Выпуск № 8 (453) | 1976 - страница 24

дого члена коллектива. Но эти качества наиболее ясно проявляются либо во время сольных выступлений, либо в малых ансамблях. Мне кажется, что мои коллеги убедительно доказали и доказывают свои музыкантские достоинства.

В оркестре Большого театра и сейчас, вот уже несколько лет, существует камерный оркестр под руководством А. Брука; часто выступает в концертах секстет оркестра ГАБТа. Большим успехом у любителей популярной музыки пользуется Ансамбль скрипачей, недавно отметивший свое 20-летие.

*

В 1969 году Большой театр в полном составе, вместе с хором, оркестром, выехал на гастроли в Милан. Успех наших спектаклей превзошел все ожидания. Миланская пресса была полна восторженных отзывов. И каждый раз особо отмечались оркестр и хор.

В Милане оркестр впервые за рубежом выступил с двумя симфоническими концертами, в программе которых были Вторая симфония и Три русские песни для солиста с оркестром С. Рахманинова, увертюра-фантазия «Франческа да Римини» и Пятая симфония Чайковского. Дирижировал Е. Светланов.

«Миланцы с большим волнением ожидали выступления коллектива оркестра, которому, быть может, Большой театр обязан своим триумфальным успехом и которому, наконец, представилась возможность блестяще показать себя в сольном выступлении, — писала газета «L’Unitá». — Струнная группа оркестра отличается необыкновенной теплотой и благородством звучания, типичными для всех лучших советских оркестров; она доказывает наличие в Советском Союзе большого количества первоклассных музыкантов-струнников, среди которых Ойстрах и Коган являются как бы более совершенными образцами».

«Главным героем вечера, — вторила ей газета «Avanti», — был оркестр Большого театра, наконец появившийся на эстраде после выступлений в спектаклях. Невозможно выразить словами безукоризненные исполнительские качества, высокий уровень мастерства этого ансамбля. Потому что только услышав, можно поверить в существование такой необычной изысканности и гибкости исполнения, такого насыщенного звучания, экспрессии струнной группы, естественности и мягкости исполнения на духовых инструментах. Безусловно, каждый артист оркестра является большим мастером, исключительно любящим свое искусство».

И в последующие годы, где бы ни проходили гастроли Большого театра — будь то Канада, Япония, Париж, Вена или США, — во всех рецензиях неизменно отмечалась блестящая игра оркестра.

Самая значительная роль в его развитии принадлежит, безусловно, тем выдающимся музыкантам, которые руководили им уже в советское время. Главными дирижерами театра, как известно, были В. Сук, Н. Голованов, С. Самосуд, А. Пазовский, А. Мелик-Пашаев, Е. Светланов, Г. Рождественский... Все эти музыканты, очень разные по стилю работы и художественным манерам, внесли свой вклад в дело формирования исполнительских традиций коллектива. Однако было бы неверным считать этот процесс односторонним. Не только дирижеры воспитывали оркестр, но и оркестр воспитывал дирижеров. Например, такой выдающийся маэстро, как Н. Голованов, по существу, — воспитанник театра. Он начинал в нем как хормейстер, позднее руководил сценическим оркестром, одно время работал даже суфлером и, наконец, встал за пульт основного оркестра. Воспитанник этого коллектива и выдающийся балетный дирижер Ю. Файер, который был сначала оркестрантом-скрипачом, а в конце концов достойно заменил такого замечательного знатока балетной музыки, как А. Арендс. В Большом театре вырос и такой превосходный музыкант, как В. Небольсин, обладавший поистине виртуозной дирижерской техникой. Сложный, но и блестящий путь — от стажера до главного дирижера — прошел здесь наш современник, выдающийся музыкант Е. Светланов. Стажерами начинали свою деятельность в этом коллективе ныне всемирно известные К. Кондрашин и Г. Рождественский. Все они так или иначе испытали воздействие оркестра Большого театра, его культуры, его исполнительской манеры; их индивидуальности развивались и формировались в общении с ним Не случайно всех этих, повторяю, очень разных дирижеров объединяет одно — бережное отношение к традициям музыкально-театральной культуры, к наследию таких мастеров, как В. Сук, Н. Голованов. Невозможно встать за пульт Большого театра, не зная традиций, завещанных названными музыкантами. Я помню, как детально изучал партитуру «Снегурочки» с пометками В. Сука молодой К. Кондрашин. Досконально знает все творческое наследие Н. Голованова Е. Светланов, которого можно считать сегодня лучшим интерпретатором русской оперной классики. Преемником А. Мелик-Пашаева стал Г. Рождественский, всегда стремившийся сохранить в спектаклях мастера ту тонкость, тот отточенный вкус, которыми отличались работы Мелик-Пашаева. При этом названное мною поколение дирижеров, безусловно, приносило с собой свое отношение к партитурам, никогда, однако, не идущее вразрез с тем, что завещали им их предшественники.

