Выпуск № 7 (428) | 1974 - страница 61

лева. И потому, Вы, конечно, понимаете, хлопот у меня сейчас очень много...

На прощанье нам была подарена уникальная запись «Свадебки» в первом варианте (1917 года).

Нам удалось побеседовать и с Л. Бернстайном. Это произошло в Бостоне, в Гарвардском университете, где композитор сейчас читает цикл любопытных лекций, проводя параллели между лингвистикой и музыкой. Вероятно, мысль о таком цикле возникла у Бернстайна в связи с недавно изданной и очень нашумевшей книгой одного крупного американского лингвиста. Мы присутствовали на лекции Бернстайна, где он очень много и интересно говорил о хроматизме, его возникновении. Лекцию снимало телевидение. Похоже, что в дальнейшем этот цикл будет положен в основу книги Бернстайна — ведь, помнится, его «Радость музыки» тоже рождалась из телевизионных передач... Слушать Бернстайна интересно. Говорит он отлично, держится очень естественно, и, конечно же, вновь и вновь поражаешься его артистизму. Признаться, очень жаль, что он теперь меньше дирижирует: такому всестороннему музыканту нельзя отказываться от дирижерского пульта, его хочется видеть во главе оркестра, хочется слушать в его исполнении большие симфонические партитуры...

Мы побывали также в Гарвардском университете, в университете «Новая Англия», в джазовом колледже Беркли... Повсюду нам доставляли большое удовольствие студенческие оркестры; они производили даже большее впечатление, чем профессиональные коллективы, прежде всего своей мобильностью, гибкостью. Студенты великолепно ориентируются в музыке самых разных стилей — от классических до современных, иногда даже в их самом крайнем выражений, демонстрируют прекрасную подготовку и как солисты, и как ансамблисты. Во главе студенческих оркестров стоят хорошие музыканты. Интересно, что каждая консерватория или колледж имеют по нескольку таких коллективов, студенты учатся и одновременно широко концертируют. Таким образом готовится пополнение для профессиональных оркестров США.

Еще несколько слов о профессионалах. Естественно, нам очень хотелось послушать Нью-Йоркский филармонический оркестр, во главе которого сейчас стоит Пьес Булез. Увы... Оркестранты в эти дни бастовали: со скрипками и плакатами они ходили у Lincoln-Centre, требуя повышения зарплаты...

Зато нам удалось познакомиться в Metropolitan Opera с берлиозовскими «Троянцами» — оперой редкой на нынешних театральных подмостках, а в США поставленной впервые, причем в грандиозном первом авторском варианте. Спектакль начинается в семь и кончается в двенадцать часов ночи. Постановка выше всяких похвал — отличная режиссура (Натаниэл Меррил), превосходные костюмы (Петер Векслер), очень интересная хореография (Тодд Болендер), безупречный, высокопрофессиональный оркестр и хор (хормейстер Дэвид Стивендер). Что же касается солистов, то ими Metropolitan Opera всегда славилась: в спектакле были заняты блистательное меццо-сопрано — негритянка Ширли Беррет (Кассандра); знакомая нам по московским гастролям Венской оперы Криста Людвиг (Дидона); первоклассный тенор Джон Виккерс (Аэнеас), также известный нам ранее (мы видели его в караяновских фильмах, сделанных по «Кармен» и «Паяцам»). Нас интересовали и перспективы нынешнего сезона

К. Хачатурян, Лоуренс Берк (президент колледжа Беркли) и А. Эшпай

Metropolitan Opera. Они небезынтересны: премьеры «Сказок Гофмана», «Итальянки в Алжире», «Гибели богов»...

В Вашингтоне, в Kennedy-Centre, мы слушали один из американских оркестров — Национальный. Его возглавляет венгр Антал Дорати, музыкант, давно работающий в Соединенных Штатах и постоянно концертирующий с лучшими европейскими коллективами. Он гастролировал и на оперных сценах Вены, Лондона, Гамбурга, Амстердама, Рима. Обладатель восьми Grand Prix за лучшие грамзаписи, Дорати более всего известен в США как интересный интерпретатор современной музыки, в частности он подготовил ряд премьер произведений П. Хиндемита, У. Шумана, Р. Сешнса, Г. Шуллера и многих других. Из его особых музыкальных привязанностей необходимо выделить музыку Б. Бартока, у которого Дорати, кстати, и учился (вторым его педагогом был З. Кодай). Программа Национального оркестра оказалась интересной (Пятая симфония Шуберта, «Тиль Уленшпигель» Р. Штрауса, Третий фортепианный концерт Б. Бартока, «Симфония увертюр» Д. Эрба, навеянная творчеством современных писателей — Жана Гене, Самюэля Беккета и Эжена Ионеску). И оркестр, и пианистка Илзе фон Альпенхейм (супруга Дорати) произвели хорошее впечатление. По окончании концерта у нас была интересная беседа с дирижером.

