«сюжеты... спектаклей служат для увертюр своего рода программами, знание которых для слушателя желательно» (стр. 13). С этим, видимо, не согласен опять же Фомин, который в пояснениях к увертюрам «Оберон» Вебера и «Кола Брюньон» Кабалевского почти не показывает, как музыка этих увертюр тематически связана с музыкой всей оперы, с отдельными ее сценическими ситуациями. А слушателю было бы весьма полезно знать, что центральный раздел увертюры к «Оберону» основан на арии рыцаря Гюйона Бордосского в сцене, где ему привиделся образ прекрасной Реции (дочери багдадского калифа Гарун аль Рашида), и арии Реции, взывающей к Гюйону о помощи.

Если вступительные статьи грешат многословием, литературными красивостями, то пояснения к отдельным произведениям удивляют порою излишней краткостью: о конструкции пьесы, о ее симфонической драматургии, взаимодействии тем говорится в них сравнительно редко. Авторы стремились, видимо, отойти от сложившегося в жанре аннотаций трафарета с традиционным перечислением: «вступление такое-то... главная партия такая-то... побочная партия... заключительная... разработка... реприза... кода...» — но найти этому равноценную замену не всегда смогли. Вот, например, что сказано Фоминым о первой части Четвертой симфонии Шумана (стр. 84): «Первая часть — изумительный образец живой, "дышащей" музыки. Вся она словно соткана из динамических нарастаний, волн, ускорений, наплывов...» И все. Может ли это заменить необходимый разговор о конструкции и тематизме, о форме и содержании? Думается, что нет.

Нередко авторы, рассказывая о произведении, опускают существенные детали. В пояснении к первой части Третьей симфонии Чайковского Фрумкин пишет и о главной теме («в характере марша, парадного и пышного») и о побочной («трогательно-печальная, чистая»), но ничего не говорит о заключительной, на основе которой строится эпизод, рисующий массовую крестьянскую пляску, веселящуюся толпу. Эта тема, резко контрастная двум предыдущим, является равноправным персонажем в симфоническом действии. Упомянуть о ней было тем более необходимо, что подобные темы и эпизоды играют во многих симфонических произведениях Чайковского большую роль.

Некоторые фразы вызывают, мягко выражаясь, недоумение. «Будучи приверженцем программной музыки, — пишет Фомин о Дебюсси, — он отказался от жанра симфонии» (стр. 139). Сказано так, словно программных симфоний не существует. А вот что говорится у того же автора о финале соль-минорной симфонии Моцарта: «Благодаря стремительному движению и лаконичной форме финал носит характер объективного повествования» (стр. 45). Непонятно, каким образом связаны стремительное движение и лаконичность формы с объективностью повествования (кстати, форма финала не так уж лаконична).

Не везде проявлена нужная осторожность в программных толкованиях музыки. Дворжак, создавая вторую часть симфонии «Из Нового света», обратился к «Песне о Гайавате» Лонгфелло. Но это осталось лишь фактом творческого процесса, с чем следует считаться. Поэтому весьма спорно утверждение Михеевой, что «Дворжаку захотелось музыкальными средствами передать глубоко волнующий эпизод поэмы — похороны жены Гайаваты — прекрасной Миннегаги» (стр. 115).

Во всех разделах путеводителя — масса мелких неточностей, небрежностей, ошибок. На странице 22-й утверждается, что саксофон был изобретен в тридцатых годах XIX века, а на 26-й — что в пятидесятых. В действительности же саксофон изобретен в 40-х годах (сконструирован в 1840, запатентован в 1845 году). Писатель Сенковский, по сказке которого написана сюита Римского-Корсакова «Антар», превратился в Сенкевича (стр. 16). Дворжак приехал в Америку не в 1891 году, как написано на стр. 115, а в 1892. На странице 10-й год смерти Калинникова дан по старому стилю (1900), а на странице 203-й — по новому (1901). В пояснении к скрипичному концерту Бетховена (автор Арановский) говорится, что в финале «ясно ощущается лирическая "нотка", которую привносит вторая тема, полная свежести и красоты» (стр. 70). Речь здесь явно идет не о второй, а о третьей теме.

В «Словаре музыкальных терминов» (составитель Е. Сердечкова) понятие такта определено следующим образом: «Краткий отрезок музыкального текста, заключенный между двумя ритмическими акцентами равной силы». Но ведь такт относится к области метра, а не ритма.

Список замеченных неточностей, ошибок, несогласованностей, противоречий можно было бы продолжить. Ограничимся указанным. Горький говорил, что для детей нужно писать так же, как для взрослых, только еще лучше. Перефразируя скажем: для любителей музыки надо писать так же, как для профессионалов, только еще лучше, проще, точнее. К сожалению, в кратком путеводителе «Для слушателей симфонических концертов» многому доверять нельзя. Будем надеяться, что издательство, предприняв третье издание этого путеводителя, сделает все необходимое для устранения дефектов.

ХРОНИКА

Говорят председатели союзов.

НАВСТРЕЧУ ЧЕТВЕРТОМУ ВСЕСОЮЗНОМУ СЪЕЗДУ КОМПОЗИТОРОВ

А. Артамонов

Читателям «Советской музыки» уже известно, что в прошлом году в Ростове-на-Дону открылся музыкально-педагогический институт. Это событие сыграло и еще сыграет немалую роль в музыкальной жизни нашего города. В ростовскую композиторскую организацию влились преподаватели института музыковеды Л. Хинчин и Н. Тифтикиди, композитор Л. Клиничев. Группа молодых авторов (среди них несколько педагогов училища искусств и студентов института) составляет наш актив. Думаем, что некоторые из этих преподавателей — будущие члены союза. Таким образом, Ростовское отделение не только пополняется, но и «омолаживается».

В институте созданы свои исполнительские коллективы. Струнный камерный оркестр со временем станет симфоническим. Должны появиться и другие камерные ансамбли — квартет, трио и т. д. Большие надежды возлагаем мы на институтский хор, в котором уже сейчас насчитывается 40 человек. Ведь до сих пор отсутствие в Ростове профессиональной капеллы серьезно тормозило развитие хорового и вокально-симфонического жанров.

Только что закончилась традиционная (пятая) «Донская музыкальная весна», посвященная 50-летию комсомола. В нынешнем году этот праздник был и своего рода отчетом организации, так как по различным причинам нам не удалось ранее провести юбилейный пленум. Мы включили в программу «Весны» наиболее значительные произведения, созданные ростовскими композиторами к 50-летию Великого Октября, в частности вокально-симфонические и инструментальные сочинения Т. Сотникова, В. Алексеева, П. Гутина, Л. Израйлевича, А. Артамонова. Исполнялся также ряд сочинений молодых авторов — А. Матевосян, Л. Клиничева, В. Красноскулова, посвятивших их советской молодежи.

Сейчас творческие замыслы многих наших композиторов связаны с образом вождя революции. К 100-летию со дня его рождения создаются кантата А. Артамонова «Великий день семнадцатого года» на стихи М. Исаковского, вокально-симфонические произведения В. Алексеева и Л. Израйлевича. Цикл песен о Ленине задумал П. Гутин. Надеемся, что и молодежь не отстанет от старших товарищей в разработке великой темы.

А. Нестеров

В марте 1968 года проходил IV пленум Верхне-Волжского отделения Союза композиторов РСФСР. Это был творче-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

ХРОНИКА

Говорят председатели союзов.

НАВСТРЕЧУ ЧЕТВЕРТОМУ ВСЕСОЮЗНОМУ СЪЕЗДУ КОМПОЗИТОРОВ

А. Артамонов

А. Нестеров

Содержание