Петра во второй картине. Обращенные к Петру призывы Максима не гнуть спину перед власть имущими, не быть «пингвином», намек на готовящуюся бурю сопровождаются сменой цветовой гаммы на заднике — от ярко-голубого к сгущенно-синему, сиреневому, интенсивно-алому и, наконец, к красно-черному.

Затейлива игра цвета и в сцене петербургского бала. Освещение танцующих пар то золотисто-желтое, то зеленое, то голубое, а в момент, когда Вероника гневно отвергает притязания Петра, оно становится ярко-красным.

Усилия режиссера С. Штейна тоже направлены главным образом на создание яркого зрелища. Опера в его интерпретации предстала декоративной сюитой, где музыка играет почти прикладную роль. Главное внимание С. Штейн уделяет массовым сценам: хористы появляются то в плавном хороводе, то в неторопливом шествии...

Но если режиссер где-то и завладевает вниманием зрителя, то балетмейстеру С. Дречину это удается реже. Многочисленные народные танцы растянуты, монотонны (например, хороводы в первой и третьей картинах), хореографически бесцветны.

И все же в спектакле есть удачи. Обладатель пластичного голоса, А. Савченко исполняет партию Максима эмоционально, гибко, многокрасочно, хотя актерски он, к сожалению, малоинтересен. Думается, это во многом обусловлено статикой музыкального образа.

Привлекает внимание М. Зданевич в роли Отца. Молодой певец музыкален, обладает редким по красоте и выразительности басом, но порой несколько скован сценически. Высокая певческая культура отличает Л. Златову (Мать). Хорошим вкусом отмечено исполнение В. Кириченко партии Петра. Дирижер К. Тихонов добивается подлинной ансамблевой слаженности, прилагает немало усилий для того, чтобы сделать более рельефным звучание оркестровой партии.

Все-таки в целом творческий эффект от проделанной работы очень невелик. И причина, повторяю, в том, что «Звезда Венера» являет собой грустный пример взаимной нетребовательности одаренного автора и профессионально крепкого постановочного коллектива. Контакты театра с композиторами республики должны быть освещены чувством высокой ответственности перед слушателями.

Н. Адлер

Первая встреча с москвичами

В гастрольной афише Полтавского музыкально-драматического театра имени Гоголя, впервые гастролировавшего в Москве этим летом, значились драмы Г. Ибсена и Н. Старицкого, пьесы А. Корнейчука, трагикомедия А. Макаенка, оперы С. Гулак-Артемовского и Н. Лысенко, оперетты Б. Мокроусова, Я. Цегляра, В. Рябова... Поначалу афиша насторожила: по плечу ли такой размах? Ведь, что ни говори, — Полтава не Киев, даже не Харьков и не Одесса! Иные из заядлых театралов пророчили пустой зрительный зал.

Скептики ошиблись. Были аплодисменты. И цветы. И аншлаг. И спектакль «Наталка Полтавка» на сцене Большого театра с участием Ивана Семеновича Козловского в роли Петра.

Причина успеха — в самобытности, в оригинальности творческого облика коллектива. Театр не тщится быть во что бы то ни стало «современным», не боится подчас показаться традиционным. У него своя манера «разговаривать» со зрителем, прочно опирающаяся на выработанные временем приемы, жанры, средства украинского национального искусства. Это народные песни, танцы и старинные обряды, национальный юмор и темперамент, ярко характерные персонажи, красочные костюмы...

Полтавский театр — один из старейших на Украине. У истоков его полуторавекового пути — великий И. Котляревский, организатор и первый директор театра, для которого он специально написал пьесы «Москаль-чародей» и бессмертную «Наталку Полтавку».

Здесь начал свою деятельность М. Щепкин. Здесь выступали такие мастера советского искусства, как И. Паторжинский, М. Литвиненко-Вольгемут, Б. Гмыря...

Замечательные традиции живут на полтавской сцене по сей день. Большая часть актеров нынешней труппы с одинаковой свободой выступает и в драматических, и в музыкальных спектаклях. Это В. Конопацкий, в исполнении которого запомнились живописные сочные фигуры Карася («Запорожец за Дунаем») и Выборного («Наталка Полтавка»). И он же Максим Максимович («Память сердца» А. Корнейчука) — образ внешне сдержанный, но наполненный внутренним драматизмом. Это Ю. Попов — уморительный Черевик («Сорочинская ярмарка») и исполнитель, интересно прочитавший ответственнейшую роль Володи Ульянова («Семья»), Это Т. Кислякова — голосистая темпераментная Одарка («Запорожец

за Дунаем») и душевно щедрая Мария Тарасовна («Платон Кречет»).

