уже чередование solo и tutti (причем каждая последующая фаза tutti короче предыдущей, в то время как моменты solo, соответственно, становятся все более продолжительными); во-вторых, нисходящая направленность развития — от интенсивной насыщенной звучности к ее постепенному растворению. С наибольшей яркостью конфликт обнаруживается в финале, обрушивающемся на слушателя подобно звуковой лавине. Две волны оркестровых tutti следуют друг за другом почти без перерыва, вытесняя лирическую тему. Правда, она появляется на мгновенье в конце первой волны, но в окарикатуренном виде (пискливо резкий тембр флейты piccolo и некоторое ускорение темпа). Переклички духовых со струнными на фоне ударных сменяются во второй фазе развития грозным ступенчатым восхождением всей медной группы, сопровождаемым бурным tremolo остальных групп оркестра. Кажется, что для кантилены уже нет места... Но «буря» пресекается совершенно неожиданно (специфический прием Берда!) — и главная тема, подобная потоку света, «возрождается из пепла». Вначале она звучит неуверенно, но постепенно интонируется гобоем полностью — это ее скромное, но безуслозное торжество. Следует краткий апофеоз.

Итак, идейно-образная концепция Третьей симфонии не нова для Берда (она встречается, в частности, в «Экспрессиях»), да и для многих других крупных современных художников. Смысл ее — утверждение незыблемости духовных идеалов перед лицом любых испытаний. Польский мастер предлагает слушателю масштабное и психологически углубленное ее решение. Действительность отражена здесь в становлении, конфликтных столкновениях, борьбе противоречивых начал.

Последние по времени сочинения Берда воплощают синтез многолетних духовных и профессиональных исканий композитора; субъективное созерцание и размышление о мире соединены здесь с потребностью активно противостоять силам зла и уничтожения. Эта тема красной нитью прошла через всю профессиональную и личную жизнь художника, и можно с большой долей уверенности предполагать, что она останется его творческим кредо навсегда.

Витольд Рудзиньский

Становление оперного жанра

В период между двумя последними войнами (1918–1939) в стране было мало оперных сцен, да и те постоянно испытывали материальные затруднения. Однако и в эти годы польскими композиторами было написано более десяти опер, Среди них такой шедевр, как «Король Рогер» К. Шимановского (поставленный в 1926 г.), несколько опер Л. Ружицкого, в том числе популярная «Казанова». Следует угомянуть также композиторов Т. Иотейко, — автора известной музыкальной драмы «Зигмунд Август» (1925), П. Рытеля («Иола», 1927), В. Малишевского (опера-балет «Сирена», 1930), Г. Опеньского («Лютнист Якоб», 1927).

В послевоенное время уцелевшие оперные театры в Познани, Вроцлаве, Бытоме сразу же возобновили свою работу. Однако оперное творчество в эти годы, особенно в первое пятилетие, развивалось не совсем гладко. Поколение композиторов, которое теперь имело решающий голос, считало оперу жанром гораздо менее интересным, нежели симфония. Этим в большой степени объясняется тот факт, что в первое десятилетие было создано гораздо больше балетов. С другой стороны, среди оперных деятелей того периода (директоров театров, режиссеров, дирижеров) редко встречались люди, которые ощущали бы необходимость в новых произведениях, отличающихся по стилю и характеру от традиционного репертуара. В результате в течение первых пятнадцати лет в Польше появилось не много новых опер, причем не все из них были поставлены. Первым на оперную сцену вышел Т. Шелиговский с оперой «Бунт жаков» (либретто Р. Брандстеттера). Премьера состоялась во Вроцлаве в 1951 году. В этом произведении, действие которого происходит в XVI веке, затрагивается проблема идеологической борьбы, которую вела прогрессивная студенческая молодежь (жаки) с косной, схоластической средой, господствовавшей в Краковском университете. Борьба эта закончилась эмиграцией многочисленной группы студентов в Прагу. Музыка «Жаков», написанная рукой опытного композитора, многие годы сотрудничавшего с театром, снискала всеобщее признание. Произведение было поставлено в Познани и в Дрездене, а в 50-х годах — в Варшаве.

В то же самое время (50-е годы) автор этих строк создал оперу «Янко-музыкант» (либретто Т. Боровского и Ст. Выгодского по мотивам известной новеллы Г. Сенкевича), которая увидела свет рампы в 1953 году в Бытоме, а несколько позднее оперу «Комендант Парижа» (либретто Т. Марека) об одном из вождей Парижской коммуны Ярославе Домбровском (премьера прошла в 1960 году в Познани). В Гданьске — Сопоте в 1957 году прозвучал «Кракатук» Т. Шелиговского на тему «Щелкунчика» Гофмана (либретто К. Нижиньской). Спектакль был адресован детям.

Одна из опер Т. Шелиговского, «Теодор-джентльмен» (либретто Ч. Хрущевского, премьера состоялась в 1963 году во Вроцлаве), раскрывала интересную и новую тему о доминировании техницизма в жизни. В произведении речь идет о том, что созданный человеком электронный мозг может стать независимым и завладеть человечеством, приведя его в конце концов к гибели. К означенному периоду относится и опера С. Порадовского «Пламя», посвященная теме революции (правда, сценическое воплощение это произведение получило позже, в 1964 году).

