ность — продукт социализма, его принципов стирания различий между городом и деревней, разрушения границ между физическим и умственным трудом и создания гармонически развитой человеческой личности. Конечно, художественная самодеятельность, как и любая форма, имеет свое содержание: это различные виды искусства со всеми присущими им конкретными жанрами. Поэтому, когда мы рассматриваем или обсуждаем задачи, значение и место художественной самодеятельности в нашей социалистической культуре, следует понимать ее не только как массовое культурное движение, но прежде всего как искусство.

Хочу теперь остановиться более подробно на том факте, что в наше время понятие «народное творчество» в известном смысле изменилось, расширило свой объем, о чем мы вкратце говорили выше.

В первобытном обществе, в период возникновения и обособления народного творчества как искусства, хотя и «неспециализированного» (то есть существующего совместно с материальной, производственной деятельностью общества), фольклор полностью исчерпывал его содержание. Более того, он исчерпывал содержание искусства вообще, поскольку академического (профессионального) творчества еще не существовало. И много позже, в условиях общественного разделения труда, в эпоху классовых обществ, художественная деятельность трудовых масс также была не чем иным, как фольклором. Понятие «народное творчество» появилось именно тогда с целью разграничения искусства господствующих классов и искусства широких народных масс. При этом фольклор был единым в своем идейно-художественном облике, являясь в основном отражением мировоззрения крестьянства — самого многочисленного из угнетенных в прошлом классов. Только при капитализме народное творчество претерпевает определенные изменения по двум причинам: во-первых, из-за обособления и роста классового самосознания тех слоев народа, которые активно участвуют в общественном производстве, прежде всего рабочего класса, и, во-вторых, из-за все расширяющегося вторжения искусства и культуры правящего класса в среду народа с помощью средств массовой информации — печати, звукозаписи, радио, кино, в наше время и телевидения. Так, еще в буржуазном обществе появляются такие разновидности фольклора, как «городской фольклор», «рабочий фольклор», которые, используя художественные принципы и формы традиционного (деревенского) фольклора, выражают идейно-эстетические понятия и интересы соответствующих трудовых слоев общества.

В наши дни современный фольклор также считают разновидностью традиционного фольклора, от которого он более или менее отличается в силу воздействия тех или иных объективных факторов. Это заставляет нас все чаще конкретизировать понятие «фольклор» определением «традиционный». И еще один факт: создание непрофессиональных (любительских) хоров, оркестров, литературных или музыкальных кружков еще до социализма (несмотря на многочисленные барьеры) было также проявлением творческой активности народных масс; однако ясно, что эти проявления мы не могли бы классифицировать как фольклорные.

Можно сказать, что при социализме, вследствие устранения барьеров между народным и профессиональным творчеством, значительная часть творческих начинаний людей воплощается в формах художественной самодеятельности, в сфере академического искусства. Очевидно, переход последнего в руки народа очень расширил понятие «народное творчество», которое фольклор уже не может заполнить целиком, представляя лишь часть его. Это имеет свое глубокое объяснение. В социалистической культуре уже нет принципиальной разницы между народным и академическим творчеством. «…В условиях высокого общественного развития и идейного единства профессионального искусства и творчества масс, — пишет К. Давлетов, — разница между этими двумя формами искусства по степени дифференцированности общественного сознания и в классовом отношении отпадает, и специфическим для них оказывается только сугубо “производственный” момент, то есть профессионализм или самодеятельность творческого процесса, чего никак нельзя было сказать относительно классического фольклора. Но современное народное творчество также сохраняет свою роль регулятора и источника общенародных эстетических взглядов, которая проявляется как в непосредственном творчестве масс, так и в отборе ими наиболее близкого и необходимого им из профессионального репертуара»¹¹.

Таким образом, нам остается только или прямо принять факт оформившегося различия между терминами «фольклор» и «народное творчество», которые так долго считались синонимами, или же, рассматривая современное содержание последнего, истолковывать его в двух значениях — узком и широком. Это тем более необходимо, что в некоторых искусствах термин «народное творчество» приобрел смысл расширенного жанрового понятия. Так, например, «народная музыка» в узком смысле отождествляется с музыкальным фольклором, который охватывает народные песни, хороводы и инструментальные мелодии, существующие как живая народная музыкальная практика. Однако в широком смысле слова термин «народная музыка» используется как жанровое понятие и в отношении произведений, не встречающихся в традиционном музыкальном фольклоре (обработки народных песен с многоголосной гармонической или полифонической фактурой, сделанные для народных хоров и ансамблей или солистов с академической школой пения, обработки народных мелодий для инструментальных групп и оркестров классических инструментов).

Из всего сказанного ясно, что современное народное творчество охватывает как фольклор (в частности, традиционный), так и художественную самодеятельность. Но ввиду их глубокого взаимопроникновения необходимо выяснить, где кончается фольклор и где начинается художественная самодеятельность (или, соответ-

_________

¹¹ Давлетов К. Цит. соч., с. 54.

