— В отличие от ленинградской постановки, — рассказывает Петр Львович, — опера Дзержинского шла на нашей сцене в новой сценической и музыкальной редакциях. Владимир Иванович стремился передать в спектакле живую, волнующую атмосферу тех лет. Поэтому он заново пересмотрел многие сцены оперы, в частности сцены примирения Аксиньи с Григорием (она стала более психологически достоверной), встречи Мишки и Григория (она теперь происходила в обстановке прифронтовой железнодорожной станции). Он всячески старался уничтожить фальшивую «простецкую» игру в «народ»: вместо безликой массы хора на сцене были живые люди со своими страданиями и радостями. Работа с Владимиром Ивановичем незабываема. Особенно запомнилась одна из репетиций «Катерины Измайловой». Владимир Иванович поразил тогда всех глубоким и тонким раскрытием психологического «подтекста» ролей, поочередно исполнив каждую из них. Стремясь донести до слушателя музыку оперы, Немирович-Данченко всячески подчеркивал симфонические эпизоды. Во время исполнения увертюры и музыкальных антрактов (их называли в театре «сценическим камертоном»), снопы света прожектора направлялись на оркестр. И зал невольно затихал. Ведущая роль музыкальной идеи в оперном спектакле, внимательное вслушивание в музыку — как актуальны эти режиссерские принципы Владимира Ивановича и для современного музыкального театра!

Работа рядом со столь выдающимся мастером, конечно, многое дала молодому музыканту. Ветераны коллектива, вспоминая о дирижерской деятельности Шпитального, отмечают, что Владимир Иванович неизменно ценил его творческую энергию и инициативу.

Эти качества очень помогли ему позже, когда он стал главным дирижером симфонического оркестра Узбекской филармонии (1946). За два с половиной года Шпитальный провел около 200 концертов. Под его руководством молодой национальный коллектив заметно вырос. «Дирижерский опыт и организаторские способности помогли в кратчайший срок поставить симфонический оркестр на должную высоту», — свидетельствовал часто бывавший тогда в Узбекистане Р. Глиэр. О том же писал в своем отзыве о дирижере и выдающийся деятель узбекской музыкальной культуры В. Успенский, также отметивший темперамент Шпитального, его большую культуру. А главное, он сразу же проявил интерес к музыке советских композиторов, в частности узбекских. Сохранилось трогательное письмо-благодарность группы молодых тогда авторов (в их числе Г. Сабитов, Д. Закиров, И. Хамраев, С. Бабаев, Г. Кадыров, Б. Гиенко) дирижеру Шпитальному «за внимательное и чуткое отношение к (их. — К. П.) первым оркестровым работам как во время репетиций, так и во время концерта 12 июля 1947 года, который был проведен на высоком художественном уровне».

Общественный темперамент руководителя оркестра проявился также в шефской работе, которую коллектив проводил в различных районах республики, в кишлаках. Вместе с оркестрантами туда выезжали композиторы и артисты ¹.

За сорок лет своей творческой деятельности (в нынешнем году была отмечена эта дата, так же как и шестидесятилетие со дня рождения) Шпитальный концертировал в Москве, Воронеже, Ярославле, Одессе...

Работа по основной специальности сочеталась у него с активным участием в многооб-

_________

¹ Творческие связи Шпитального с республиками Средней Азии были завязаны еще раньше: в 1941 году он участвовал в подготовке и проведении Таджикской декады искусства в Москве (дирижировал в Большом театре балетом А. Ленского «Ду гуль»), в годы войны, находясь в Ташкенте вместе с эвакуированной Воронежской военно-музыкальной школой, которую в то время возглавлял, вел педагогическую работу в Узбекской консерватории. Тогда же он организовал и подготовил первое исполнение в Ташкенте Седьмой симфонии Шостаковича.

разной музыкальной жизни страны. В послевоенный год Шпитальный создал передвижной музыкальный театр, став его главным дирижером. Театр выезжал в различные города и сельские районы страны с классическими и советскими опереттами.

Свои способности оперного дирижера, педагога и организатора Шпитальный ярче всего проявил в работе с участниками самодеятельной оперной студии города Электростали Московской области (вместе с ним студию создавали хормейстер Э. Рывкина и концертмейстер Н. Барская). Большинство артистов-любителей, пришедших в коллектив, даже не знало нот. Однако их любовь к искусству и большое трудолюбие сделали почти невероятное: студия поставила целиком три оперы: «Евгений Онегин», «Царская невеста» ¹ и «Алеко». Слава об этом дошла до Москвы. Все спектакли студии были показаны в столице и пользовались большим, заслуженным успехом. Впоследствии из этой студии вырос народный оперный театр.

Еще будучи студентом консерватории, Шпитальный начал сочинять музыку. Не случайно все его произведения были написаны об армии и для нее. Это ряд песен (одна из них посвящена Особой кавбригаде), походных маршей. Его «Фанфарный марш» прочно вошел в репертуар военных оркестров и постоянно исполняется на парадах войск Советской Армии. Хорошо зная специфику духовых инструментов, Шпитальный сделал для военных оркестров немало переложений произведений классики и советской музыки.

Большую роль в жизни Шпитального сыграла Советская Армия. С нею он был тесно связан и по педагогической линии (одним из первых стал преподавать на факультете военных дирижеров в Московской консерватории, затем в созданном на базе этого факультета Институте военных дирижеров).

В настоящее время Шпитальный — доцент Музыкально-педагогического института имени Гнесиных по кафедре дирижирования. По-прежнему крепка его дружба с военными оркестрами, но теперь уже через своих воспитанников, с которыми он постоянно переписывается, помогает им советами, нотной литературой. В этом беззаветном служении своему делу отражаются характерные черты Шпитального — советского музыканта и общественного деятеля.

*

А. Мессерер

Расказывают мастера

Впервые я попал на репетицию балета Большого театра, еще даже не будучи учеником театрального училища. Был у меня знакомый артист Филипп Дорохин, отец которого служил в театре главным капельдинером. Он-то и пропустил нас: «Увидите что-то интересное...»

Действительно, мы увидели «что-то» в высшей степени интересное: репетицию вел Владимир Иванович Немирович-Данченко. Вместе с Горским он ставил «Лебединое озеро».

Горского я знал: он был моим учителем в студии, организованной М. Мордкиным (в 1919 году ею руководила уже А. Шаломытова). Приход в балет Немировича-Данченко, чьи спектакли в Художественном театре мы знали наизусть, был знамением времени: стремление к уничтожению рутины, же-

_________

¹ Постановке оперы «Царская невеста» была посвящена рецензия С. Рыбаковой (см. «Советская музыка», 1956, № 4).

_________

Воспоминання А. Мессерера и С. Чудинова подготовлены для сборника, посвященного пятидесятилетию советского Большого театра, готовящегося к изданию в «Советском художнике». Литературная запись А. Илупиной и Е. Луцкой.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

А. Мессерер

Расказывают мастера

Содержание