Выпуск № 11 (468) | 1977 - страница 10

6повсеместное обращение советских художников к данной теме исполнено глубокого эстетического и этического смысла, ибо отражает самое главное в новом содержании народной жизни.

Очень скоро темы Октября, идеи Революции, образ Ленина становятся основой крупных музыкальных жанров — хоровых циклов, кантат, ораторий, опер, балетов, симфонических полотен, а в отдельных случаях и развернутых камерных произведений.

Как известно, Ю. Шапорин предпослал своей Первой симфонии эпиграф из «Оды революции» В. Маяковского, а один из зарубежных музыкантов назвал эту симфонию «музыкальной эпопеей «Десять дней, которые потрясли мир». В широком смысле это можно бы сказать о всей советской музыке, давшей непревзойденные образцы подлинно революционного искусства XX века. Они, конечно, очень разные, эти образцы, и, например, «Посвящение Октябрю» Д. Шостаковича не похоже на его же симфоническую поэму «Октябрь» или Двенадцатую симфонию; симфония «Ленин» В. Шебалина — на Четвертую Дж. Гаджиева или Тринадцатую Я. Иванова (обе — памяти В. И. Ленина), а симфоническая поэма «Октябрь» Т. Фандеева — на симфоническую поэму «Ленин на Памире» А. Одинаева. Точно так же кантата «Скромный и простой» Н. Аладова не похожа на «Кантату о Родине» А. Арутюняна; кантата «Революция продолжается» В. Загорского — на «Кантату-поэму о Партии» С. Лобеля; оратория «Октябрь» Р. Мустафаева — на песни-кантаты Р. Лагидзе «Песня о Родине», «Гимн партии», «Ленину»; «Октябрьская оратория» И. Калныня — на кантату «Слава Октябрю» В. Юргутиса или кантату-поэму «Слово Революции» В. Баркаускаса; «Октябрьская кантата» М. Вериковского, оратория «Октябрь» К. Данькевича, «Октябрьские новеллы» Г. Жуковского, «Дума про Ленина» Г. Веревки — на кантату «Ленин» Л. Дычко или «Поэму про Ленина» И. Шамо; кантата «Заря коммунизма» М. Тулебаева — на вокально-симфоническую поэму «Слава тебе, партия!» А. Абдраева; оратория Ф. Васильева «Эпоха Октября» — на кантату Г. Гасанова «Слово о ленинцах», «Кантата о Коммунистической партии» В. Мухатова — на «Оду партии Ленина» М. Бурханова, оратория «Ленин» А. Овезова — на ораторию «Ленин» Р. Вильданова, оратория «День моей Родины» А. Мачавариани — на кантату «Ленинская весна» С. Бабаева; «Патетическая оратория» Г. Свиридова — на ораторию «Ленин в сердце народном» Р. Щедрина, «Бессмертие» С. Цинадзе — на «Миг истории» К. Хачатуряна; кантата А. Эшпая «Ленин с нами» — на сочинение того же названия А. Холминова. Разные индивидуальности, разные национальные школы, разные стилевые особенности, языковые средства. Но в этом-то и заключается сила и жизненность целостного опыта советской музыки по воплощению Первой Темы искусства нашего столетия.

В одних случаях перед нами более или менее развернутая композиция преимущественно песенного склада, в которой ясно прослеживаются фольклорные истоки; порой действующим лицом» в ней выступает оркестр народных инструментов (такова, например, «Дума про Ленина» Г. Веревки). В других случаях авторы тщательно разрабатывают не только вокальную, но и оркестровую партию, используя и необычные формы певческой речи (Р. Щедрин, А. Эшпай, В. Баркаускас, И. Калнынь, К. Хачатурян, и ряд других). Примечательно, что некоторые названные сочинения написаны были молодыми авторами (А. Арутюнян, Л. Дычко, В. Баркаускас, В. Юргутис, И. Калнынь, Р. Вильданов). Это важная особенность развития советской музыкальной культуры, о чем мы еще скажем ниже.

В ряду классических сочинений, посвященных Революции, особое место занимает кантата «К 20-летию Октября» С. Прокофьева, написанная для профессионального и самодеятельного хоров, четверного состава симфонического оркестра и трех ансамблей — военно-духового оркестра, оркестра баянов и шумового оркестра Всесоюзного радио. Дерзновенный замысел создать грандиозную вокально-симфоническую фреску на подлинные тексты из работ классиков марксизма увенчался выдающимся успехом. «Ленин писал таким образным, ярким и убедительным языком, — замечал по поводу этого своего опуса Прокофьев, — что мне не хотелось прибегать к стихотворному изложению его мыслей. Я хотел подойти прямо к первоисточникам и взять подлинные слова вождя»²¹. Глубокий и человечный пафос кантаты, предельная интонационная выразительность позволили ей стать монументальным музыкальным памятником Октябрю.

Характерно, кстати, что финал гениального творения Прокофьева посвящен Конституции СССР 1936 года (в основу его положен фрагмент из документов Чрезвычайного VIII съезда Советов). Это было не единственное обращение наших авторов к знаменательному событию. Советской Конституции посвятил

_________

²¹ См.: «История музыки народов СССР». Цит. изд. II, с. 127.