ственно, академическое искусство). Прежде всего следует отметить, что и традиционный фольклор сегодня уже не есть однородное понятие в отношении способов проявления. Так, например, у нас музыкальный фольклор встречается в двух формах — как живая практика и как музыкально-фольклорное наследие¹². Смотры народного творчества, ставшие в Болгарии прекрасной традицией, являются новой, сценической формой существования фольклора, которая значительно отличается по своей жизненной функции от непосредственной фольклорной традиции. Смотры народной песни — важный фактор сохранения фольклорного наследия, утверждения его в сознании молодого поколения, могучий стимул сохранения народных песен и танцев в жизни народа, но в их рамках народные произведения подчиняются законам сцены и требованиям современного музыкального и танцевального искусства и в большой степени отрываются от своей естественной среды. На сцене или на концертной эстраде, по радио или на телеэкране народные песни не создаются, а только воспроизводятся. По этому поводу Л. Емельянов делает очень важное замечание в связи с одним высказыванием В. Гусева: «Что касается того факта, — пишет Емельянов, — что художественная самодеятельность “является одной из массовых форм бытования традиционного фольклора”, то здесь выводы В. Е. Гусева, по-видимому, вполне справедливы. Мы бы только предложили одно небольшое уточнение: на наш взгляд, точнее было бы говорить о самодеятельности не как о форме бытования традиционного фольклора, а как о форме его популяризации. Разница малозаметная, но достаточно существенная, ибо бытование — это форма естественной жизни фольклора, тогда как популяризация — это просто воспроизведение, возможное и при отсутствии живой фольклорной традиции»¹³. Народное искусство на сцене — закономерное явление наших дней, но следовало бы подчеркнуть: чем дольше нам удастся сохранять наши поэтико-музыкальные и танцевальные фольклорные традиции в трудовой и праздничной повседневности, тем дольше мы сохраним оригинальность и стилевую чистоту народных песен и танцев.

Но мы еще не дали ясного ответа на вопрос, может ли фольклор при социализме существовать как живая практика — непосредственно в быту. Вернемся немного назад.

Как уже говорилось, в классовом обществе устраняется условие, при котором фольклор возник и которое было стимулом его развития на первобытном этапе существования общества, а именно недифференцированность форм общественного сознания. В действительности, однако, народное творчество продолжает существовать и в классовом обществе. Одна из причин та, что оно не обосабливается как отдельная отрасль духовного производства и сохраняет свои связи с материальной деятельностью общества. Это обусловливает его практическую (утилитарную) функцию в жизни широких народных масс. Есть и другая причина: чрезвычайно важно, что народное творчество сохраняет свои главные художественные принципы — устную передачу, коллективность и вариантность. Только на основе этих принципов оно может оставаться особым типом искусства, может развиваться и исполнять свои художественные функции — «удовлетворение творческих потребностей каждого члена общества и первоначальное обобщение эстетического сознания народа»¹⁴.

Жизнеспособность художественных принципов народного творчества связана с его практической функцией. Только в непосредственной связи с материальной деятельностью людей, или иначе — в атмосфере их трудовой и праздничной повседневности, может проявляться такой художественный принцип народного искусства, как устная передача. Это тот своеобразный процесс, при котором каждый, без какой бы то ни было авторской заинтересованности, может выражать свое эстетическое отношение к жизни, к природе, вкладывая свою эмоциональность, свой художественный вкус, свое словесно-музыкальное или танцевальное мастерство, свое творческое воображение или способность импровизатора к созданию или пересозданию данного художественного произведения — сказки, песни, танца, инструментальной мелодии.

Я считаю, что судьба фольклора в нашем социалистическом сегодня зависит от сохранения его практической жизненной функции в многообразном быте народа: воспроизведения фольклорных произведений на базе основных художественных принципов традиционного народного поэтико-музыкального искусства — устной передачи и коллективного творчества. Наличие их сохранило бы и такой существенный признак фольклора, как его вариационный и импровизационный характер. Но, разумеется, практическая функция фольклора сегодня не может быть той же, что и столетия назад. Мы знаем, что она изменялась на протяжении исторического развития общества, с изменением мировоззрения народных масс. Так, например, первоначальная религиозно-магическая функция ряда народных обычаев постепенно принимала традиционно-обрядовый облик, чтобы в настоящее время приобрести только символически-ритуальный или зрелищно-развлекательный характер.

Дальнейшая судьба фольклора во многом зависит от отношения к нему специалистов и всей общественности. Следует прямо сказать, что существует тенденция к исчезновению некоторых видов фольклора. Фольклористы всех профилей, все специалисты, чья деятельность имеет большее или меньшее отношение к народному творчеству, обязаны постоянно и углубленно изучать, с одной стороны, современные условия существования любого вида фольклора в отдельности и пер-

_________

¹² В тех случаях, когда народные песни и хороводы оторваны от их прямой обусловливающей связи с народным бытом, они, даже при полном сохранении своих поэтико-музыкальных стилевых особенностей, несут функции уже не фольклорной практики, а фольклорного наследия.

¹³ Емельянов Л. Цит. соч., с. 41–42.

¹⁴ Давлетов К. Цит. соч., с. 51.