На юбилейных вечерах

Во Всесоюзном Доме композиторов состоялся вечер камерной музыки Сергея Васильевича Аксюка, посвященный его 70-летию. Прозвучали фортепианные и вокальные произведения композитора: Сюита, Прелюдии, романсы на стихи Е. Винокурова, Б. Пастернака, М. Цветаевой, «Псковские песни» на народные слова.

В услышанном, как вообще в творчестве С. В. Аксюка, отчетливо ощущаются русская интонация, русская тонально-гармоническая основа. Но это отнюдь не стилизация. Композитор проявляет сугубо индивидуальное отношение к народному материалу, окрашивает свою музыку в современные тона. Обращаясь к различным формам народного музицирования — частушке, припевке, прибаутке, танцу, а также старинным ладово-интонационным оборотам, он пытается как-то по-новому раскрыть их непреходящую красоту. В ряде произведений С. В. Аксюка запечатлены картины русской природы, жанровые сценки, озорное веселье, жизнерадостная, а иногда нежная, несколько грустная лирика. Весьма скупыми средствами и приемами автор достигает подлинно художественной образности.

Рельефно выписана вокальная партия в романсах и песнях, она всегда словно устремлена вперед, к точке так называемого «золотого сечения». Особо хочется сказать о фортепианной фактуре композитора. Он избегает внешне эффектных пассажей, монументальных аккордовых построений. При широком использовании регистровых звучностей фактура эта чрезвычайно экономна, изящна, в ней много внутреннего полифонического движения.

Программа вечера была с большим успехом исполнена пианисткой А. Казаковой и певицей С. Гладченко.

В беседе по окончании концерта Сергей Васильевич сказал: «Я счастлив, что мои фортепианные сочинения, романсы и «Псковские песни» нашли артистов, редкостных по чуткости, искренности и свежести восприятия музыки. Пианистка Аза Казакова и певица Светлана Гладченко исполнили их так, как слышались они мне, когда я их писал. Такое совпадение — явление исключительное. Я безмерно благодарен моим талантливым друзьям — их труд, мастерство, преданность искусству достойны самой высокой оценки».

К этим добрым словам композитора можно с радостью присоединиться, пожелав ему в будущем чаще встречаться с подобными интерпретаторами его новых творческих замыслов.

М. Иорданский

К. Кужамьяров (Алма-Ата)

— Завершил трехчастную симфонию памяти прославленного революционера-уйгура Абдуллы Розыбакиева. Произведение это непрограммное, но в общих чертах я стремился отразить и характер моего героя, и нашу печаль о человеке, так много сделавшем для своего народа и так безвременно ушедшем из жизни. Симфония написана к 50-летию образования СССР. Другая работа последнего времени — симфоническая Поэма-каприччио для двойного состава оркестра, челесты, вибрафона и альтового саксофона.

Т. Шахиди (Душанбе)

— Сейчас я работаю над циклом «Четыре стихотворения Омара Хайяма» для меццо-сопрано и камерного оркестра, а также над фортепианным концертом. Задумал и уже начал писать детский балет на таджикский национальный сюжет. Уверен, что композитор может быть оригинальным и современным тогда, когда опирается в своем творчестве на музыкальный фольклор. Во всяком случае, я стремлюсь претворять в своих сочинениях его ладовые и ритмические особенности.

Наш общий друг

— Органные хоральные прелюдии Баха? Вас интересует Urtext? Посмотрите в новом академическом издании, четвертая серия, Orgelwerke. Правда, оно у нас представлено неполностью: вышли не все тома. В старом лейпцигском издании можно взять тома 25, 40. Но практически, пожалуй, удобнее всего пользоваться отдельным изданием, под редакцией Griepenkerl und Roitzsch...

— Скажите, есть ли у вас норвежское издание романсов Грига, с оригинальным норвежским текстом?

— Да, есть. Двухтомное издание, единственный экземпляр. Однако известно ли вам, что многие романсы там транспонированы и в этом смысле не соответствуют оригиналу?

Каждый, кому довелось побывать в нотной библиотеке Московской консерватории, легко узнает главную героиню подобных диалогов — заведующую читальным залом Ирину Амазасповну Адамову. Вот уже свыше сорока лет работает она в этой редкой сокровищнице музыкальной литературы. И можно смело утверждать, что именно ее самоотверженный труд прежде всего поддерживает научный авторитет библиотеки, ее добрую репутацию.

Работа Ирины Амазасповны не только высокопрофессиональна; это работа талантливого и целеустремленного человека, подлинного энтузиаста музыкально-библиографического дела. Бессменный руководитель научного читального зала, она обладает на редкость широкой музыковедческой эрудицией. Ее феноменальная память хранит все наиболее значительные нотные собрания академического типа, в том числе XVIII–XIX веков, немецкие, французские, итальянские издания. Ее проницательный взгляд легко отыскивает в хранилище редкие экземпляры из личных библиотек С. Танеева, В. Одоевского, М. Иванова-Борецкого, А. Гедике, К. Кузнецова.

Не прибегая к справочникам, Ирина Амазасповна всегда может указать читателю первые публикации различные редакции или обработки классических сочинений, недавно вышедшую литературу — советскую и зарубежную, материалы периодической прессы и энциклопедических словарей, может в буквальном смыссле слова «дать в руки» самые точные библиографические сведения. Этому способствуют и ее превосходное владение несколькими иностранными языками, и редкая культура гуманитарного труда, которой обладают в данной области лишь немногие специалисты: высшей квалификации.

Особенно велика, а лучше сказать — неоценима помощь Ирины Амазасповны советским музыковедам. Ее консультациями в Московской консерватории на протяжении многих лет пользовались и пользуются решительно все, причастные к музыкознанию, — от студентов-первокурсников до старейших профессоров. Без ее ценных советов, ее содействия в стенах столичной консерватории за сорок лет не была написана ни одна диссертация, ни одна дипломная работа. Ирина Амазаспсвна хорошо знает каждого студента-дипломника, его запросы, интересы и склонности. В глазах учащейся молодежи она неизменно высокий авторитет, благожелательный, добрый помощник.

Такова она и для многих музыкантов нашей необъятной страны, для работников периферийных консерваторий, для зарубежных специалистов, завершающих у нас свое образование. Даже внешний облик Ирины Амазасповны — хрупкой женщины, серьезной и скромной, облик, отмеченный тонкой интеллектуальностью, всегда, располагает к себе. Перед нами человек, чья жизнь — в музыке, в мыслях о музыке, в живой атмосфере растущей и развивающейся нашей музыкальной науки.

Свой опыт и знания Ирина Амазасповна настойчиво стремится передать молодым сотрудникам. Под ее руководством за последние годы выдвинулись такие способные, знающие молодые библиотекари музыковедческого профиля, как Н. Оленева, Л. Петрухина, О. Хиловская и другие. Подобная преемственность тем более плодотворна, что библиотека консерватории, как известно, находится в нелегких условиях. Для ее непрерывно растущих фондов не хватает помещения, не хватает кадров. Весьма ограничен доступ к ее сокровищам в периоды экзаменационных сессий. Все это заставляет особенно ценить заслуги Ирины Амазасповны — неутомимой и деятельной хозяйки своего огромного нотного царства.

Наш маленький очерк не продиктован какими-либо официальными, юбилейными поводами. Труд таких людей, как И. А. Адамова, должен повседневно вызывать живую признательность. И думается, к этому слову благодарности охотно присоединятся, многие представители нашего музыкального мира.

О. Левашева

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка