МУЗЫКАЛЬНЫЙ ТЕАТР

Т. Щербакова

Опера о белорусском поэте

Оперу «Звезда Венера» («Зорка Венера») Юрия Семеняко в Минске ждали с нетерпением. Причин тому немало. Крайне медленно развивается в республике оперный жанр: за последнее десятилетие создано всего шесть произведений¹. Есть и еще одна причина особого внимания к этой премьере. Опера посвящена талантливому белорусскому поэту, ученому, переводчику и публицисту Максиму Богдановичу, чей голос с грустью и беспокойством звучал в тревожное десятилетие между двумя революциями в России. Стихи его, широко использованные в произведении, стали неотъемлемой частью духовной культуры народа, они бытуют в виде песен и городских романсов².

Раскрыть средствами оперного искусства чувства поэта — гражданина и патриота, погрузиться в сферу образов, навеянных творчеством Богдановича, — задача непростая, хотя и не новая (вспомним «Джалиля» Н. Жиганова, «Тараса Шевченко» Г. Майбороды, «Токтогула» В. Власова, А. Малдыбаева и В. Фере). Создатели «Звезды Венеры» стремились решить ее на национальносамобытной почве.

Начну с того, что привлекает в «Звезде Венере». Одаренность Ю. Семеняко, автора многих широко популярных в республике песен, находит выражение в новой опере (так же как в двух предыдущих) прежде всего в эмоциональной непосредственности, в органичной вокальности музыки, пронизанной цитатами из популярных белорусских напевов («Зорка Венера», «Слуцкие ткачихи», «Ой, рана на Ивана» и другие). Используя свой большой опыт работы над песнями, над освоением жанрово-стилистических черт городского и крестьянского фольклора, композитор создал ряд запоминающихся жанровых эпизодов (таковы, например, лирический хоровод из первой картины, хор-плач из третьей, колыбельная из четвертой).

Основная черта стиля нового оперного произведения — широко трактованная песенность, которая определяет не только его музыкальный язык, но и композиционную схему (система номеров, организованная в основном по принципу строфичности, контрастной трехчастности) и драматургию (чередование разнохарактерных хоровых, сольных и ансамблевых сцен). Однако, обратившись к жанру песенной оперы, Ю. Семеняко не сумел развить ее лучших традиций. Не удалось ему и четко организовать свое произведение — ни стилистически, ни драматургически.

«Опера-поэма» — так определили авторы жанр «Звезды Венеры», стремясь сосредоточить внимание на раскрытии «самобытного характера поэта и его горячей любви к своему народу». Вряд ли можно было бы упрекнуть их за отсутствие развитого «видимого» действия, если бы в произведении существовала насыщенная, действенная психологическая сфера, сообщающая сценам-монологам Максима внутренний динамизм. К сожалению, образ поэта существует в опере вне сколько-нибудь значительного внутреннего или внешнего конфликта, он иллюстративно-статичен. Различные по настроению ариозо и монологи Максима — радостно-приподнятые или свет-

_________

¹ Три из них принадлежат перу Ю. Семеняко: «Колючая роза» (1960), «Когда опадают листья» (1966), «Звезда Венера» (1970). Об увлечении композитора театральными жанрами свидетельствуют также оперетты «Рябиновое ожерелье» (1964), «Поет жаворонок» (1968), музыка к ряду спектаклей в белорусских драматических театрах.

² В частности, очень популярен романс М. Матисона «Звезда Венера».

ло-меланхоличные — механически соединены с песнями и танцами, идиллически трактованными бытовыми эпизодами. Примеров такого рода монтажа сольных фрагментов и вокально-хореографических «иллюстраций» к ним можно привести немало.

...В далекой Ялте букетик васильков напоминает поэту о Белоруссии. Звучит музыка лирического хоровода; Максим любуется танцующими девушками в венках из васильков (первая картина).

...Негодующий поэт обличает трусость и приспособленчество и готов бороться с ними. Его мужественные призывы сливаются с радостным хором народа (вторая картина).

...Максим в Белоруссии. Он видит девушек, весело поющих шуточную песенку «Облетели цветики», которую сменяет задорный напев «У Максима на рубашке». Поэт встречает здесь любимую и дарит ей слуцкий пояс редкостной ручной работы. Тотчас же звучит хор «Слуцкие ткачихи». В ответ на размышления Максима о бедствиях подневольного народа нищий лирник поет жалобную песню «Я хлеба у богатых просил»³. Негодующие фразы Максима сопровождаются хором-плачем (третья картина).

