожих на музыку Лятошинского, — в Третьей симфонии прямых аналогий уже нет. Но своеобразие монотематизма украинского художника, образная многоплановость, достигаемая им в развитии материала, некоторые особенности оркестрового письма оказали огромное влияние на молодого автора, нашли индивидуальное претворение в его сочинениях.
Несмотря на отличия Второй симфонии от Третьей, более многосторонней и глубокой по содержанию, потребовавшей и большей масштабности форм (двухчастность уступила место трехчастности), между этими произведениями существует несомненная связь. Их роднит интонационная общность, в частности особая напевность лирических тем, одухотворенная воздействием народнопесенного начала:
Lento


-
Содержание
-
Увеличить
-
Как книга
-
Как текст
-
Сетка
Содержание
- Содержание 3
- С Лениным сердце говорит 4
- Путь к народному 6
- Впередсмотрящие 12
- Достижения и перспективы 18
- К 50-летию театра имени К. С. Станиславского и Вл. И Немировича-Данченко 20
- Рожденный революцией 29
- Первая марийская опера 41
- Поэтические образы чешской сказки в балете 44
- Дебют Ленинградского камерного 47
- Будущее — за музыкальным спектаклем 50
- Музыкальный актер 53
- Музыкальное произведение и интерпретация 59
- Выдающийся органист 63
- Народный артист Казахстана 67
- Закономерности универсальной гармонии 75
- Перелистывая концертные программы... 84
- «Истинно историческая личность» 97
- Встреча с Хо Ши Мином 104
- Музыкальный Краков 106
- Убежденность и метод 110
- Интервью с Юджином Орманди 115
- Интервью с Гербертом Караяном 121
- Музыка Советского Востока 126
- Юбилейное 131
- Полезная инициатива 133
- Коротко о книгах и нотах 136
- Наш вестник 141
- Указатель статей и нотных приложений, опубликованных в журнале «Советская музыка» в 1969 году 158