что пережил наш народ в пору Великой Отечественной войны. Произведение это — опера «Денис Давыдов».

Вот каковы ее истоки.

В конце зимы 1942 года, в глубоком вражеском тылу, у жителей оккупированных районов Псковской области возник смелый замысел: помочь ленинградцам продуктами. Сами голодные, крестьяне нескольких сел и деревень в величайшей тайне и с осторожностью начали сбор муки, крупы, жиров. Каждый, отрывая от семьи, от своих детей, давал, что у него было. Провести обоз через линию фронта взялись партизаны. Линию фронта переходили глубокой ночью под носом у фашистов. Утром у линии обороны наши воины встречали отважных людей, пришедших на помощь ленинградцам.

Среди встречавших обоз были и «вносовцы». Эта героическая страница ленинградской блокады глубоко взволновала бойцов, о партизанском обозе писали в газетах, кадры документальной хроники демонстрировались на киносеансах в воинских частях, а в ансамбле ВНОС разыгран даже был спектакль на эту тему. Когда Глух начал работать в ансамбле, постановка еще шла (автор сценария — В. Мусатов ⁹).

Глух жадно расспрашивал участников встречи обоза. Отвага партизан, их безграничная любовь к Родине глубоко взволновали композитора-воина. Он говорил, что о подвиге партизан обязательно нужно рассказать в музыкальном произведении: «Но это будет не песня и не симфония. Здесь необходимы размах и конкретность. Эта героическая эпопея под силу лишь музыкальному театру. Кончится война, и я напишу оперу о партизанах».

Прошло много лет. Захваченный общественной деятельностью в Союзе композиторов, Михаил Александрович никак не мог выкроить время для большого произведения, да и подходящий сюжет найти было непросто. В эти годы он писал небольшие камерно-инструментальные пьесы и романсы.

Однажды, — как уже говорилось, это было в начале 50-х годов — в поисках текстов для романсов Глух раскрыл томик стихов Дениса Давыдова, героя Отечественной войны 1812 года, организатора и вождя партизанского движения. Знакомые и прежде, стихи замечательного поэта именно сейчас зажгли воображение композитора. Так родились вокальный цикл «Поэт-партизан» (1953), а несколько лет спустя — опера «Денис Давыдов» ¹⁰. Здесь не только сюжет, но и музыка вызывают ассоциации с недавним прошлым. Сочетая традиции русского романса и народной песенности, Глух пронизал музыкальную ткань оперы интонациями песен Великой Отечественной войны. Композитор создал не стилизованный музыкальный спектакль, а историческую оперу, проникнутую духом современности.

В суровых, грозных, печальных хорах и ансамблях Глух сумел передать самую душу народной войны. Достаточно напомнить хор, завершающий вторую картину:

Поднимайтесь, друзья боевые,
Барабаны и трубы гремят...
К нам приходят враги не впервые,
Только редко уходят назад.

Или хор, открывающий картину «Русь в огне»...

Случилось так, что «Денис Давыдов» остался единственной оперой Глуха. Последствия тяжелого ранения вырвали его из рядов действующих композиторов. В последние 11 лет жизни он не мог сочинять. Его многочисленным замыслам не суждено было осуществиться. Не довелось Михаилу Александровичу дожить и до 30-летия Победы над фашизмом.

Но мы, оставшиеся, не вправе забывать одного из участников Великой Отечественной войны, человека большой души, не можем забыть и его музыку, воспевающую нравственную красоту народа и его героическое прошлое.

_________

⁹ Он же и рассказал автору очерка изложенное в следующем абзаце.

¹⁰ Поставленная в Малом оперном театре 7 ноября 1957 года, опера в течение многих лет шла с неизменным успехом. К сожалению, в последние годы она исчезла из репертуара театра, хотя и художественное и воспитательное значение ее достаточно велико.

М. Блинова

ИМ ПОМОГАЛО ТВОРЧЕСТВО

...22 июня 1941 года у нас была назначена встреча друзей для обсуждения деталей путешествия на Алтай. Но в тот момент, когда сговаривались по телефону о часе встречи, по радио объявили: «война». Все пошло кувырком, рухнули планы, разбитой оказалась жизнь...

