За рубежом

ГДР

Н. Фишман,

А. Климовицкий,

Ю. Холопов

«ЧЕСТВОВАНИЕ БЕТХОВЕНА — 1977»

С 20 по 27 марта нынешнего года в Берлине состоялась торжественная Неделя под общим девизом «Чествование Бетховена Германской Демократической Республикой — 1977». В течение этой недели было проведено семнадцать концертов, шесть из которых — в совсем недавно сооруженном роскошном здании Дворца Республики; шесть — в здании Берлинской оперы, учрежденной четыреста с лишним лет тому назад; три — в Komische Ореr; один состоялся в Театре имени Максима Горького, и один — в берлинском Kongresshalle, то есть там, где в 1970 году проводился большой конгресс, посвященный 200-летию со дня рождения композитора.

Представители старшего поколения советских музыкантов еще помнят поистине грандиозную Неделю Бетховена, которая проводилась в Советском Союзе в 1927 году в дни 100-летия со дня смерти композитора. Движимая энергией А. В. Луначарского, та бетховенская Неделя явила миру пример всенародного чествования великого музыканта в таких масштабах, которые, как думается, еще не превзойдены нигде и никем. И с той поры в нашей стране установилась традиция: отмечать бетховенские юбилеи концертными циклами, то есть исполнением всех симфоний, всех струнных квартетов, всех фортепианных сонат, концертов и т. д.

Нынешняя берлинская Неделя не характеризуется такой широтой экспозиции главнейших бетховенских творений. Из симфоний были исполнены только шесть — Третья, Пятая, Шестая, Седьмая, Восьмая и Девятая. Еще более выборочно были представлены другие основные жанры: струнные квартеты, концерты с оркестром, сонаты. Немецкие музыканты поставили иную цель: показать только часть наследия своего национального гения музыки, но под каким-то новым углом зрения, выявив то, что раньше оставалось в тени.

Что же представляют собой эти новые аспекты показа? Остановимся на некоторых из них. Ныне считается общепризнанным, что на формирование бетховенского стиля оказала определенное влияние музыка французской революции XVIII века. Об этом вдохновенно писали Серов и Асафьев; Тьерсо, а после него А. Шмитц и другие авторы приводили нотные примеры, демонстрирующие интонационные связи, а иногда и прямое сходство отдельных бетховенских тем или

фрагментов с гимнами, маршами и оперными ариями французских композиторов революционной поры. Некоторые из этих примеров давно уже вошли в учебники, учебные пособия, а также в популярные брошюры о композиторе. Но следует признаться, что, хотя каждый из нас и сам неоднократно отмечал наличие подобных связей по различным поводам, мы никогда не ощущали их с такой реальностью, как теперь, после берлинской Недели. Почему? Да потому, что в одном из концертов во Дворце Республики перед Пятой симфонией Бетховена прозвучали увертюра к опере «Анакреон» Керубини и g-moll'ная Симфония Мегюля, а в другом — Третьей симфонии предшествовала увертюра к опере «Медея» Керубини. Никаких прямых интонационных, а тем более текстуальных совпадений вроде тех, что приводятся в учебниках, мы на слух не уловили, хотя начни мы сопоставлять партитуры такт за тактом, они, возможно бы, обнаружились. Дело, однако, вовсе не в совпадениях, а в удивительной общности звуковой атмосферы и музыкального языка в широком смысле слова, скажем, в g-moll'ной Симфонии Мегюля и в Пятой Бетховена. Разумеется, это ни в какой мере не означает уравнивания художественной ценности и исторического значения обеих симфоний. Но сила бетховенского гения выступает еще отчетливее, когда реально слышишь, если можно так выразиться, один из факторов генезиса его музыки.

Таков, на наш взгляд, один из новых аспектов освещения наследия Бетховена на прошедшей берлинской Неделе.

Второй новый аспект — показ некоторых сочинений композитора в прямой и оправданной связи с конкретными фактами его биографии. Так, известный певец Петер Шрайер и превосходный драматический актер Вольфганг Хайнц (имеющий за плечами не одну сотню сыгранных ролей) дали совместный концерт в зале оперного театра, выступив в удивительно тонком ансамбле: Шрайер, например, пел вокальный цикл «К далекой возлюбленной», а Хайнц сопровождал его чтением письма к Бессмертной возлюбленной. Аналогичные связи между музыкальными творениями Бетховена и его эпистолярным наследием были раскрыты талантливыми артистами и в ряде других случаев.