Отметим еще «Андрея из Хелманы» П. Рытеля (премьера 1960 года), «Маринку» Е. Сокорского (исполненную по радио) и «Красного льва» С. Прушиньско-

го — и мы будем иметь почти полное представление об оперных сочинениях, появившихся до 1960 года.

Значительное оживление в этом жанре началось в 60-е годы, которые можно вычленить как бы в отдельный период, хотя бы потому, что в означенные годы появилось почти вдвое больше оперных новинок, чем за предыдущие 15 лет. Именно тогда в опере развернулся широкий фронт поисков нового стиля и новых выразительных средств, необыкновенно возрос интерес к ней среди композиторов младшего поколения.

Серию интересных сочинений, отмеченных такими поисками, открыла первая опера молодого композитора Р. Твардовского «Сирано де Бержерак» (1964, Бытом). В 1969 году в Лодзи прозвучало его «Сказание о Иоанне и Ироде», основанное на старопольском тексте. Выдающимся явлением оказалась одноактная опера Т. Берда «Завтра» по мотивам рассказа Дж. Конрада (премьера состоялась в Варшаве, 1967 год). Упомянем также музыкальную драму «Завища Чарный» С. Прушиньского (1968), «Кинолог в сомнениях» Г. Чижа (либретто С. Мрожека), «Гданьский роман» Т. Пачёркевича (либретто В. Брежи).

Автор настоящей статьи написал в те годы две одноактные оперы. Одна из них, «Изгнание греческих послов» (1962, либретто Б. Остроменцкого), получила специальную премию в Монако, Вторая — «Суламифь» (1964) — исполнялась по Польскому радио.

Примечательно, что именно радио стало в первую очередь пропагандистом оперного творчества. По инициативе тогдашнего музыкального редактора Р. Ясиньского, польские композиторы написали более десяти одночасовых произведений, в соответствии с требованиями радийного времени. Первоначально предназначенные для радио, они затем стали появляться и на оперных сценах. К числу наиболее ярких работ такого рода относится «Плачущий Одиссей» — последняя опера Т. Шелиговского. Назовем также «Приключения короля Артура» Г. Бацевич, «Ушико» Т. Пачёркевича, «Гирлянды» П. Перковского, «Падение отца Сурина» Р. Твардовского, «Неффру» З. Вишневского (Prix d’ltalia в 1959 году), «Айелет» А. Блоха.

Современный период, охватывающий немногим более пяти последних лет, можно с полным основанием считать настоящим расцветом оперного творчества. Этому во многом способствовал тот факт, что в действие вошли прекрасно оборудованные оперные сцены в Варшаве и Лодзи. Перед авторами возникло широкое поле деятельности в области оперного творчества — появилась возможность непосредственного общения с многотысячными массами слушателей. Достаточно сказать, что почти из 40 оперных произведений, написанных в течение 30 лет, половина создана в последние годы.

Галерею новых произведений открыл К. Пендерецкий своими «Дьяволами из Лудона». Опера была поставлена в 1969 году одновременно в двух западногерманских театрах — в Гамбурге и Штутгарте, Затем ее с успехом исполняли в 18 городах мира. Осенью 1974 года предполагается ее варшавская премьера. В центре этого произведения, действие которого происходит в XVIII веке, — трагическая история молодого французского священника, пребывающего в тяжелой истерической атмосфере женского монастыря. Кроме того, он втянут и в политические интриги. Все эти сложные обстоятельства приводят героя к гибели.

В последнее пятилетие получил известность один из представителей молодого поколения — К. Мейер. Его «Кибериада», основанная на фантастической повести С. Лема, была удостоена премии в Монако и поставлена на Польском телевидении.

К 30-й годовщине Народной Польши приурочен ряд премьер. Уже увидела свет рампы во Вроцлаве опера Р. Буковского «Перстень великосветской дамы» (по мотивам драмы Норвида). Там же осенью намечается премьера «Таманго» (по новелле Мериме) Т. Натансона. В Бытоме будут показаны: спектакль для детей «Ослиная шкурка» Я. Шайны-Левандовской и опера Ю. Сьвидера, посвященная великому польскому скульптору Виту Ствошу. В Познани готовят к постановке «Истории день первый» З. Пенхерского, в Лодзи — «Лорда Джима» Р. Твардовского (сочинение отмечено премией в Монако), в Варшаве — «Мужиков» В. Рудзиньского.

Этот краткий обзор оперного творчества Народной Польши в какой-то степени дает возможность увидеть, что наше оперное искусство постепенно завоевывает надлежащее ему место. Молодое поколение композиторов тянется к этому жанру, имеющему в Польше свои прекрасные традиции. Темп, каким развивается оперное творчество в последние годы, дает основание верить, что в ближайшее время будет создано немало новых достойных произведений.

Эва Гловацкая и Милош Анджейчак

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Витольд Рудзиньский

Становление оперного жанра

Эва Гловацкая и Милош Анджейчак

Содержание