Незадолго до войны заместитель директора по научной части Института театра и музыки А. Оссовский затеял небывалое дело: создание капитального труда «История музыки народов СССР». Сейчас такое начинание не кажется удивительным; в то время данная область знания была нетронутой целиной. К реализации задуманного трехтомного исследования Оссовский привлек солидных музыковедов и начинающую молодежь, в том числе и меня. Теперь, с объявлением войны, надо было срочно перестраиваться. Сотрудники института спешно прятали архивные материалы, упаковывали и отправляли в надежное место уникальные музыкальные инструменты.

Постепенно стал меняться внешний вид института. Половину отведенного ему старого особняка графа Зубова занял 328-б отдельный батальон Противовоздушной обороны. В парадных залах появились тележки, ломы, лопаты, оружие. Институту были оставлены три комнаты: в первой разместился буфет, где по карточкам отпускалась скудная пища; вторая стала директорским кабинетом (она же канцелярия, бухгалтерия и зал для научных заседаний), третья использовалась для ночных дежурств. Вскоре стекла от обстрелов везде оказались выбитыми, окна почти всюду пришлось заделать фанерой. Только в директорской, единственной отапливаемой железной печуркой комнате, удалось их частично восстановить.

Ушли на фронт Г. Благодатов, К. Вертков, М. Глух, а также привлеченная к работе молодежь: М. Гергилевич, В. Толчаин, Н. Шастин — они с войны не вернулись. Часть сотрудников эвакуировалась; некоторые вскоре погибли от голода. Количественные и качественные изменения в составе коллектива, невозможность получения необходимых материалов для работы потребовали изменения ее направленности, содержания и формы. В основном работа свелась к научным докладам, которые обсуждались на заседаниях.

Зима 1941/42 года была лютая, сорокаградусная, Холодно дома, холодно на улице, холодно в институте. Пока доберешься (транспорт не действовал) — превратишься в ледышку. Поднимались по шикарной лестнице в полном мраке: как-то раз я даже сломала ребра, наскочив на тележку. Доклады слушали, сидя в шубах, шапках, валенках, усталые, замученные, но довольные. Заседания отвлекали наши мысли от переживаемых ужасов, напоминали о другой, светлой жизни, помогали переносить голод, холод, обстрелы, неизвестность. Вот почему на них ходили аккуратно, без принуждения, хотя по дороге нас нередко заставали обстрелы и бомбежки. До сих пор храню осколок снаряда, упавший к моим ногам около института. Обстрелы прерывали иногда и научные заседания, приходилось спускаться в импровизированное бомбоубежище. О начале обстрелов возвещало нагонявшее тоску завывание сирены, за ним следовало длительное, гнетущее тиканье метронома. А. Рабинович, автор книги «Русская опера до Глинки», не раз говорил, что эти звуки будут впоследствии для композиторов одним из лейтмотивов и символов войны.

Подлинным научным событием стала юбилейная сессия в ноябре 1942 года, посвященная 25-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Сессию открыл директор института, старый большевик, один из первых пролетарских поэтов А. Маширов (Маширов-Самобытник), прочитавший доклад «Советская художественная интеллигенция за 25 лет». Затем последовал доклад А. Оссовского «Достижения советской музыкальной культуры за четверть века». Работу музыкального театра за тот же период подытожил В. Богданов-Березовский, О достижениях в области изобразительных искусств сообщил Л. Пумпянский. Выступили также Т. Карская, А. Ступель. Все доклады отличались высокой идейностью и подлинным патриотизмом.

Но, пожалуй, в еще большей мере патриотизм проявился на следующей сессии, весной 1943 года. Было заслушано пять докладов А. Оссовского на тему «Патриотические идеи в русской музыке» и его же сообщение «Мировое значение русской музыки». Как выдающийся запомнился и доклад Б. Фингерта «Этические задачи современности и эстетика советского гуманизма».

Две другие блокадные сессии отличались несколько иным характером. Одна из них была приурочена к 50-летию со дня смерти П. И. Чайковского. В докладах, прочитанных на открытых научных заседаниях, отмечались национальные черты музыки великого композитора, говорилось о значении его творчества для современности, анализировались стилисти-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

М. Блинова

ИМ ПОМОГАЛО ТВОРЧЕСТВО

Содержание