Здесь и тихая печаль, и гротеск, и героика, и мечтательность. В развитии автор обнаруживает тонкое мастерство интонационного и ритмического варьирования, естественного преобразования тематизма: либо разные темы вырастают из одного «гнезда», либо мысль автора «зацепляется» за какой-то оборот, на основе которого строится новая тема, либо контрастирующий фрагмент возникает на уже звучащей фигуре сопровождения. Темы очень образны, лаконичны, им присуща подлинная интонационная напряженность.

Вторая часть (Vivace) — острохарактерное скерцо. Эта часть отмечена красочностью, мерцаниями звуковых бликов. В основе лежит ярко ритмизованная попевка у флейты piccolo (нередко в сочетании с ксилофоном). Здесь все построено на противопоставлениях: флейта piccolo — tutti; диссонирующие нагромождения — нежные звучности; вибрафон-фанфары труб. В этом отношении показательно заключение части — после громадного нарастания с постоянными перебоями ритма вдруг наступает тишина, умиротворение, и фанфарная тема мягко проходит у арфы и челесты.

В скерцо при всей его игривости и красочности все время ощущается налет тревожности, не перерастающий, однако, в драматическое звучание. Эта музыка, кстати, была задумана как отдельная программная оркестровая пьеса, созданная под впечатлением поездки в Иркутск и Братск. (Композитор представлял себе мерцание огней над просторами Сибири.) Но потом замысел разросся...

Третья часть (Andante sostenuto) — лирический центр цикла. Она занимает несколько обособленное положение, которое подчеркнуто и своеобразной инструментовкой — все развитие поручено струнным, много сольных проведений; вступительные и заключительные аккорды флейт и кларнетов обрамляют Andante. К этой музыке вполне применимо определение «камерная» — прежде всего потому, что тут воплощена глубокая, сосредоточенная мысль без всякой примеси внешнего. Темы этой части обладают истинной мелодической насыщенностью (преимущественные интервалы — кварта и большая септима), в середине вступает новая тема, контрастирующая всему предшествовавшему — активная, остро синкопированная, излагаемая виолончелями и контрабасами. Полифонизация всей ткани и ритмическое ботатство в большой степени способствуют выразительности высказывания.

Финал (Allegro marcato) так же, как и первая часть, открывается небольшим медленным вступлением, построенным на терцовых фанфарных возгласах. Здесь эти возгласы содержат интонационно-ритмическое зерно всего дальнейшего развития. Для данной части характерна тесная спаянность всех интонационных элементов; она строится на едином эмоциональном и динамическом нагнетании, которое приводит к кульминации — самой мощной во всем цикле. Торжественно звучат фанфары, как бы знаменующие завершение активного действия. После этого развитие внезапно переводится в другой план — призрачно-печальный, словно перед слушателем уже не сама жизнь с ее драматическими коллизиями, а как бы отдаленное воспоминание о ней (в приглушенном звучании чередуются переосмысленные образы предыдущих частей). Такое решение не единично у Окунева, мы встречаем его и в следующем сочинении.

Фортепианный концерт написан в 1972 году (опубликована партитура, Л., 1976) и несколько раз исполнялся автором. В Москве концерт был сыгран в феврале 1974 года М. Гринберг. Сочинение примечательно рядом особенностей, придающих ему своеобразие, делающих его во многом непохожим на то, что обычно связывается с нашим представлением об этом жанре. В первую очередь камерные масштабы, — концерт длится 12 минут. Кроме того, тут полностью отсутствует виртуозность, нет ничего броского, ни разу не появляется звучность fortissimo. В определенном смысле возникает ассоциация со старинными образцами жанра, где солирующий инструмент был первым среди равных, а не колоссом, который активно соревнуется с оркестром и даже побеждает его.

И образы сочинения воспринимаются не как реальные картины, исполненные бурного кипения жизни, а скорее как мир воспоминаний и ассоциаций.

Несмотря на камерность звучания, концерт обладает большой драматической силой. Можно подумать, что автор здесь как бы окидывал взглядом весь свой недолгий жизненный путь, с его борьбой, радостями и печалями...

Герман Окунев был скромным человеком и мало занимался пропагандой своей музыки. Однако чистота и искренность душевных побуждений в сочетании с талантом образовали неповторимый сплав, который и называется искусством.

На съездах и пленумах

Городу-герою Киеву — киевские композиторы

Как известно, в 1975 году было создано Киевское отделение Союза композиторов Украины. Это важное событие знаменовало собой серьезный творческий рост республиканской композиторской организации — активно работающей, сильной и своими мастерами, и молодым пополнением, тесно связанной с многомиллионной слушательской аудиторией.

В конце прошлого года в Киеве состоялся I пленум столичного отделения СК, вызвавший огромный интерес партийных, государственных организаций города, живое внимание публики. Ниже мы публикуем доклад председателя правления А. Билаша (в сокращенном виде), выступления заместителя председателя правления Союза композиторов Украины Л. Ефремовой, главного музыкального редактора издательстве « Музична У красная Н. Боровика, музыковеда В. Задерацкого и композитора Л. Грабовского.

А. Билаш

Мы готовились к I пленуму Киевской организации Союза композиторов Украины с чувством большой ответственности — как к важному событию в культурной жизни республики.

В программном документе нашей жизни — докладе Л. И. Брежнева на XXV съезде КПСС есть прекрасные слова: «Буквально на наших глазах мир меняется и меняется в лучшую сторону. Наш народ, наша партия — не пассивные созерцатели этих перемен. Нет, мы — активные их участники. Труд советского народа, строящего коммунизм, деятельность КПСС и Советского государства на международной арене — все это вносит достойный вклад в дело общественного прогресса. И разве можно не гордиться этим. Разве можно не испытывать глубокого удовлетворения силой наших идей, действенностью нашей политики, созидательной энергией нашего народа».

Украинские композиторы гордятся тем, что ощущают себя частицей активной, вдохновенной творческой энергии жизни народа, отдают все свои силы и талант всенародному делу общего прогресса.

В течение недели перед нами разворачивалась панорама искусства композиторов Киева за последние несколько лет. Твердая опора на реалистические традиции советской культуры, идейная содержательность, богатство жанровых направлений, разнообразие стилевых почерков, профессиональное мастерство — таковы общие черты большинства прослушанных произведений; они позволяют оценить достижения киевских авторов как значительный вклад в музыкальную культуру Украины и в сокровищницу многонационального советского творчества.

Как ценные перспективные и конкретные указания по развитию искусства восприняли все творческие работники исторические документы нашего времени материалы XXV съезда КПСС и октябрьского (1976) Пленума ЦК КПСС, постановление ЦК КПСС «О работе с творческой молодежью».

Новый исторический период, который открывается десятой пятилеткой, обязывает весь советский народ, в том числе и нас, деятелей культуры, улучшить качество своей работы, повысить эффективность ее эстетического воздействия на слушателя. Обеспечить дальнейшее возрастание роли социалистического искусства в идейно-политическом и нравственном воспитании советских людей — вот основная цель нашей художественной деятельности.

Выступая на XXV съезде КПСС, первый секретарь правления СК СССР Т. Хренников от имени всех советских музыкантов подчеркнул: «Отдавая должное достигнутому, мы не забываем, что громадный разворот нашей народнохозяйственной и общественной жизни в грядущее пятилетие ставит перед деятелями

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

На съездах и пленумах

Городу-герою Киеву — киевские композиторы

А. Билаш

Содержание