ся все позже, приближаясь к мирному времени, на налеты уже почти никто не обращает внимания. Вначале артисты и публика шли в бомбоубежище, расположенное в метро «Площадь Свердлова», а как только звучал сигнал отбоя, все возвращались к прерванному представлению. Постепенно мы перестали ходить в бомбоубежище — пересиживали тревогу за кулисами. А скоро почти все зрители тоже привыкли оставаться на своих местах, и сколько бы ни длился налет фашистских стервятников, ждали, когда их отгонят, зная, что отгонят непременно и спектакль будет продолжаться.

Репетировали обычно в вестибюле у раздевалки, на холодном каменном полу. Репертуар расширялся — «Коппелия», «Бахчисарайский фонтан», из опер — «Травиата», «Иван Сусанин». Работы было много, а в ней даже в самые трудные дни на фронте находили мы разрядку нашим тревогам, черпали силы и надежду на лучшее будущее.

В нем никто не сомневался. Ради него мы трудились, стараясь принести нашим зрителям радость, бодрость, минутный отдых. Они же платили нам искренней, горячей благодарностью и вниманием, награждая нас дружными аплодисментами. Мы чувствовали уже по затаенному дыханию зала теплые симпатии к нам.

В тот же период были организованы фронтовые концертные бригады. В действующей армии выступали М. Дамаева, Ю. Гербер, А. Павлинов и другие наши товарищи. А целый ряд артистов сражался с оружием в руках. Многие из них ушли добровольцами. Далеко не все возвратились...

В 1943 году Большой театр вернулся в Москву из Куйбышева. На сцене филиала появился балет В. Юровского «Алые паруса». Работы становилось все больше. Отгремели салюты победы, а я и не думал о пенсии, и никто уже меня не воспринимал как пенсионера.

Но годы давали себя знать, и в 60 лет я ушел на обыкновенную (а не персональную) творческую пенсию, выбрав ее для того, чтобы иметь право продолжать работать в театре. Расстаться с ним было выше моих сил. Я стал учить артистов историческому бальному танцу, вспомнив дни своей молодости, когда совмещал работу в императорском балете с преподаванием танцев в женском Екатериненском институте и в ряде московских гимназий. Но теперь мой опыт пригодился не для развлечения барышень, а для работы моих товарищей-артистов, которым приходится выступать в самых разных спектаклях и необходимо было знать стиль и особенности каждого танца, чтобы уметь его исполнять на уровне, достойном Большого театра.

Как-то само собой получилось, что я стал обучать танцам и солистов оперы. Началось все с «Кармен». Когда Ирина Архипова только приехала в Москву и ей предстоял дебют в заглавной партии оперы Бизе, обстоятельства сложились так, что ей некому было показать многочисленные танцевальные сцены. Выбор пал на меня. С тех пор я постоянно встречаюсь и репетирую с певцами, занятыми в «Евгении Онегине», «Войне и мире» и ряде других опер.

Огромной радостью было для меня предложение самому поставить танцы в опере Прокофьева «Повесть о настоящем человеке». Там есть эпизод, где герой доказывает медицинской комиссии, что он способен вернуться к боевым вылетам, с помощью... танца. Летчик начинает с вальса, а затем переходит на фокстрот и танго. Я стремился поставить эти танцы интересно, доступно для исполнения оперным певцом, а главное — убедительно для зрителей. Чтобы действительно ощущалось, что лишь огромная сила духа и вера в торжество своего дела могли заставить безногого человека плясать.

После этого я с удовольствием работал над постановкой экосеза в первом акте «Риголетто» Верди (бал у герцога Мантуанского) и крестьянского танца в «Свадьбе Фигаро» Моцарта...

Мне 78 лет. Это не мало, но и не много. Потому что я продолжаю работать в своем родном театре, где занят целые дни напролет. Вот это и придает мне силы жить, работать и творить.