Не меньший, если даже не больший интерес вызвала дневная программа в малом, так называемом Apоllo-Saal Берлинской оперы, целиком посвященная исполнению бетховенских канонов. Здесь следует упомянуть, что композитор сочинил около пятидесяти канонов на слова Гиппократа, Саади, Гёте, Гердера, Шиллера и других, а также на свои собственные слова. Примерно половина из них напечатана в так называемом Полном собрании сочинений Бетховена, которое не совсем правильно именуется уртекстом. Часть канонов была впервые опубликована в недавнее время В. Хессом (Швейцария) и Р. Кляйном (Австрия). Однако по сей день еще не все каноны изданы и не все решены: ведь Бетховен не всегда указывал, как должен идти канон — то ли в кварту, то ли в квинту, то ли в секунду и т. д., и где именно вступает второй, а стало быть, и третий, и четвертый голоса. Ряд решений канонов, предложенных в свое время Г. Риманом ныне подвергается сомнению или оспаривается. Вот почему публикация их — не такая уж легкая иной раз задача.

Большинство канонов Бетховена представляет собой записи в альбомы друзей и посетителей, а также музыкальные письма, эпиграммы, шаржи. В них зачастую бетховенский сочный музыкальный юмор выступает как бы в обнаженном виде. И не только юмор. Например, существует два варианта (минорный и мажорный) канона на последние слова Жанны д'Арк из «Орлеанской девы» Шиллера: «Минутна скорбь, но радость бесконечна», сочиненные в 1813 и 1815 годах. Едва ли можно преувеличить биографическое значение и того факта, что самой последней из нотных записей, сделанных Бетховеном (декабрь 1826 года), был тоже канон на слова «Wir irren allesamt, aber jeder irret anders» («Все мы ошибаемся, но каждый ошибается по-своему»), Ведь те же слова Бетховен написал десятью годами раньше — только без музыки — в письме к Марии Эрдёди.

И вот 24 марта нынешнего года ансамбль певцов-солистов берлинской Staatskapelle исполнил под управлением дирижера Д. Кнота длинный ряд канонов, музыкальных эпиграмм и шуток Бетховена. Конечно, при жизни композитора некоторые из них исполнялись его друзьями. Но звучали ли они все вместе, да еще на концертной эстраде? Не можем ручаться, но почти уверены, что нет.

В качестве партнера солисты берлинской капеллы избрали на сей раз не драматического актера, а известного музыковеда: исполнение каждого канона предварялось чтением соответствующих писем и весьма содержательным биографическим комментарием Гарри Гольдшмидта.

Третий аспект бетховенской Недели — показ мало известных и редко звучащих или даже вовсе незвучащих сочинений Бетховена. Например, 22 марта в Kongresshalle состоялся концерт под названием «Молодой Бетховен», программа которого включала лишь те произведения, которые он сочинил еще в Бонне. На других вечерах можно было услышать Серенаду ор. 8, Струнный квинтет ор. 29, Элегическую песнь ор. 118, Союзную песнь на слова Гёте и ряд других сравнительно мало известных композиций.

Превосходно прошел показ военной музыки Бетховена в интерпретации отличного коллектива — Центрального оркестра Национальной Народной Армии. В этом концерте исполнялась «Победа Веллингтона, Битва при Виттории», не в известном симфонически варианте, а в первоначальном — для пангармоникона, то есть по партитуре, впервые опубликованной В. Хессом в 1960 году. И особо надо сказать об интерпретации Девятой симфонии на торжественном акте 26 марта. В хоре участвовали около пятисот человек, оркестр целиком состоял из студентов высших музыкальных школ ГДР. Все были одеты при этом в голубую форму Свободной немецкой молодежи и находились

Содержание
Увеличить
Как книга
Как текст
Сетка

За рубежом

«ЧЕСТВОВАНИЕ БЕТХОВЕНА — 1977»

Содержание