Выпуск № 7 (428) | 1974 - страница 8

левидении, равно ответственными с теми, кому непосредственно доверено это дело. Мы не имеем права бесстрастно констатировать плюсы и минусы, сторонне взирать на удачи и неудачи художественной пропаганды, фиксируя на счетах эстетического вкуса дебет и кредит встреч нашего зрителя и слушателя с искусством и эрзацем искусства в приманчивой упаковке. Мы не можем не беспокоиться, не волноваться за чистоту ежедневного потока музыкальных сообщений, ибо он, этот поток, — значительнейшая составная часть духовной жизни, нравственной культуры советского человека.

Забота о повышении художественного вкуса народа — дело и нашей совести, нашей судьбы музыкантов, наш общественный гражданский долг, ибо продвижение подлинног о искусства в массы — идеологическая задача первостепенной важности, и в решении ее наша организация призвана принимать самое живое и непосредственное участие…

Искусство остается документом эпохи. Но оно не бесстрастно, не безразлично. Оно обязательно что-то воспевает и что-то отрицает, что-то прославляет и с чем-то борется. И поэтому оно само накладывает отпечаток на эпоху, а иногда становится ее символом. Мы говорим: «Время Шекспира, время Моцарта, время Пушкина, время Чайковского». Мы отражаем эпоху, и эпоха по-своему отражает нас, вбирая в себя и наши победы, и наши ошибки. И страна наша становится сильнее нашей силой, моложе нашей молодостью, светлее и радостнее нашими творческими постижениями.

Мы всегда должны помнить, как велика мощь, созидательная сила искусства. Зачастую яркий художественный образ способен сказать больше, нежели целый трактат или длинная праведная проповедь. Мне вспоминается рассказ замечательного французского художника-коммуниста Фернана Леже, который я хочу привести здесь в подтверждение этой мысли. На одном из людных перекрестков Парижа художник обратил внимание на человека, просящего подаяние. На груди его висела табличка: «Слепой от рождения». Леже захотел помочь ему. И вместо этой таблички нарисовал плакатик: «Розы зацветут, а я не увижу». И плакатик этот сразу привлек внимание прохожих… Это, конечно, маленький, совсем маленький пример, свидетельствующий о силе эмоционального воздействия поэтического мышления, силе искусства. Сколь же многое подвластно искусству, сколь многое способно оно пробудить в душе человека!

Наша Великая Октябрьская революция — уже история. Но передать людям ее горение, эмоциональный тонус, душевный подъем, самопожертвование, беззаветность, вдохнуть в них «глоток семнадцатого года» именно искусство — музыка, поэзия, кинематограф, живопись — способно с огромной силой. А как необходимо нынешнему и грядущему поколениям художественное напоминание о том, сколько прекрасных человеческих жизней было отдано за красный флаг, за те идеи, которые он олицетворяет!..

Утвердить этическую, нравственную силу, даже чисто эмоциональную притягательность передовых идей современности — наш первейший художнический долг. Очень много в этом направлении сделано, но еще больше предстоит сделать.

Чтобы одолеть дорогу, по ней надо упорно идти.

Пусть же осилит дорогу идущий!

С. Туликов

Москва

Из всего многообразия за тронутых в докладе Т. Хренникова аспектов мне хотелось бы остановиться на некоторых, на мой взгляд, очень важных проблемах нашего песенного творчества. Этот жанр, как и другие, в своем развитии всегда заключал черты неравномерности: наряду с выдающимися творениями, зачастую соседствовали явные неудачи. Но время, сама жизнь отметали все случайное, наносное, чуждое мироощущению и эстетическим вкусам нашего народа. И что бы ни говорили о пресловутой популярности так называемых «шлагеров», в памяти народной сохранились лучшие, наиболее содержательные и яркие песни, отмеченные печатью большого таланта.

Я далек от мысли, что этот процесс — сложный и противоречивый — проходил самотеком, без участия общественных сил, нашей критики, нашей печати. Напротив, на моей памяти состоялось немало дискуссий о песне, немало обсуждений и совещаний, немало было написано проблемных статей и заметок. Сейчас критика в этой области значительно оживилась: анализируется современное состояние жанра, выдвигаются все более высокие требования и к тексту, и к музыке. И очень радует, что не только специальный журнал «Советская музыка», но и «Правда», «Литературная газета», «Советская культура» поднимают острые проблемы массового быта, пропаганды песенного творчества.