СТРАНА ВСТРЕЧАЕТ ЮБИЛЕЙ

Дни Глинки

Это стало традицией. Каждый год в начале июня на Смоленщине звучит много музыки: выступают крупные коллективы и солисты, музыканты-профессионалы и представители местной самодеятельности. Так большим музыкальным праздником отмечают смоляне день рождения своего великого земляка Михаила Ивановича Глинки. В этом году состоялся десятый по счету фестиваль его имени. И поскольку год 1967 особенный, праздник тоже был особенный. Никогда еще смоляне не принимали у себя такое созвездие имен. В Смоленск приезжали коллективы Республиканской русской хоровой капеллы под руководством А. Юрлова и Горьковского симфонического оркестра во главе с дирижером И. Гусманом, лауреаты Ленинской премии композитор Г. Свиридов и пианист Э. Гилельс, солисты Большого театра В. Клепацкая, А. Ведерников, А. Масленников, скрипач В. Жук, певица Т. Петрова, баянист Ю. Казаков.

А масштабы праздника? О них можно судить хотя бы по такой цифре — в некоторых концертах выступало до 170 человек.

Город встречал гостей принарядившимся: повсюду полотнища приветственных лозунгов, цветы. Как обычно, праздник открылся митингом и торжественным возложением венков к памятнику Глинке. Взволнованную, умную речь произнес лауреат Всероссийского смотра художественной самодеятельности машинист локомотива В. Ершов. Затем артисты Республиканской хоровой капеллы, окруженные плотным кольцом смолян, спели знаменитую глинкинскую «Патриотическую песнь». Следом грянуло мощное «Славься». Это, перенимая эстафету от профессионалов, запела городская любительская хоровая капелла в сопровождении духового оркестра музыкального училища.

Первая концертная программа фестиваля включала произведения Глинки, Римского-Корсакова (исполнители — Горьковский оркестр и В. Клепацкая). Большую радость смолянам доставила встреча с Эмилем Гилельсом, сыгравшим Первый концерт Чайковского. (На другой день прославленный пианист выступил в сольной программе.)

К самым ярким впечатлениям первого дня следует отнести вокально-симфоническую поэму Д. Шостаковича «Казнь Степана Разина» и «Курские песни» Г. Свиридова. Смоляне услышали оба эти сочинения впервые. Им повезло: великолепная музыка прозвучала в отличном исполнении (Республиканская капелла и Горьковский оркестр).

Творчество Свиридова вообще было щедро представлено на празднике. Авторский вечер композитора стал одним из центральных событий. Наряду с академической хоровой капеллой и Горьковским симфоническим оркестром, на вечере выступили певцы А. Ведерников и А. Масленников. Поэма «Памяти Сергея Есенина», романсы и песни на стихи Бёрнса, Пушкина, А. Прокофьева — трудно было отдать предпочтение какому-либо из этих произведений. Каждое быстро находило путь к сердцу слушателя. И автора, и певцов подолгу не отпускали со сцены.

Огромный интерес вызвала программа «Старинная и современная русская хоровая музыка», подготовленная Республиканской капеллой под руководством А. Юрлова. И здесь восторгам публики не было конца.

В воскресенье, 4 июня, центр торжеств переместился в село Ново-Спасское. Удивительное зрелище представляла собой широкая поляна на берегу Десны, окруженная вековыми деревьями (тут когда-то стоял дом, где родился Глинка). Куда ни кинешь взгляд, всюду люди, тысячи людей. Жители Смоленска, Ельни, Починка, колхозники из близлежащих сел. Слово предоставляется Г. Свиридову.

— Это место знает весь мир, — с волнением говорит он. — Здесь родился великий композитор Михаил Иванович Глинка. В образе Ивана Сусанина своей бессмертной музыкой он прославил русского крестьянина, его могучий характер, его патриотизм и готовность к самопожертвованию. И радостно, что тысячи современных крестьян, уже советских, пришли сюда, чтобы почтить гения нашей музыки.

Вновь звучат произведения Глинки, народные песни. Выступают земляки великого композитора — лучшие участники художественной самодеятельности Ельнинского района. Вслед за ни-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

СТРАНА ВСТРЕЧАЕТ ЮБИЛЕЙ

Дни Глинки

Содержание