Преемственность дирижерских традиций сочетается с преемственностью традиций в самом оркестре. Его артисты всегда стремились передать накопленный опыт — особенно в русском классическом репертуаре — новому поколению музыкантов. И в этой связи нельзя не вспомнить скрипачей И. Кламрота, Б. Сибора, Л. Шило, И. Жука, С. Калиновского, альтистов Я. Луцкого, Б. Борисовского, М. Териана, виолончелистов В. Кириленко, И. Буравского, В. Матковского, С. Кнушевицкого, Л. Адамова, контрабасистов С. Кусевицкого, И. Гертовича, флейтистов Ф. Левина, А. Ларина, В. Глинского-Сафронова, И. Ютсона, гобоистов М. Иванова, Н. Солодуева, Н. Назарова, кларнетистов П. Бессмертнова, А. Володина, фаготиста И. Шуберта. В том же ряду должны быть названы солисты на медных духовых — знаменитый трубач М. Табаков (первый

Иллюстрация

На шефском концерте. За пультом — Ю. Симонов

исполнитель произведений Скрябина), его коллеги С. Еремин и П. Лямин, пистонист М. Адамов, валторнисты А. Андрушкевич, В. Солодуев, А. Усов, А. Щетников, В. Полех, тромбонисты В. Блажевич, В. Щербинин, ударники Н. Голубев, Т. Панюшкин, арфистка К. Эрдели и многие, многие другие.

В настоящее время оркестр Большого театра включает 224 музыканта; из 28 человек состоит специальный сценно-духовой оркестр. Такое число оркестрантов рассчитано на двойной состав с небольшим резервом для работы одновременно на двух сценах: в Большом театре и Кремлевском Дворце съездов. Однако это не два разных оркестра, а единый коллектив, состав которого постоянно варьируется на основе взаимозаменяемости (таким образом, каждый музыкант обязан знать почти весь репертуар). Конечно, здесь возникают и немалые трудности: при отсутствии стабильного состава и обилии репертуарных названий очень нелегко достичь слаженного ансамбля и хорошего строя. Однако высокая квалификация музыкантов ¹, их большой опыт позволяют добиваться высокого качества каждого спектакля.

Почему-то считается, что в симфоническом оркестре играть труднее, чем в оперно-балетном. На мой взгляд, в каждом коллективе это сложно по-своему. Скажем, в симфоническом оркестре большую роль играет проблема непосредственного контакта с публикой. Зато в оперном оркестре музыканту надо обладать особой ансамблевой гибкостью, надо хорошо знать не только свою партию, но и партии вокалистов, быть готовым в любую секунду «пойти» за певцом, может быть, даже раньше дирижера. В моей практике концертмейстера оркестра не раз бывали случаи, когда на сцене внезапно происходили такие расхождения в ансамблях, такие отклонения от привычных темпов, что дирижер не сумел бы сразу «собрать» оркестр и солистов, если бы не опыт музыкантов, которые в считанные секунды устраняли критическую ситуацию.

Еще бóльшая ансамблевая гибкость требуется при исполнении балетной партитуры. Здесь музыканты должны особенно быстро реагировать на все темповые отклонения, которые дирижер вынужден делать в сложных для артистов сценах. А сольные эпизоды! Их в театре, особенно в балетном спектакле, играть много сложнее, чем на концертной эстраде, где скрипач может исполнять музыку в том характере и в том темпе, который кажется ему наиболее правильным и удобным. В балете же солист оркестра практически должен иметь в запасе десятки вариантов исполнения, и выбор того или иного варианта каждый раз зависит от множества художественных факторов в спектакле. Вот почему роль солиста в театральном оркестре

_________

¹ Отбор их в оркестр происходит на конкурсах, проводимых специальной Конкурсной комиссией, состоящей из дирижеров и солистов-концертмейстеров. Причем комиссия руководствуется не только профессиональным уровнем конкурсантов, но и тем, насколько качество их игры отвечает исполнительскому стилю коллектива.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

Иллюстрация

На шефском концерте. За пультом — Ю. Симонов

Содержание