«Песню о весне и радости» М. Юдин. «Песню о Конституции» сложил самодеятельный музыкант из Кабардино-Балкарии И. Кажаров на основе фольклорной мелодии, использованной Глинкой в «персидском хоре» («Руслан и Людмила»). Были и другие попытки подобного рода. И хотя не все они привели к «абсолютным» художественным результатам, все же работа в данном направлении характерна как один из показателей высокой социальной отзывчивости советских композиторов.

Можно не сомневаться, что Конституция СССР 1977 года вызовет к жизни приток новых истинно патриотических сочинений, созданных представителями разных народов нашей великой Отчизны...

Замечательную «жизненную хватку» проявила прошедшая большой и сложный путь советская опера, с самого начала ринувшаяся в гущу идей и образов современности. Мы уже называли некоторые из первых образцов жанра, посвященные жарким событиям недавно отгремевшей гражданской войны, процессам индустриализации и колхозного строительства. К ним необходимо добавить такие партитуры 30-х годов, как «Тихий Дон» и «Поднятая целина» И. Дзержинского, «Мать» В. Желобинского, «Мятеж» Л. Ходжа-Эйнатова, «Трагедийная ночь» К. Данькевича, «Щорс» Б. Лятошинского, «Перекоп» Ю. Мейтуса, В. Рыбальченко и М. Тица, «Михась Подгорный» Е. Тикоцкого, «В пущах Полесья» А. Богатырева, «Степан Разин» A. Касьянова, «Кузнец Кова» С. Баласаняна, «Нэргиз» М. Магомаева, «Лусабацин» А. Степаняна... Легко заметить, что при всех интонационно-драматургических просчетах (ведь иные из этих сочинений были не только первыми образцами жанра на современную тему, но вообще первыми в данной республике) названные оперы отличаются героико-революционной тематикой, стремлением — часто удававшимся! — воплотить на музыкальной сцене образы борцов за народное счастье, строителей нового мира. Показательна и острая социальная направленность первых музыкальных драм в Средней Азии и Казахстане — «Халимы» Г. Зафари (Узбекистан), «Двух коммунистов» К. Яшена с музыкой B. Успенского и Н. Миронова (Таджикистан), «Алтын кыз» и «Аджал ордуна» В. Власова, А. Малдыбаева и В. Фере (Киргизия), «Енлик-Кебек» М. Ауэзова с музыкой Д. Мацуцина, «Кыз-Жибек» Г. Мусрепова с музыкой Е. Брусиловского (Казахстан).

Оперное движение ширилось и росло в нашей музыкальной культуре повсюду. И вот на коротком временном отрезке появились «Семен Котко» С. Прокофьева, «В бурю» Т. Хренникова, «Кола Брюньон» Д. Кабалевского (первая редакция). Подлинно народные по духу и языку, несущие пафос освободительных идей, сильные богатством конкретных жизненных характеров, они знаменовали мировую победу молодого советского музыкального театра, по праву разделив свою славу с первым балетом, убедительно воплотившим современную тему, — «Красным маком» Р. Глиэра. Можно смело утверждать, что именно глубина идейного содержания обеспечила названным сочинениям (и спектаклям!) прочный успех на долгие годы.

С течением времени дистанция между объектом отражения и самим отражением в оперном жанре сокращалась. Впрочем, не только в оперном. Всему миру известна история создания и исполнения в осажденном Ленинграде великой Седьмой симфонии Д. Шостаковича. А в то же самое время на далекой земле Западной Украины, в краю, где двери театров «украшали» предостережения «Украинцам и собакам вход воспрещен!», в оккупированном Львове маститый Станислав Филиппович Людкевич сочиняет Симфониетту, посвященную 25-летию Октябрьской революции! Какой же силой духа, каким высоким гражданским мужеством надо было обладать для этого...

С. Людкевич не одинок. Ф. Колесса записывает образцы фольклора, Л. Ревуцкий, К. Данькевич, Ф. Козицкий, Ю. Мейтус, Д. Клебанов создают боевые песни, М. Вериковский пишет замечательную эпическую «Думу про Матiр-Україну» на текст М. Рыльского, Б. Лятошинский — «Украинский квинтет», А. Штогаренко — симфонию-кантату «Украина моя».

Столь же интенсивной творческой жизнью жили по сути все советские музыканты — и те, кто работал в армейских ансамблях, и те, кто в составе фронтовых бригад систематически выезжал на передовую²², и те, кто самоотверженно трудился в тылу...

Не кончилась еще война, а уже были созданы или находились в процессе сочинения отразившие — прямо или косвенно — ее дух и характер выдающиеся произведения, вошедшие в фонд нашей музыкальной классики. «Сказание о битве за Русскую землю» Ю. Шапорина, «Война и мир», «Баллада о мальчике, оставшемся неизвестным» и Пятая симфония

_________

²² Узбекская филармония, например, в течение трех лет завоевывала переходящее Красное знамя Всесоюзного Комитета по делам искусств и ЦК Союза и за лучшее художественное обслуживание фронта и тыла, а киргизские артисты получили благодарность командования за участие во взятии Гомеля.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание