Выпуск № 6 (355) | 1968 - страница 62

изведением как стиля эпохи, так и особенностей индивидуального почерка композиторов. Глубиной трактовки особенно отличалось исполнение Шестой симфонии Дворжака, творчество которого — одна из «узких» исполнительских специальностей Кертеша. Он записал все его симфонии вместе с лондонским оркестром Би-Би-Си.

Радиооркестр в «живом виде» (записей его было прослушано великое множество) я слышал дважды — в зале филармонии, где состоялась премьера Шестой симфонии шведского композитора Аллана Петерсона и исполнялся бетховенский Скрипичный концерт ре мажор (солировал Генрик Шеринг), в пригороде Стокгольма — Нака, в зале местной гимназии, безупречном по акустике, чего нельзя, к сожалению, сказать о филармоническом зале. В Нака мне также довелось присутствовать на премьерах новых шведских произведений: в первый раз прозвучала Музыка для струнного оркестра Дага Вирена — произведение, отмеченное благородством и нарочитой скромностью стиля, и Четыре эпитафии для сопрано и струнного оркестра Лаци Больдемана (на стихи Эдгара Мастера) — монологи контрастного характера, выразительно спетые певицей Дороти Ирвинг. С этими произведениями соседствовали Концерт для трубы Александра Арутюняна (солист — Хельмут Хунгер из Швейцарии) и Серенада для струнного оркестра Чайковского. Дирижировал С. Вестерберг.

Оркестр Шведского радио — убежденный и неутомимый пропагандист современной музыки, в первую очередь отечественной. Именно им и его энергичным руководителем записано большинство пластинок и пленок, перечисленных во внушительном каталоге Союза композиторов Швеции (более шестисот названий). В соответствии с избранным репертуарным профилем этот оркестр владеет особо натренированной ансамблевой техникой, искусством непринужденной и четкой «коллективной декламации», гибкостью ритмики и изощренностью нюансировки.

Кроме двух столичных, существуют еще четыре симфонических оркестра в разных городах Швеции. Все они получают средства от государства и от городских муниципалитетов. Интенсивная концертная деятельность ведется камерными ансамблями, в том числе смычковыми квартетами, среди которых надо выделить «Чюндель-квартет», «Фрюден-квартет» и молодежный квартет «Фреск».

Отмечая широкий размах концертной жизни в современной Швеции, надо подчеркнуть, что это в значительной степени результат первого и, пожалуй, единственного в капиталистическом мире опыта, при котором все виды музыкальных выступлений, как сольных, так и коллективных, проводятся с помощью организации, целиком субсидируемой государством (в соответствии с законом, принятым риксдагом в 1961 году об ассигнованиях на культурные нужды страны). Такая организация — Риксконцертер — была создана около четырех лет назад. Ее деятельность, охватывающая многие, хотя пока еще и не все города Швеции, имеет четко выраженный просветительный характер: систематически по специально разработанным программам организуются циклы концертов в средних школах, профсоюзам предоставляется возможность устраивать по сильно сниженным ценам камерные и сольные вечера; проводятся концерты-собеседования, на которых прослушивание музыки сопровождается ее подробным анализом.

Одна из целей Риксконцертера — выявлять молодых талантливых исполнителей. Их проверяют сначала на периферии и, в зависимости от успеха, привлекают к выступлениям в крупных городах. Риксконцертер сотрудничает с некоторыми частными импресарио, подчиняя всю их деятельность своему плану культурно-просветительной работы.

До настоящего времени Риксконцертер существовал в порядке эксперимента. Но так как, по мнению руководителей дела, опыт полностью себя оправдал, предполагается, что с июля сего года, когда «положение о Риксконцертере» официально будет утверждено риксдагом, вся концертная практика в стране перейдет в ведение государства. Это — один из примечательных примеров того, как в сфере культурно-просветительной работы капиталистическая страна учитывает и перенимает (разумеется, в варьированном виде) методы, рожденные социалистическим общественным строем.

Теперь вернусь к рассказу о композиторах «новой волны». Что принесла она с собою и какова была направленность вызванного ею движения?

Здесь прежде всего следует говорить о молодежной «Группе понедельника». Именно в этот день собирались каждую неделю музыканты, входившие в состав этого творческого содружества: композиторы Карл-Биргер Бломдаль (1916), Свен-Эрик Бек (1919), Ингвар Лидхольм (1921), Свен-Эрик Иогансон (1919), хоровой дирижер Эрик Эриксон, пианист Ханс Лейграф, музыковеды Игмар Бенгстон и Бу Вальнер. Все четыре названных выше композитора — ученики Русенберга и, в соответствии со взглядами и убеждениями своего учителя, тщательнейшим образом изучили творческий опыт современных европейских мастеров — Стравинского, Хиндемита, Бартока, Кодая, Шёнберга, Берга, Веберна, чему способствовали их частые — в послевоенные годы — поездки в зарубежные

страны. Каждый из них пошел, однако, в дальнейшем своим, индивидуальным путем.

