Выпуск № 6 (355) | 1968 - страница 39

Иногда в результате подобного соприкосновения с практикой у неопытного музыканта появляется потребительское отношение и к концертному учреждению и к собственной профессии. (Нужно ли доказывать, насколько это чревато отрицательными последствиями?!) Мне кажется, что основной принцип деятельности исполнителя — больше отдавать, нежели получать. Но этот важный постулат творчества всегда останется лишь идеальным платоническим призывом в рамках любого учреждения, с которым он связан материальными взаимоотношениями.

Итак, именно в духовно-воспитательном направлении творческий союз музыкантов-исполнителей мог бы сыграть благотворную роль ¹.

Другие области, где решающее влияние мог бы оказать новый союз — теория исполнительства и критика. Мне представляется, что для гармоничного развития нашего музыкального искусства необходимо определенное пропорциональное соотношение между количеством музыкантов-практиков и музыкантов-теоретиков.

Музыка в наши дни стремится воплощать все более сложные психологические состояния людей, она требует от композиторов способности к обостренному восприятию действительности. Сегодняшний исполнитель в какой-то мере не только артист, но и исследователь, раскрывающий в своих интерпретациях многообразие окружающей жизни, все более погружающийся в тайны человеческой души. Ныне приходится чаще задумываться над психологией исполнительства, острее ставить перед собой многие вопросы, связанные с понятием стиля.

Именно здесь наше искусство ждет обобщений, раскрытия новых горизонтов со стороны своих теоретиков. Пока же оно развивается однобоко — лишь за счет эмпирической деятельности музыкантов-концертантов, многие из которых (особенно из числа молодых) по старинному обычаю с недоверием и даже пренебрежением относятся к любым посягательствам разума на область, где, по их мнению, целиком должно властвовать чувство. Это приносит большой вред их собственному творческому развитию и искусству в целом.

Подобное положение, на мой взгляд, тесно связано с тем печальным состоянием, в котором находится повседневная музыкальная критика. Я. Зак справедливо говорил, что здесь сложилась совершенно ненормальная картина, большинство критических статей и рецензий лишены ярких мыслей, которые могли бы расширить духовный кругозор их читателей, будь то исполнители или слушатели. Зачастую такие опусы как две капли воды похожи один на другой. Как правило, они построены по традиционному принципу: небесная голубизна славословий вдруг ненадолго омрачается набегающим облачком критики (для поддержания чувства собственного достоинства автора статьи), что еще более эффектно подготавливает появление заключительных фанфар...

Мне невольно вспоминаются две рецензии на концерты двух наших музыкантов, перепечатанные из зарубежной прессы. В одной из них перечислялись все наиболее яркие качества всемирно известных скрипачей, чтобы... охарактеризовать игру молодого советского скрипача; в другой (написанной с неменьшей фантазией!) — ставился вопрос, сколько нужно времени для того, чтобы одному человеку завоевать город, и тут же отвечалось: «Молодому скрипачу из Москвы потребовалось на это всего полтора часа».

При всем моем уважении к таланту тех, кому предназначались эти дифирамбы, беру на себя смелость утверждать, что вряд ли подобное может содействовать их творческому развитию. Статьи такого рода, которые воспроизводятся время от времени в наших газетах, больше похожи на рекламу; роль критики в них по существу сведена к нулю, но, возможно, она имеет и отрицательное значение.

Я привел эти примеры не потому, что они беспрецедентны (подобную прессу имеет почти каждый молодой лауреат). Мне думается, в наших изданиях к перепечаткам из зарубежной прессы нужно подходить серьезнее и критичнее. Советская музыкальная критика должна, по-моему, развиваться на принципиально иных основах, избегать модной на Западе болезни «гиперболизма». Она призвана стимулировать рост музыкантов-исполнителей и одновременно активно воспитывать слушателей, пробуждать в них живой интерес к тому или иному прозвучавшему произведению и его интерпретатору, она должна не курить фимиамом дежурных оценок, а возбуждать желание у любителей и профессионалов самим разобраться в явлениях искусства.

Дело ведь не в том, чтобы заставить человека читать, нужно разжечь его стремление думать...

_________

¹ У виолончелистов уже несколько лет существует свое «сепаратное» объединение — «Клуб виолончелистов», созданный по инициативе М. Л. Ростроповича. Может быть, следует создать подобные клубы и пианистам, и скрипачам, и певцам? Однако думается, что это должны быть лишь секции общего Союза.