Разговор о коллективе начался с актерских работ не случайно. Артистические дарования — главное богатство театра, и на раскрытие их обращено прежде всего внимание режиссуры. Вероятно, потому для спектаклей полтавчан характерна простота и неброскость режиссерских решений. Средств реалистического спектакля оказывается вполне достаточно для того, чтобы донести до слушателя всю прелесть и аромат украинского национального музыкально-драматического действия. Показательна в этом смысле уже «Наталка Полтавка» (режиссер Б. Прокопович). Верная, чистая Наталка (В. Волкова) и благородный мужественный Петро (И. Козловский), тяжко страдающая от своих «злыднив» Терпылыха, Наталкина мать (Л. Онищенко), хитроумный пан Выборный (В. Конопацкий) и «пидстаркуватый» женишок пан Возный — судейский чин, «доселе за недосужностью по должности» не сделавший ни одного доброго дела (В. Гаевский), — все они естественно и правдиво живут на сцене, вызывая то сочувствие, то улыбку зрителей.

Ранняя украинская классика была представлена также пьесами Н. Старицкого. Это музыкальная комедия «Сорочинская ярмарка» (по Гоголю; музыка В. Рябова, режиссер В. Кашперский) — жизнерадостный, яркий спектакль, — и музыкальная драма «Ой, не ходи, Грицю...» (народные украинские мотивы в обработке Н. Люминарского, режиссер Н. Ермоленко) — драма ревности и гордости, любви и предательства.

Наиболее интересно решены в обоих спектаклях народные сцены. Стремителен темп действия в «Сорочинской ярмарке», динамичны мизансцены, очень живы и колоритны массовки. Песня, танец, озорная шутка, крепкое словцо, пестрые наряды дивчат и парубков — все сливается в одну многокрасочную картину. Уже оркестровое вступление — лихой украинский гопак — сразу вводит в атмосферу праздника: гомон, сутолока, веселье... Шумит ярмарка в Сорочинцах!

В спектакле «Ой, не ходи, Грицю...» первое действие ошеломляет хмельным угаром рождественской ночи. Колядуют девушки, куролесят хлопцы, разошлась — вспомнила молодость — подвыпившая «титочка» Вустя. Шумные игры, танцы до упаду — все в движении, в динамике: на сцене сама жизнь украинского села. Много режиссерских находок и в эпизоде молодежного гулянья на берегу пруда у заброшенной мельницы во втором действии. Привлекательно, что в этих сценах действует не безликая толпа статистов: почти каждый из участников происходящего хоть чем-то примечателен.

Парася — В. Волкова, Грицько — А. Зазимко.
«Сорочинская ярмарка» В. Рябова

Неотъемлемая спутница героев — песня. Так свободно, чисто и легко льются голоса, будто песня рождается тут же, на глазах. Удивительные по мягкости и проникновенности звучания хоры — красочный фон, на котором развивается действие.

Высокая культура массовых сцен в спектаклях Полтавского театра — заслуга и хормейстера В. Ефремова и балетмейстера Е. Безгина. Балетная труппа театра отличается профессионализмом, выразительностью пластики, зажигательным темпераментом, национальным своеобразием. Для Безгина, прекрасно ощущающего стилистику народной хореографии, это превосходный «инструмент», с помощью которого он, почти нигде не повторяясь, создает многообразные оригинальные композиции.

Разнообразны и костюмы (художники В. Геращенко и Л. Братченко), тоже основанные на национальных мотивах. В «Запорожце за Дунаем» и в первых двух действиях «Наталки Полтавки» преобладала графическая строгость черно-белых тонов, а в «Сорочинской ярмарке» или в финале той же «Наталки Полтавки» — яркое цветение всех красок праздничной палитры. Но во всех случаях — тонкий вкус и чувство меры.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Н. Адлер

Первая встреча с москвичами

Парася — В. Волкова, Грицько — А. Зазимко. «Сорочинская ярмарка» В. Рябова

Содержание

Парася — В. Волкова, Грицько — А. Зазимко.
«Сорочинская ярмарка» В. Рябова