К.-Б. Бломдаль — мастер крупных форм, тяготеющий к значительным, остросовременным замыслам. Они воплощаются им то в обобщенно-программной форме, например в одночастной Третьей симфонии, озаглавленной «Грани» и состоящей из пяти крупных разделов, или в симфонической пьесе «Железные формы», то в рамках фантастического сюжета, как это имеет место в опере «Аниара», написанной совместно с либреттистом Э. Линдегреном по одноименной поэме X. Мартинсона («Аниара» — название космического корабля, на котором большая группа людей, покинувших землю после постигшей ее катастрофы, обречена носиться в межпланетном пространстве), то, наконец, облекая свой замысел в мифологическую оболочку, — примерами могут служить балеты «Сизиф» и «Минотавр», созданные композитором в содружестве с балетмейстером Биргит Экесон.

Бломдаль пишет много и в самых различных жанрах. Кроме симфонических пьес, опер и балетов, его перу принадлежат оратории «В зеркальном зале» (на стихи Э. Линдегрена) и «Анабаза» (по С. Дж. Персу), Скрипичный концерт и Концерт для фортепиано, деревянных духовых и ударных инструментов, Трио для кларнета, виолончели и фортепиано, ряд струнных квартетов и другие произведения. В большинстве из них на первом плане — стремление раскрыть различные стороны душевной жизни людей с возбужденной психикой, находящихся в необычных, острых и большей частью трагических жизненных ситуациях.

Музыка Бломдаля экспрессивна, порывиста, насыщена взрывчатой динамикой, волнами больших нарастаний. Композитор свободно пользуется приемами додекафонной техники, элементами пуантилизма, вводит в свою палитру ресурсы электронных звучаний, что, например, вполне уместно в «Аниаре» с ее космическим сюжетом. Но при этом он сохраняет главенство за музыкальной идеей целого и не впадает в звуковую абстракцию или технологический схематизм. Плодотворную творческую деятельность Бломдаль сочетает с педагогикой (с 1960 года он профессор Музыкальной академии по классу композиции) и работой на Шведском радио, где он возглавляет отдел музыкального вещания.

Путь С.-Э. Бека внешне близок творческой биографии Бломдаля. Его музыкальная деятельность столь же многообразна: он превосходный скрипач и альтист, одно время выступавший в составе квартетов «Чюндель» и «Баркель»; он выдающийся педагог. Я уже упоминал, что он успешно руководит музыкальной школой в Соллентюне. Бека-композитора характеризует та же жадная неуемность в творчестве, интерес к самым разнообразным жанрам. Сходны истоки, формирующие их индивидуальные стили, стремление каждого синтезировать и по-своему преломить технику новейших систем — додекафонной, сериальной, пуантилистической, электронной.

Однако внутреннее содержание музыки Бека, так же как ее характер, имеет ярко выраженные отличительные черты. Бек прежде всего мелодист, придающий особое значение вокальному и вообще распевному началу, что привносит в типичные для него линеарные построения эмоциональность и импульсивность. Его мелодии нередко богато инкрустированы мелизмами, назначение которых скорее не колористическое, а выразительно-смысловое, речитативное. Другая характерная черта письма Бека — обостренное внимание к тонко детализированной звучности, сонористическая тенденция, опять-таки служащая прежде всего углубленному раскрытию содержания пьесы.

В основу большинства замыслов Бека положена нравственная, морализующая идея, подчас с явно выраженной идеалистической окраской. Таковы его оперы «Журавлиные перья» (по японской сказке), «Празднество» и «Птицы» (обе на либретто Эстена Сьёстранда), цикл из двадцати четырех мотетов для хора a cappella на евангельские тексты, Камерный концерт для рояля, струнных и ударных инструментов с символическим заголовком «Игра вокруг игры» (A game around a game). Оригинальны по замыслам и чисто инструментальные его пьесы — от ранней Сонаты для флейты соло, Фортепианной сонаты a la ricercare до Скрипичного и Виолончельного концертов и струнных квартетов, из которых особенно выделяется одночастный Третий, написанный в сложной, свободно-речитативной манере.

Творческие опыты И. Лидхольма, разносторонне одаренного и эрудированного музыканта (он композитор, скрипач, дирижер, педагог Стокгольмской консерватории по классу композиции), проникнуты острой и нередко «самодовлеющей» экспериментальностью. Лабораторный элемент сплошь и рядом становится в них чрезмерным, уводя автора от решения собственных музыкальных задач в область отвлеченных звуковых построений. Отказ от четкой мелодической и тематической формулировки музыкальной мысли; гипертрофированное внимание к отдельно взятой сонористической стороне, что дает интересные результаты, скажем, в смысле усиления выразительных возможностей отдельного инструментального блока (например, ударных), но сужает общую содержательность музыкального целого; преувеличенная мера импровизационности в конструктивных принципах построения целого — все это в эстетическом плане представляет-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

Содержание