Выход из создавшегося положения я вижу в двух направлениях, по которым одновременно и параллельно должна вестись планомерная работа. Во-первых, музыкальных критиков и теоретиков исполнительства нужно специально готовить в стенах учебных заведений, умело отбирать кадры из числа высокопрофессиональных музыкантов. (Надо отбросить укоренившуюся мысль о том, что специалистом-теоретиком в области исполнительского искусства может быть неудавшийся практик, опыт многих лет показывает как раз обратное.) Во-вторых, кадры критиков нужно повседневно воспитывать в атмосфере творческих дискуссий и обсуждений, что вновь приводит нас к необходимости и целесообразности создания творческого союза музыкантов-исполнителей.

Мне не хочется сегодня говорить о практике нашей концертной деятельности, — слишком серьезна тема, чтобы говорить о ней вскользь. Она требует специального выступления, к тому же, я думаю, присутствующие здесь мои коллеги, вероятно, будут говорить и об этом. Хочу лишь добавить еще несколько слов об эстетическом воспитании детей. Мне думается, что хотя в данной области делается у нас немало, все это еще не соответствует масштабу нашей страны и нашего времени.

Недавно в Союзе композиторов СССР проходило Всесоюзное совещание по этому вопросу. Я был приглашен для участия в одном из показательных концертов, и меня все время не покидала мысль: почему наша основная гвардия исполнителей-лауреатов находится в стороне от этого важнейшего повседневного дела?!

Думается, что и здесь организация союза исполнителей могла бы принести конкретную ощутимую пользу. Ибо кому, как не артистам, болеть за сегодняшнюю и завтрашнюю аудиторию концертных залов страны?!

*

В. Барсов

То, о чем говорилось здесь, очень важно. Нужно предпринимать коллективные меры, чтобы качественно улучшить нашу исполнительскую практику, ибо то, что нынче происходит, часто не соответствует потребностям нашей музыкальной современности.

Сказать хотя бы об информации в широком смысле слова, об информации, посвященной музыкальной жизни во многих городах Советского Союза, а не только в столице и других крупнейших центрах.

К примеру, Иркутск. Вот уже третий сезон здесь успешно развивается традиция первогоисполнения новых советских симфонических произведений молодых композиторов. У нас в Иркутске состоялись премьеры симфоний Г. Окунева, Я. Вайсбурда, А. Флярковского, ряда других симфонических сочинений. Недавно иркутские музыканты впервые в Советском Союзе сыграли несколько произведений современных немецких авторов. (И наши композиторы, и гости из ГДР присутствовали на премьерах.) Все это — творческий актив иркутян, о котором почти никто не знает. Пока что лишь об исполнении Симфонии Окунева была статья в «Советской музыке». Точно так же мы почти не осведомлены о том, что происходит в концертной жизни других городов, даже близко расположенного Новосибирска. Между тем сочинения, которые я назвал, заслуживают того, чтобы ими заинтересовались другие оркестры. Убежден, что при значительно возросшем «коэффициенте взаимознания» мы бы имели и большие успехи в пропаганде советской музыки, что, в свою очередь, активизировало бы композиторов. Представляю себе, что у наших специальных журналов меньше возможностей информации, чем у газет. Но все же и те и другие, особенно «Советская культура», должны уделять этому пристальное внимание.

Теперь о другом. Я думаю, что не только наша музыкальная общественность, но и центральные руководящие органы недостаточно хорошо представляют себе, в каких условиях работают многие периферийные симфонические оркестры. У нас не хватает музыкантов, мы плохо обеспечены инструментами, нотами. Имея далеко не полный состав, мы должны играть не только классические произведения, но и Шостаковича, Стравинского, Бартока и многих других современных авторов, ибо таково веление времени.

Достойно удивления, что при столь существенной организационной необеспеченности уже существующих оркестров, в разных городах создаются новые симфонические коллективы. Мне кажется, что, как правило, они возникают на песке. Конечно, в нашей стране еще мало оркестров, поэтому рождение новых нужно приветствовать, но при том лишь условии, что одновременно будут устраняться недостатки в работе уже функционирующих коллективов.

Впрочем все-таки не лучше ли было бы слушать симфоническую музыку в исполнении полностью укомплектованных оркестров? Не выше ли поднимется симфоническая культура, если вместо карликовых объединений мы создадим зональные коллективы, которые смогут обслуживать соседние области и города?!

Очень важной мерой для активизации творческой работы оркестров и их руководителей явились бы плановые гастроли дирижеров на усло-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

В. Барсов

Содержание