Выпуск № 2 (447) | 1976 - страница 26

родов. По-моему, этот «зачин» нашего пленума произвел на аудиторию очень хорошее впечатление.

«Исламей» А. Даурова — совершенно иного плана, но и он великолепно выполнил свою функцию — функцию «точки» в первом концерте пленума. А. Дауров — талантливый музыкант, отлично зарекомендовавший себя своими вокальными сочинениями. Уже давно обратили на себя внимание слушателей тонкий гармонический ладовый слух композитора, органичность, ощущения народного мелоса. «Исламей» — большой шаг вперед в развитии молодого автора. Это — яркая, жизнерадостная, «бисовая» пьеса, хорошо оркестрованная и ритмически изобретательная, притом нешаблонно построенная: в принципах формообразования угадывается чуткое преломление особенностей народного инструментального музицирования, — на мой взгляд, исключительно ценная черта. Мне уже приходилось как-то говорить на одном из наших пленумов, что большинство композиторов в национальных автономных республиках РСФСР отлично знают, раскрыли (или раскрывают, каждый для себя) народный мелос, «тайны» гармонического письма, но одна из важнейших сфер музыки — формообразование — во многих случаях все еще остается в плену сложившихся схем, далеко не во всем согласующихся с традициями национального стиля. В этом смысле каждый удачный опыт, каждая талантливая «проба» заслуживают особой поддержки, и она должна быть оказана А. Даурову.

Серьезная большая работа — Вторая симфония Д. Хаханова «В. И. Ленин». Я, к сожалению, сравнительно мало знаю другие его крупные сочинения, но без сомнения, в лице Д. Хаханова мы имеем дело со зрелым, решающим значительные творческие задачи композитором. В симфонии очень много привлекательного: хороший, яркий тематизм, уверенное владение оркестром. Запомнились медленные, «реквиемные» эпизоды — в них воплощено глубокое искреннее чувство. Все же симфония не произвела цельного впечатления, показалась фрагментарной. Несколько кульминаций — и примерно все на одном уровне; избыток эпизодов завершающего характера, вслед за которыми, однако, вновь начинается развитие, что не всегда убеждает слушателя... Думается, опытный мастер Д. Хаханов мог бы внести в свою партитуру некоторые коррективы.

Хорошее впечатление оставил Фортепианный концерт Н. Карницкой (кстати, он был артистично и с большим подъемом исполнен А. Мальтером). Н. Карницкая много лет проработала в республике, сроднилась с народным мелосом, нашла свои индивидуальные приемы его использования, и, думается, творчество ее представляет заметный вклад в музыкальную культуру Северной Осетии.

Несколько слов о симфонической поэме X. Карданова «Эпизоды войны». Много лет мне не доводилось слышать музыку этого даровитого автора, и я очень рад его бесспорным успехам. Поэма подкупает искренностью, непосредственностью переживания. Очень хорошо, что композитор пробует свои силы в крупной форме, берется за воплощение больших тем нашей современности. И все-таки сочинение не вполне удовлетворило. Немало в партитуре внешне иллюстративных страниц, ощущаются «швы» в переходах от одного раздела к другому. X. Карданов накопил немалый творческий опыт. Вероятно, у него есть все возможности более уверенно решать сложные творческие задачи.

В заключение хочу добрым словом отметить всех исполнителей, принимавших участие в первом концерте, пожелать, чтобы сразу продемонстрированный хороший профессиональный уровень интерпретаций сохранился на будущее. И последнее: радостно, что концерты нашего пленума собирают столь большую и отзывчивую аудиторию. Очень хороший показатель».

Жизнь традиций, динамика их развития, их диалектическое взаимодействие с новаторством — эти темы оживленно обсуждались на пленуме в Орджоникидзе. А. Сохор (Ленинград) начал свое выступление с того, что подчеркнул глубокие родственные связи творчества композиторов Северного Кавказа с ленинградской музыкальной культурой: многие из них являются по существу прямыми или косвенными воспитанниками Ленинградской консерватории. И вот в этой связи, сказал выступающий, хотелось бы остановить внимание именно на проблеме традиций. Не ясно ли, что следует не только усвоить традиции, но и внести в их развитие что-то свое, новое.

Первая задача в музыкальном искусстве Северокавказских республик, можно сказать, решена — создана прочная профессиональная школа, композиторы свободно владеют разнообразными техническими ресурсами. Вторая — более сложная, требующая кропотливого труда. Необходимо соединить прочный профессионализм, традиции европейского симфонизма со своеобразием национального интонирования, его ладовыми особенностями и ритмикой. Какие сочинения хотелось бы отметить?