...Удрученный отказом отца разрешить ему учиться в Петербурге, Максим вспоминает об умершей матери — слышится колыбельная для сопрано с хором (четвертая картина).

...Поэт умирает. В его руках неоконченный букварь. Печальным хороводом движутся девушки в венках из васильков; звучит хор-отпевание, переходящий в апофеоз (седьмая картина).

Естественно, что статуарный, по существу, музыкальный материал, характеризующий нарядных пейзан, не способен правдиво раскрыть образ народа. Как и механический монтаж стихов М. Богдановича не дает представления о творчестве поэта. Авторы «Звезды Венеры» не сумели создать реалистически содержательный центральный образ произведения — значительную и сложную личность человека трагической судьбы, не сумели художественно убедительно передать скорбные и возвышенные думы Богдановича.

Схематизация образов поэта и народа еще более усиливается из-за упрощенных, как уже отмечалось выше, методов конструирования формы в целом. Театрально-жанровые приметы в сочинении Ю. Семеняко сильно ослаблены. Оно значительно ближе к кантате, чем к собственно опере.

Ощущение жанровой неопределенности обусловлено не только особенностями архитектоники, но и стилистической неровностью музыки. И собственно оперные эпизоды (такие, как сцены Максима и Маши, Максима и Петра, Максима и Вероники, Отца, Петра и Максима, Максима и его друзей) по музыкальному материалу значительно слабее хоров. Ариозный мелос Семеняко не всегда достаточно самостоятелен, не всегда отмечен строгим вкусом. Характеристики Максима, Вероники, Маши в дальнейшем не получают убедительного развития. Поэтическая стилистика М. Богдановича далеко не везде находит адекватное выражение в музыке. Это в первую очередь относится к сложным философским монологам поэта, к его лирическим высказываниям с их богатым психологическим подтекстом. Так, например, не только сама идея, но и интонационный строй стихотворения «Молодые годы, молодые желания» слабо ассоциируется с написанной Ю. Семеняко песней-маршем в традициях молодежных песен И. Дунаевского. Интонационно маловыразительным, монотонным выглядит и заключительный монолог Максима на текст «Беларусь, твой народ дачакаецца». Белорусская музыка знает примеры тонкого, стилистически чуткого проникновения в поэзию М. Богдановича (например, в романсах А. Богатырева, Л. Абелиовича). Первой опере, посвященной творчеству поэта, в этом смысле не повезло.

Спектакль «Звезда Венера» в Минском театре оперы и балета еще раз показал, что в этом коллективе, постоянно обновляющем свой исполнительский состав, шире, чем раньше, используют молодых певцов. Судя по сценической интерпретации «Звезды Венеры», здесь стремятся активизировать роль хора, найти впечатляющие формы контактов между ним и солистами. Но особо подчеркну настойчивое желание театра сотрудничать с авторами: спектакль «Звезда Венера» подготавливался в тесном контакте с композитором и либреттистом.

Однако все эти положительные стороны деятельности минского коллектива на сей раз не привели к успешным результатам. И прежде всего потому, что спектакль «Звезда Венера» — пример компромисса: мечтая о содержательном и оригинальном современном произведении, театр согласился на постановку заведомо слабой оперы. Не найдя опоры в ее драматургии, постановщики (режиссер С. Штейн, дирижер К. Тихонов, балетмейстер С. Дречин, хормейстеры А. Когадеев и Г. Луцевич, художник Е. Чемодуров) руководствовались, как мне кажется, весьма приблизительными и, во всяком случае, далеко не бесспорными представлениями о том, каким должен быть музыкальный спектакль о белорусском поэте, избрав путь чисто внешней динамизации драматургически инертного сочинения.

Е. Чемодуров «одел» «Звезду Венеру» в праздничные национальные одежды. Освещение и цвет порой как бы иллюстрируют смысл происходящего. Характерный пример — диалог Максима и

_________

³ В этой и во всех вышеназванных песнях — слова М. Богдановича.

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

МУЗЫКАЛЬНЫЙ ТЕАТР

Т. Щербакова

Опера о белорусском поэте

Содержание