Выпуск № 5 (354) | 1968 - страница 10

Таков, например, Сергей Слонимский, смело объединяющий новейшие приемы с самыми архаичными русскими народными интонациями, с драматургическими принципами Мусоргского, Стравинского и т. д. Так работают и многие другие композиторы, и результаты этой работы необходимо тщательно изучать и оценивать.

Наша задача — лучше, точнее, диалектичнее сформулировать, в чем состоят основные традиции советской музыки, и исследовать, как они сегодня обновляются. Из этого следует, что в обновлении нуждается не только само искусство, но и наша наука.

Она еще не вышла на передовой фронт подлинно современной методологии. Как известно, есть специальная дисциплина — науковедение. Она изучает структуру науки, общие приемы исследований. И вот, с точки зрения науковедения, мы заметно отстаем от нынешних требований, от уровня, завоеванного нашими коллегами в смежных областях. Мы, в частности, продолжаем занимать изолированную позицию, замыкаемся в своей специфике, вместо того чтобы смело «выйти навстречу» социологии, кибернетике и т. д. Конечно, не нужно впадать в другую крайность, признавать свою неполноценность и капитулировать перед «модными методами». Речь идет о том, чтобы использовать их разумно, не игнорировать то, что нам необходимо. Здесь многое может дать теория знаков, которая помогает лучше понять коммуникативную роль музыки, исследовать проблему условности в ней. Очень полезны и данные психологии (в том числе и социальной психологии) для изучения восприятия искусства. О значении социологии и говорить не приходится. Быт мы знаем плохо! А ведь он быстро меняется и, так сказать, «уходит». Мы, например, сейчас с трудом представляем себе, что бытовало в массах в 20-е годы. Жаль! Потому что, для того чтобы судить о профессиональном творчестве той эпохи, скажем о ранних произведениях Шостаковича, в которых все время звучат отголоски современной ему бытовой музыки, надо ее знать. То же относится и к последующим периодам.

Социология выдвигает перед нами и такую проблему, как влияние средств массовой коммуникации (радио, телевидение и др.) на развитие музыкального творчества...

*

Наше советское музыкознание добилось значительных успехов, но предстоит ему сделать еще больше. Идет вперед наука. Ее обгоняет искусство, а всего быстрее движется сама жизнь. Мы, конечно, никогда ее не догоним. Но если мы будем идти не рядом с жизнью или позади ее, а несколько впереди; если мы сможем подняться над эмпирикой, то осветим путь вперед. Тогда музыкознание выполнит назначение передовой теории, той подлинной теории, которая в эпоху великих идейных битв особенно необходима советскому обществу!

Слово Молодежи

Как было обещано читателям, редакция продолжает публикацию ответов молодых композиторов на вопросы нашей анкеты, начатой в первом, январском номере «Советской музыки» за этот год.

Напоминаем ее вопросы:

Что Вы думаете о путях развития советской музыки в ближайшие годы (проблемы стиля, содержания и жанра)?
Что Вы думаете о контакте музыки с другими искусствами?
Расскажите о своих наиболее ярких впечатлениях последнего времени (имеются в виду сочинения советских композиторов).

Ш. Чалаев (Махачкала)

Очень трудно быть пророком в этом вопросе. Мне лично кажется, что направление развития музыки на одно-два десятилетия вперед (строить прогнозы более дальние я не решаюсь) зависит не столько от каких-либо общих закономерностей или от внутреннего потенциального движения искусства в целом, сколько от внезапного, сильного творческого «взрыва» большого дарования. Конечно, впоследствии мы ищем и находим те контакты соприкосновения с предыдущим, без которых (видимо, по инертности нашей натуры) мы сразу, иной раз, не понимаем и не признаем крупный талант. Нам обязательно необходимо, чтобы он все-таки был похож хоть немножко на кого-то, будь то Прокофьев или Шостакович, Шенберг или Веберн.

Что и говорить, контакты безусловно есть, на пустом месте, очевидно, ничего не возникает, но, поднимаясь в горы, ты все же сперва едешь по низменности, потом по холмам, горкам и даже горам, и все-таки сияющая вершина возникает неожиданно, сразу, вдруг, и только от тебя зависит, увидишь ты ее или нет.

Сегодня идут небывалые поиски нового в области стиля, жанров, формы. Буквально на моих глазах за несколько лет учебы в консерватории происходила эта смена увлечений — от экстраоригинальных сочетаний инструментов до нарочито примитивных придуманных приемов (настройка оркестра, лист бумаги на струнах рояля, щипки, дудение в мундштук и т. д. и т. п.).

Сейчас — увлечение Булезом, додекафонией, алеаторикой, сонористикой, словом, всеми теми явлениями, одно лишь упоминание которых вызывает у старших ироническую улыбку («мы и не такое видели»), а у неопытных, неискушенных юнцов благоговейный трепет.

Неправильны и та и другая реакция. Процессы, происходящие сейчас в советской музыке, естественны. Достижения талантов любой другой страны должны тщательно изучаться нашими художниками. Нельзя забывать, что гений Прокофьева и Шостаковича впитал все лучшее, что было выработано классическим искусством прошлого и современности.

Итак, напряженный, интенсивный поиск — обязанность каждого современного композитора. Но его право услышать свое, пусть спорное сочинение в живом виде, проверить результаты своего труда. Удается это, к сожалению, далеко не всем. И в результате появляется каста так называемых неисполняющихся, вроде бы «опальных» авторов. Среди них есть композиторы, которые действительно не имеют ничего за душой, но причисляют себя к «преследуемым». А есть и по-настоящему талантливые, ищущие. Но в водоворот ажиотажа втягиваются и те, и другие. В результате наносится вред самой музыке, ее органичному развитию.

Отвлекаясь от этих, надеюсь, преходящих обстоятельств, еще раз хочу подчеркнуть, что поиски в искусстве музыки могут идти разными путями. Однако каковы бы они ни были, в каждом своем новом опусе композитор обязан удивлять нас, открывать для самого себя и для других невиданные миры. В этих условиях должен появиться человек, который, по мысли В. Солоухина, заменит привычный мотор сегод-

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

*

Слово Молодежи

Ш. Чалаев (Махачкала)

Содержание