Выпуск № 2 (399) | 1972 - страница 64

и спектакли городской любительской труппы. Позже Мартину создал шестнадцать опер и одиннадцать балетов; некоторые из них по праву считаются шедеврами мирового сценического творчества.

Усиленные занятия скрипкой вскоре приносят плоды: в пятнадцать лет Мартину становится первым скрипачом Поличского квартета, а его сольные выступления побуждают местную газету обратиться к горожанам со следующим призывом: «Перед нами юноша, одаренный и подающий надежды. Единственное, что нужно, чтобы этим бедным юношей заинтересовался самоотверженный меценат или какая-либо корпорация, чтобы он мог попасть в консерваторию. Осмеливаемся утверждать, что когда-ни

будь это окажется честью для мецената из Полички. Кто может, помогите!» ⁴.

Призыв не остался неуслышанным, и летом 1906 года Богуслав Мартину со ста кронами, скрипкой и первым сочинением — струнным квартетом отправился в сопровождении матери в Прагу. Он был принят в консерваторию, в класс скрипки к профессору Штепану Сухи.

Прага начала столетия жила чрезвычайно активной музыкальной жизнью. Премьеры произведений Шарпантье и Шёнберга, Р. Штрауса и Дебюсси, Брукнера и Стравинского, Малера и Бартока; выход на арену нового поколения чешских композиторов во главе с Витезславом Новаком и Йосефом Суком; начало просветительской деятельности Зденека Неедлы и многочисленных музыкальных обществ и т. д. и т. п. — вот с чем столкнулся студент Пражской консерватории Богуслав Мартину, еще по-детски наивный, неискушенный провинциал. Юноша настолько захвачен бурной столичной культурной жизнью, что почти перестает заниматься скрипкой. Появляется ряд его сочинений в декадентском духе — оркестровые «Смерть Тентажиля» по М. Метерлинку и «Ангел смерти» по К. Пшерве-Тетмайеру, «Элегия» для скрипки и фортепиано с эпиграфом «Зло возвращается вновь» и другие.

Поглощенность сочинительством и натянутые отношения с педагогом по скрипке побудили Мартину перейти в класс органа, гармонии и контрапункта (последним он занимался у бывшего учителя В. Новака — Карела Стецкера). Но вот парадокс! Мартину — правда, никогда раньше не учившийся на клавишных инструментах, — не смог проявить свой великолепный импровизационный и композиторский дар и 4 июня 1910 года был исключен из Пражской консерватории «ввиду неисправимой нерадивости». Однако это событие существенно не отразилось на образе жизни Мартину. По-прежнему для него главным оставался Национальный театр, но теперь уже ничто не мешало полностью погрузиться в изучение партитур, чтение (Достоевский, Гоголь, Чехов, Бальзак, Мюссе) и сочинение музыки. Nulla dies sine linea (ни дня без строчки) — вписал Мартину в эскизную тетрадь. Его друг Станислав Новак, с которым они тогда вместе жили (очень хороший скрипач, будущий концертмейстер Симфонического оркестра Чешской филармонии), в 1939 году в докладе о Мартину вспоминал, что в те годы он играл почти исключительно произведения своего друга ⁵. Появляются Фортепианный квинтет, ноктюрны и Andante для струнного квартета, оркестровое Andante, первая часть симфонии, эскизы к симфонической поэме «Труженики моря» (по роману В. Гюго), ряд сочинений для фортепиано, романсы, три лирические мелодрамы (третья из них, «Яванские танцовщицы», привлекает необычностью инструментального состава: альт, арфа и фортепиано), семь пьес «Ниппонари» для голоса и самых экзотических инструментальных составов.

Два ощутимых влияния отмечают исследователи в творчестве Мартину этого периода: Р. Штрауса, а затем, во много раз более сильное, — Дебюсси. «Мэтр французского музыкального импрессионизма, Дебюсси увлек Мартину не только непередаваемой красочностью музыкального языка, но и своей свободой высказывания, композиции, которая как бы жила и дышала вне каких-либо ограниченных композиторских систем, а также свободным отношением к контрапункту, который долго не привлекал Мартину в качестве композиторской техники» ⁶. Действительно, безоговорочное поклонение Дебюсси сказалось у чешского музыканта и в выборе французских текстов для лирических мелодрам, и в интересе к искусству Дальнего и Ближнего Востока, к жанру балета (под влиянием Русского балета Дягилева, выступавшего в Праге в 1913 году с «Играми» Дебюсси), к «экзотическим» звучаниям. Последнее, как уже упоминалось, проявилось в «Ниппонари» (1912): так, оркестр в первой песне состоит из флейты, английского рожка, солирующей скрипки, четырех альтов и четырех виолончелей; во второй песне — из альта, арфы и английского рожка и пяти альтов за сценой; в четвертой — из трех флейт и четырех альтов; в седьмой — из трех флейт, челесты, арфы, треугольника и там-тама.

При всем том уже в произведениях

_________

⁴ "Místní oznamovatel Jitřenky". Polička, roč. XXV, 1906, N 15.

⁵ См.: “St. Novák о Martinů”. Sbornik vzpominek a studii k 65-vyrocl B. Martinů. Brno, 1957, str. 51.

⁶ M. Nedbal. Bohuslav Martinů. Praha, 1964, str. 13.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание