Выпуск № 2 | 1972 (399)

«Романс из одуванчиков» (1957), «Микеш с гор» (1959), «Збойницкие песни» для мужского хора на тексты из народной поэзии (1957) и многие, многие другие сочинения.

И все же послевоенные годы были, пожалуй, самыми трагичными в личной жизни композитора. Все его помыслы были связаны с одним стремлением — вернуться на родину. Роковые стечения обстоятельств год за годом воздвигали все новые и новые преграды, так и не дав осуществиться этой мечте. Скончался Мартину от рака, 28 августа 1959 года, в Листале под Базелем, и похоронен в Шёненбергском саду на вилле П. Захера...

В последний период жизни воображение композитора занимало художественное воплощение «общечеловеческих» вопросов, философской проблемы смысла жизни. Его произведения все больше уподобляются глубоким философским раздумьям, причем в них возникают две образные сферы. Одна — это субъективная, лирически окрашенная, музыкально и идейно в чем-то продолжающая оркестровые «Инвенции» (1934) и оперу «Жюльетта». Таковы симфонические произведения — Шестая симфония (1953), «Фрески Пьетро делла Франческа» (1955), «Параболы» (1958) и отчасти — лирическая опера «Ариадна» (1958). Философски обобщенная патетика ощущается и в двух последних фортепианных концертах — в «Инкантации», которую Мартину называл «выражением поисков правды и смысла жизни» (1956), и в Концертной фантазии (1957).

Другая сфера — это произведения ярко выраженного «объективного» характера в толковании тех же вопросов с помощью «универсальных» сюжетов. Сюда относятся опера «Мирандолина» (по Гольдони, 1954), кантаты «Микеш с гор» на стихи М. Буреша (1959) и — последнее сочинение композитора — «Признания Исайи» (1959).

К числу философских и в то же время глубоко «личных» произведений Мартину относится Шестая симфония, созданная в 1953 году и названная «Симфоническими фантазиями» (симфония отмечена премией Нью-Йоркского общества музыкальных критиков как лучшее из сочинений, исполненных в 1955 году). Композитор говорил, что она рождена лишь желанием написать что-нибудь для Шарля Мюнша. Однако драматическая, даже трагическая музыка сочинения, с ее порой «жутковатыми» звучаниями, перекликающимися с Третьей симфонией, убеждает в том, что настоящую причину нужно искать скорее в жизни самого композитора; в известном смысле Фантазии можно определить как автобиографическое произведение.

Необычные для самого композитора формы музыкального высказывания в этом сочинении как бы подчеркивают его желание по-новому взглянуть на пройденный путь. Вступительные такты первой части создают настроение смятения, беспокойства. Постепенно кристаллизующаяся главная тема олицетворяет собой какую-то неотступную тревожную мысль. Она все время трансформируется, приобретает в разных вариациях новые оттенки, но ее основное содержание, отмеченное явственным чешским колоритом, остается неизменным. После нескольких вариаций, в которых характер звучания несколько просветляется, начинается реприза, где возвращается тревожно-смятенное настроение.

Во второй части, написанной в духе фантастического скерцо, воплощены еще более драматические образы. Контраст между светлой окраской ее главной темы и жестко пульсирующим, диссонирующим мрачным фоном, неожиданными резкими вспышками и мощным заключительным разделом ассоциируется с панорамой душевной борьбы и победы. И потому даже цитата из «Реквиема» Дворжака, открывающая третью часть, хотя и вновь придает скорбную окраску музыке, но никак не является в этом контексте символом предчувствия смерти. Наоборот, в музыке все более и более крепнут оптимистические интонации. Кода симфонии исполнена величественного пафоса.

Сочинения, подобные Шестой симфонии, непосредственно обращены всем строем своим, музыкальным языком к чешскому народу. «Его музыка, пронизанная ритмами и ароматом народной песни, дышит любовью к родине и той печальной жаждой вернуться, которую он всю свою жизнь чувствовал к тому утолку земли, где впервые увидел свет», — говорил в надгробной речи Марсель Михаловичи. Эту жажду Мартину выразил и в своей последней воле — быть похороненным в родной Поличке...

Открытое письмо

Пит Сигер

ВСЕМИРНЫЙ ПОТОП «ПОП-МУЗЫКИ»

Дорогие друзья,

я обращаюсь с этим письмом к молодым людям, живущим вне Соединенных Штатов, к молодежи, любящей музыкальное искусство, увлекающейся народной и популярной музыкой нашей страны. Я встречался с вами в тридцати четырех странах Азии, Европы, Африки и Латинской Америки. Я встречался с вами в высокоинтеллектуальных университетских аудиториях больших городов, в маленьких городках, в небольших странах. Я видел, как зажигались ваши глаза, когда вы слушали мою гитару или банджо или знакомились с переводами текстов моих песен. Я наблюдал также, как вы отстукивали ногами ритмы новых записей популярных джазовых мелодий и рок-н-ролла.

Я пишу это письмо по трем причинам. Прежде всего, я надеюсь, что вы любите не всю нашу популярную музыку. Некоторая ее часть отражает жизнь трудового люда — черных и белых, не прекращающих борьбы за свои права. Но другая часть представляет американский «истэблишмент» — силу, рассчитанную на то, чтобы отвлечь людей от их жизненных проблем. Наконец, есть довольно запутанная комбинация обоих названных видов, в сущности которой очень трудно разобраться.

В вашем стремлении узнать новые музыкальные стили зарубежной музыки есть прямая опасность забыть музыку вашей родной страны — и новую и старую. Конечно, в нашей жизни происходят перемены, меняются и музыкальные вкусы. Но знакомство с новым не должно приводить к забвению старого.

Наконец, я хотел бы убедить вас в том, что, стремясь быть современными, вы должны прислушиваться к музыке всех народов мира, а не только к североамериканской. Ученые внимательно следят за развитием всех стран, они всегда готовы подхватить хорошую новую идею, где бы она ни родилась. Специалисты в области сельского хозяйства рыщут по всему свету в поисках новых злаков. Точно так же в каком-нибудь глухом, малоисследованном уголке земного шара может существовать прекрасный и выразительный инструмент или не известный широко стиль музыки, которые окажутся вам по вкусу. Почему бы не поискать их?

Позвольте мне рассмотреть три упомянутые мною проблемы более основательно. Поверьте, это вопрос жизни и смерти музыкальной культуры в каждой стране.

Музыка в Северной Америке — продукт смешения разных культур. Мы знаем, что все музыкальные культуры в процессе своего развития в той или иной степени ассимилировали различные древние истоки. Подобия индонезийских ксилофонов обнаружены в Африке. Тысячелетие прошло с тех пор, как китайские музыкальные инструменты проникли в Японию. В Испании дает себя знать влияние Востока (как известно, гитара — инструмент восточного происхождения). Однако в Соединенных Штатах процесс смешения носил особый характер. Западноафриканские ритмы и ирландские мелодии — вот два крайних его полюса. Но Африка дала нам гораздо больше, чем только ритмику. Типично африканской является перекличка двух голосов (своеобразная «антифония»). Мы слышим ее в блюзах, когда гитара «отвечает» ламентациям певца. Мы слышим ее и в «подхватах» басовых голосов, сопровождающих мелодию народных негритянских гимнов. Надо признать, что в основе народных инструментальных пьес Соединенных Штатов присутствие Африки гораздо более ощутимо, чем это себе представляет белое население страны. Безусловно, в американской музыке важную роль играют европейская гармония и другие элементы европейской музыкальной культуры. А язык наших песен представляет собой сложный сплав различных европейских языковых форм.

Некоторые наши «музыкальные смеси» вываривались долго и медленно. Народные музыканты горных районов распевали старинные английские баллады под звуки африканского банджо. А порой в котел попадало слишком много разных элементов, и в результате получалось недоваренное и неудобоваримое музыкальное блюдо. Таким же путем формировалась и популярная музыка.

Нужно ли формулировать здесь различия между нею и народной музыкой? Давайте взглянем на данный вопрос с исторических позиций. В давние времена, когда люди жили охотой на диких животных и употребляли в пищу орехи и ягоды, они знали лишь один род музыки: мужчины пели песни охотничьи и воинственные, женщины — колыбельные.

  • Содержание
  • Увеличить
  • Как книга
  • Как текст
  • Сетка

Содержание

Личный кабинет