За последние годы опубликованы интересные работы в этой области. Содержательной и полезной была широкая дискуссия о песен-

ных текстах, прошедшая недавно на страницах «Литературной газеты». Однако, как бы ни развивались споры о состоянии жанра, главными критериями остаются критерии глубины идейного содержания, яркости и доходчивости музыкального языка, мелодической красоты, стройности формы, национальной характерности.

Мне близки высказанные В. Соловьевым-Седым на страницах газеты «Советская культура» мысли о песенном герое, о том, что песня — некий театр: в ней есть своя драматургия, свой актер и даже своеобразные декорации.

Действительно, во всякой хорошей песне почти зримо воплощены приметы своего времени, черты характера и облика людей, о которых она написана. Мы поем мелодии гражданской войны и представляем себе людей в буденовках, в длиннополых походных шинелях. Мы поем жизнерадостные, оптимистические произведения первых пятилеток и представляем энергичных и настойчивых юношей и девушек, комсомольцев 30-х годов. А песни о советской деревне? В них тоже свой герой, привлекательный душевной широтой, влюбленный в красоту родной природы, в необъятные дали родной земли.

В годы Отечественной войны песня ворвалась в нашу жизнь как призывный набатный клич, поднимавший народ на битву за свободу Родины. Иными стали мелодии послевоенных лет. В них отразились думы советских людей, объединенных ритмом созидания, пафосом коммунистического строительства, борьбой за мир и счастье всех людей Земли.

Нет сомнения, что образ героя наших дней будет интересным и значительным для потомков. Уже сейчас очевидны главнейшие стороны характера и облика этого героя, роднящие его со своими предшественниками: непоколебимая душевная молодость, глубочайшая причастность ко всей жизни народа, преданность коммунистическим идеалам. Я намеренно не привожу фамилий авторов и названий песен, так как всем нам они достаточно хорошо известны.

Весь опыт развития этого замечательного жанра доказывает: когда массовая песня отражает высокие человеческие деяния и чувства, она поднимается до уровня больших художественных обобщений, но как только замыкается в мир мелких субъективистских переживаний — тускнеет, блекнет. Этот же опыт неопровержимо свидетельствует, что художник обязан быть бесконечно требовательным к себе, должен неустанно оттачивать свое социальное чутье, черпать вдохновение в самых прогрессивных идеалах современности, отметая все случайное и быстротечное. Он должен быть стойким перед влиянием моды, готовой засосать любой талант в трясину мелкотемья. Губителен соблазн пойти на поводу у невзыскательных вкусов, стремясь обеспечить себе быстрый, но по сути поверхностный, эфемерный успех.

Не легко — и это мы знаем — создать хорошую массовую песню, способную увлечь миллионы. Подлинные удачи в этом жанре приходят не каждый день. Однако нет ничего вреднее, чем успокаивать себя мыслями, что во все времена, дескать, существовали произведения разные — хорошие и плохие, что во все времена песенная продукция измерялась многими сотнями опусов, составляющих своего рода шлак, из которого музыкальная практика отбирает «зерна» художественных открытий. Я уже говорил, что неравномерность в развитии массовой песни действительно существует. И все же мы не должны возводить ее в принцип, в «теорию», ибо от нас зависит направление современного песенного творчества.

Для того чтобы верно его определить, надо четко представлять, какие ветви в данном жанре являются основными, определяющими.

Одно из важных мест всегда занимала и занимает песня патриотического, гражданского звучания. Именно здесь обязаны мы в первую очередь сосредоточивать наши творческие усилия. Однако, работая над патриотической темой, композитор должен суметь согреть ее глубоким личным чувством, воплотить ее так, чтобы она стала близкой и дорогой каждому слушателю. И хотя в этой области у нас накоплен большой и полезный опыт, опасность прямолинейной ходульности, ложного пафоса все еще не изжита. Нередко встречается подмена высокой патриотической темы некой музыкальной фальсификацией. Бывает, что композитор берет яркий, выразительный текст глубокого идейного содержания и присочиняет к нему мотивчик, зачастую муссирующий популярные в быту интонации слезливо-сентиментального романса, а то и откровенной цыганщины. Ни о каком равнозначном музыкальном эквиваленте здесь говорить не приходится. Таким образом возникает некий «эрзац», свидетельствующий о спекуляции на большой теме и выдаваемый за новаторство в развитии важнейшего направления массового творчества.

Дискредитация подлинной патриотической идеи нередко ведет к обезличиванию музыкальной речи, к потере национальной почвенности. Между тем известно, что советское массовое искусство — в отличие от буржуаз-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

С. Туликов

Содержание