Я внимательно просмотрел программы, которые показывал Centre в октябре. Судя по афишам, они были достаточно разнообразны. Так, скажем, за один только месяц состоялось несколько балетных представлений (одноактных и «полнометражных»), «Жизель», «Лебединое озеро», выступали многие известные вокалисты, «классический» гитарист Джулиан Брем, Государственный ансамбль народного танца Югославии, Филадельфийский симфонический оркестр во главе с Юджином Орманди; знакомый нам по Москве и Конкурсу имени Чайковского (лауреатом которого он стал) виолончелист Лесли Парнас, труппы Национального и Американского балета, органист Виргин Фокс, джазовые коллективы и, наконец, наш Ленинградский оркестр (дирижеры Г. Рождественский, Н. Ярви, солисты А. Слободяник, В. Третьяков...).

Теперь о Бостонском оркестре. К сожалению, мы не слышали его с С. Озавой, который только с нынешнего сезона возглавил этот коллектив по совместительству с оркестром Сан-Франциско. При нас дирижировал концертмейстер оркестра Джозеф Силверстайн — отличный скрипач (я знаю его по гастролям в Советском Союзе). Как дирижер он не произвел особого впечатления, и, в частности, весьма разочаровало исполнение (первое в Бостоне) Серенады для струнных Дворжака и Пятой симфонии Прокофьева. Но вот опять-таки наблюдения афишного порядка. Бостонский оркестр имеет собственное Трио, пользующееся большой популярностью; оркестр постоянно организует концертные циклы и для взрослых, и для юношества и школьников. Программы этих циклов рассчитаны на все вкусы — от строгой классики до современной музыки, включая транскрипции классических и современных сочинений. Артисты оркестра дают сольные вечера, где выступают в составе различных ансамблей. Билеты на такие концерты доступны по цене (цикл для школьников — семь долларов, для взрослых — от десяти до пятнадцати долларов).

В Филадельфии мы слушали выступление оркестра с дирижером Рикардо Мути. В его программах хочется особенно отметить исполнение Сюиты из «Жар-птицы» Стравинского (редакция 1919 года) и Сюиты Ф. Бузони из «Турандот». Несколько слов о самом дирижере. Ему тридцать два года, он с отличием окончил Миланскую консерваторию по классам дирижирования, фортепиано и композиции и дебютировал с Филадельфийским оркестром в прошлом сезоне. Мути — лауреат Международного конкурса Гвидо Кантелли в Италии (первая премия, впервые присужденная итальянцу на этом музыкальном соревновании). С 1969 года он был музыкальным руководителем Флорентийского оркестра, сейчас — второй дирижер в Филадельфии. Мути очень удачно поставил в La Scala «Вильгельма Телля», в этом сезоне он готовит «Аиду» на сцене Венской оперы. П. Булез впервые пригласил его на гастроли с Нью-Йоркским оркестром. Надеюсь, мы встретимся с этим дирижером и у нас.

К сожалению, нам не удалось посетить Lyric Opera Филадельфии. Она открывала сезон лишь в середине ноября. Пришлось ограничиться опять-таки «афишным» знакомством с репертуаром — «Макбет» Верди, три оперы Пуччини («Мадам Баттерфляй», «Манон Леско», «Турандот») с участием знаменитых Ренаты Ск-отто и Карла Бергонци; «Мария Стюарт» Доницетти, «Свадьба Фигаро»...

Среди американских оркестров, которые я слушал в этой поездке, наибольшее впечатление оставил Чикагский во главе с Джорджем Шолти (он пятнадцатый сезон возглавляет этот коллектив).

В программе прозвучали сочинения Берлиоза, Рихарда Штрауса, Мартину, сверх нее — в память скончавшегося Пабло Казальса — мы услышали Allegretto из Пятой симфонии Малера. Программа была сыграна отлично. Но, увы, не обошлось без неожиданного курьеза (если это можно назвать курьезом), кстати очень огорчившего Шолти. Курьез заключался в реакции зала на мало удачное (по вине солиста) исполнение Первого скрипичного концерта Мартину, разрекламированного как «мировая премьера» чикагскими газетами, радио и телевидением. В зале сидели в основном те, кто считает необходимым обязательно посетить «мировую премьеру», независимо от репертуара и исполнителя. Скрипач Йозеф Сук играл из рук вон плохо, играл по нотам, неуверенно и скверным звуком. 3 середине первой части он оборвал струну. Ушел — заменил на новую и стал заново играть концерт. В финале он опять оборвал струну и еле-еле довел концерт до конца на скрипке концертмейстера. Казалось, полный провал. Но... вдруг истерический вопль публики, овация! С чего бы так? Неквалифицированность аудитории. Обрыв струн она восприняла

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

К. Хачатурян, Лоуренс Берк (президент колледжа Беркли) и А. Эшпай

Содержание