Выпуск № 7 | 1969 (368)

кренностью, трогательной душевностью. Хору удалось глубоко вжиться в образы сочинения, раскрыть его психологический подтекст. Значительные интонационные, ритмические и дикционные трудности (назовем хотя бы частые скачки на септиму) преодолевались очень легко.

Завершил концерт «Шоро» № 10 Вила Лобоса1. В своих четырнадцати «шорос» Вила Лобос воссоздал и характер народной музыки и специфику ее исполнения. Написаны они для различных инструментальных и вокально-инструментальных составов. «Шоро» № 10 сочинен для хора и оркестра. Это прекрасный образец музыки, созданной на фольклорной основе. Здесь как бы обобщены наиболее типичные национальные интонации, гармонии, ритм, причем все это насквозь пронизано танцевальностью. Коллектив пел темпераментно, ярким и сочным звуком, прекрасно передав бразильский колорит. Жаль только, что оркестр порой заглушал его, и поэтому очень сложная и тонкая ткань партитуры выявилась не в полной мере (в частности, почти не слышен был хоровой аккомпанемент в ритме самбо).

Иногда еще бывает, что когда хор выступает вместе с оркестром, то главными исполнителями считают дирижера и оркестр, а вокальную партию рассматривают как нечто необходимое, но второстепенное. Ничего подобного не ощущалось на рецензируемом концерте. И хотя, как всегда, с необыкновенной грацией, легкостью и поразительной свободой и мастерством дирижировал Г. Рождественский, «главным героем» этого вечера стали все-таки хористы и их художественный руководитель К. Птица — тонкий и глубокий музыкант, человек большой культуры. Характерные черты его артистического почерка — превосходное умение охватить драматургию произведения в целом, безошибочное чувство стиля, тщательная отшлифованность деталей, определенность и выразительность исполнительской трактовки. Кроме того, он обладает необыкновенной энергией, творческой одержимостью, которые совершенно необходимы в условиях оперативной работы радиовещания.

Большую роль в формировании К. Птицы как музыкантаисполнителя сыграла его многолетняя творческая дружба с С. Самосудом, Н. Головановым, А. Гауком, в союзе с которыми Большой хор сделал много интересных и по-настоящему талантливых работ. Сегодня эту традицию продолжает Г. Рождественский — непременный участник всех крупных премьер. В дни юбилея нельзя не сказать и о талантливых помощниках Клавдия Борисовича — хормейстерах М. Бондарь и Л. Ермаковой, в течение многих лет успешно ведущих кропотливую репетиционную работу. 

В. Леонидов

На фестивале «Московские звезды» впервые прозвучала новая соната Шостаковича для скрипки и фортепиано.
На снимке: С. Рихтер, Д. Ойстрах и автор

_________

1 «Шорос» в Бразилии называют уличные ннструментальные ансамбли бродячих музыкантов. Пьесы, сочиненные ими (также шорос), чаще всего написаны в популярных танцевальных жанрах — вальса, самбо.

ГОСТИ ИЗ-ЗА РУБЕЖА

Английские органисты в Москве

Советская аудитория мало знакома с современной английской органной школой, в то время как искусство органистов ГДР, Чехословакии, Франции, Бельгии и ряда других стран было представлено в нашей стране за последние годы достаточно полно. Поэтому вечер Джона Дальтона вызвал большой интерес публики. 

Характерно построил артист свою программу: старинная музыка — немецкая и английская, Бах, современные английские композиторы. Что касается искусства романтического склада, то оно нынче не популярно на Западе. Однако будем благодарны за то, что мы услышали, тем более, что мастера XVI–XVIII веков — Блитеман, Буль, Блоу — прозвучали в московском концертном зале едва ли не впервые. Очаровательные миниатюры, предназначенные для небольших органов с малым числом регистров и одинаково хорошо звучащие на других клавишных инструментах (типа клавесина), требуют от артиста умелого и бережливого использования многочисленных тембровых красок. Только так можно найти верный, путь к раскрытию лирических пасторальных образов этой музыки. 

Прелюдия и фуга d-moll Букстехуде, с которой начался концерт, известна нашим слушателям преимущественно по транскрипции Прокофьева, недавно переизданной в серии «Старые мастера». Импровизационный, спокойный характер прелюдии контрастировал с легким, изящным первым fugato; второй фугированный эпизод прозвучал значительно плотнее и массивнее, что придало весомость завершению всего цикла.

Тема с вариациями Крунден-Уайта — пьеса, написанная в 1967 году, — импонирует своей искренностью, непосредственностью эмоционального содержания.

Основу репертуара каждого органиста составляют, разумеется, бессмертные творения Баха — величайшая школа для исполнителей и одновременно неувядаемый источник художественного наслаждения. Характер их трактовки во многом зависит от национальной школы, к которой принадлежит артист, и времени, когда он живет и работает. Например, в Москве мы слышали немецких органистов современной Лейпцигской–Веймарской школы (ГДР) — В. Шетелиха, И. Келера, Р. Кёблера, — исполнявших Баха в строго барочной манере, и французских мастеров, таких, как супруги Дюрюфле, в чьей интерпретации те же произведения отмечены печатью высокого романтизма.

Судя по концерту Дальтона, англичане, бесспорно, примыкают в этом вопросе к современной немецкой школе.

В программу вошли две хоральные прелюдии (из цикла шести «Шюблеровских») и большая Прелюдия с тройной фугой Es-dur (в Англии ее называют «Фугой Св. Анны»), Кроме того, был исполнен ряд небольших пьес Баха (Фантазия G-dur, части из сонат, Фуга g-moll прозвучали на «бис»).

Английский артист, являющийся, как и прочие его западные коллеги, церковным органистом, отличается от них, однако, важной особенностью: играя в концертном зале, он отходит от объективистски-умозрительного стиля и стремится выявить в исполняемой музыке, живые чувства и переживания. При этом Дальтон, как и лучшие немецкие исполнители, не выходит за рамки строго академического вкуса. Его регистровка раскрывает продуманную концепцию, подчеркивает стройность формы гениальных произведений, восхищает чувством меры.

Первые гастроли Дальтона успешно прошли кроме Москвы также в Ленинграде, Таллине, Риге и Алма-Ате. Хочется выразить надежду на повторные встречи с талантливым артистом.

К. Воронова

Внимание москвичей привлекли также концерты английского артиста Ноэля Росторна, программа которых включала произведения различных стилей.

В Большом зале консерватории он исполнил сочинения Баха, Листа, Франка и других композиторов. Первое отделение открылось хорошо известной музыкой Симфонии из Кантаты № 29 Баха, написанной в оригинале для органа с оркестром. Она существует в нескольких авторских вариантах — и как клавирная пьеса, и как Прелюдия из Партиты для скрипки solo. Росторн же сыграл ее в своей транскрипции для органа solo. Мягко и лирично прозвучала эта четырехчастная пастораль, выгодно оттенив монументальную Прелюдию и тройную фугу Es-dur, свободное и масштабное испол-

  • Содержание
  • Увеличить
  • Как книга
  • Как текст
  • Сетка

Содержание

Личный кабинет