В лучших традициях русского симфонизма написана Первая симфония Н. Дагирова — «Дагестанская». Композитор уверенно владеет формой, интересно работает с интонационным материалом, используя характерные обороты эпического народного мелоса, что придает и самому сочинению эпический, величавый характер.

«Шествие и торжественная песнь» М. Кажлаева, по мнению оратора, — новое слово, новое решение жанра. Композитор четко определил замысел (сочинение действительно торжественно открыло пленум), воплотил символическую идею дружбы народов. Очень удачным по замыслу и воплощению является «Исламей» А. Даурова, написанный ярко и лаконично. Оригинальное решение формы найдено в Концерте для виолончели с оркестром Ш. Чалаева. Здесь солист не соревнуется с оркестром, как это было принято в классическом концерте. Оркестр выступает живым собеседником солирующей виолончели, которая как бы олицетворяет образ народного сказителя. Все это примеры творческого развития традиций и одновременно новаторства.

К сожалению, некоторые прозвучавшие на пленуме сочинения дали повод для размышлений, отнюдь не радужных, о пассивном отношении к «общеевропейской» традиции. В какой-то степени этим грешит, считает оратор, Вторая симфония Д. Хаханова — сочинение в целом безусловно значительное. Но почему, например, многие говорили о яркости отдельных эпизодов, а не всей симфонии в целом? Видимо, потому, что в ней бросались в глаза как бы придуманные, а не естественно вытекающие из контекста, куски (например, показался лишним эпизод fugato, не отвечающий природе материала). Другой пример — оратория «Утро Победы» В. Молора. В ней тоже есть интересные моменты, например пленяющая непосредственным чувством, поэтичностью и мелодизмом вторая часть, а вот финал решен, пожалуй, шаблонно.

Недостаточно выявлены авторская позиция, творческая инициатива в Концерте для флейты с оркестром С. Крымского. Кажется, что композитору где-то не хватает фантазии, естественности, хотя он, безусловно, владеет современным письмом, и замысел его концерта вполне серьезен.

Ин. Попов (Москва) построил свое выступление на проблеме симфонизма в национальных музыкальных культурах, напомнив высказывание Б. Асафьева о становлении советского симфонизма как высшей интеллектуальной области музыки, синтезирующей в себе все остальные ее виды. «Развитая культура симфонии — несомненный показатель глубокой и сильной организованности музыкального мышления, — утверждал Асафьев, — и, главное, прочности профессионального фундамента музыкального искусства». Прозвучавшие на пленуме сочинения, считает Попов, дали полное основание говорить именно о таком интенсивном динамическом развитии симфонизма в музыке композиторов Северного Кавказа; в программах были представлены разные по уровню произведения, но профессионально несостоятельных не было. Это показательно.

Вторая проблема, которой коснулся оратор,— взаимоотношение народного и профессионального. Стоит напомнить, что на Западе до сих пор актуален вопрос: вовлекать ли в мир симфонизма национальные культуры?

Известно, например, что А. Шенберг восторженно отзывался о народном искусстве и в то же время был глубоко убежден в несовместимости фольклора и профессиональной музыки, говоря, что «они отличаются друг от друга, может быть, не больше, чем нефть и оливковое масло, но они так же плохо сочетаются, как масло и вода».

Советское музыкознание отвечает на упомянутый вопрос положительно, что доказано блистательными примерами нашей советской классики. Естественно, введение народных интонаций и ритмов должно соответствовать конкретным творческим задачам сочинения.

Выступающий высказал в адрес северокавказских композиторов пожелание более глубинного использования национального, народного, характерного.

Продолжая мысль Ин. Попова о развитии национального симфонизма, Р. Косачева (Москва) отметила значительные достижения северокавказских авторов, в том числе — «Дагестанскую» симфонию Н. Дагирова, Виолончельный концерт Ш. Чалаева. Так, симфония Н. Дагирова, по ее мнению, «масштабное, лирико-драматическое произведение, в форме классического четырехчастного цикла, со значительным проникновением в музыкальный строй эпического начала. Последнее определяет строй образов симфонии, драматургию ее контрастов. В музыке, насыщенной, мелодичной, ярко ощутима национальная интонационная почвенность.

Виолончельный концерт Ш. Чалаева — яркое, динамически экспрессивное сочинение, построенное на внутренних глубинных контрастах. И хотя оно не лишено элементов импровизационной игры — соревнования со-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание